Восход погибшего мира (СИ) - "Флемм"

— Может оставим в живых для следующего боя? — предложил тот же бронированный воин.

— Убейте, — угрюмо повторил друид.

— Раз так, — рыцари направили пики в сторону мужчины, тот прижался спиной к клетке, неотрывно следил за остриём оружия. Блик солнца застыл на самом острие.

Крики чаек, шум воды, голоса людей, истошные вопли раненых всё перемешалось в один неразборчивый гул. И ко всему этому добавилось громкое биение сердца.

Кровь стала закипать. Друид! Глаза мужчины наливались ненавистью, их заволокло покрывалом, красный туман мягко окутывал сознания, заглушая голос разума.

Первая пика вонзилась в ногу мужчины, взвыв, именно взвыв как зверь, а не вскричав от боли как человек, тот схватился за пику. Когда в его сторону метнулась вторая, уклонился. Та прошла через клетку и он навалился на неё телом.

— Собака! — выругался рыцарь, не в силах выдернуть её.

— Быстрее, — требовательно насел на них друид. — Бейте в голову, раны на теле не прикончат его, если конечно ни исколоть до такой степени что из него вся кровь выйдет. Снесите башку и …

Договорить не успел, с рыком мужчина переломил пику застрявшею в него и метнул её в друида, попав в голову, точно посередине лба.

Друид охнул, откинувшись назад, начал пятиться, кровь захлестала тонким фонтаном, рыцари оторопело наблюдали за тем, как друид сделав пару шагов назад, рухнул спиной на песок.

— Он что, подох?

Рыцарь стоящий поблизости потыкал в него обитым железом носком сапога.

— А как думаешь?

— Что скажет князь?

— К черту, он будет знать то, что скажем мы ему, — напарник быстро осмотрелся по сторонам, благодаря тому, что рядом с клеткой стояли шатры, никто не заметил случившегося. — Друид сам взял у нас пику и пошёл на него.

— И он в это поверит?

Шум голосов возвестил о том, что присутствующие на берегу обратили внимание на распластавшегося на песке друида с обломком пики во лбу.

— Ах ты монстр! — завопил рыцарь. — За убийство друида тебя будет судить лично князь!

Толпа уже набежала и громко судача, наблюдала за тем, как раненый мужчина тяжело дыша скалился.

— И в самом деле, монстр, — послышалось из толпы.

* * *

Ровер портовый город, один из немногих на континенте. Князю дома Алдрика повезло иметь его в своей вотчине, позволяло хорошо зарабатывать на налогах и торговле.

Как и все портовые города Ровер наводняли сотни купцов везущих товар, перепродающих их, или делающих тут же в мастерских в портовых районах. Самые ценные товары приходят издалека, и чем дальше, тем они диковиннее и дороже. Местные земли богаты непроходимыми лесами, горами и плодородной землёй. Но всегда хочется больше. Первые города с которыми вёл торговлю Ровер находились через Море Шести Месяцев. Такое название оно получило по весьма простой причине, чтобы пересечь его и достигнуть первой точки, где можно вести торговлю, нужно провести шесть месяцев в пути. Предстояло плыть по бескрайне воде, заходить так далеко, что даже чайки и альбатросы не рисковали отправляться вслед за караванами судов. А ещё всегда есть риск попасть в шторм, оказаться без воды, или стать жертвой морского чудовища. Или куда чаще пиратов. Но достигнув места назначения, путешественник погружался в совершено другой мир. В тамошних землях не знали что такое снег, население имело привычку чудно и витиевато выражаться, носить шелка и праздно проводить время под навесом, когда в полдень солнце начинало нещадно палить. А если отважный путешественник задумал идти дальше, то его ожидало путешествие по бескрайне морской линии идущей вдоль каменистых неприступных скал. Они тянулись так долго, что никто так и не смог добраться до их завершения. Там открывались совсем уж загадочные миры и редко кто возвращался оттуда, чтобы поведать истории.

Вот поэтому торговцы из далёких стран всегда находились на особом положении Ровера. И появления смуглого старика с красивой экзотической девой не удивило двор князя дома Алдрика. Хотя сам вид гостей вызывал жадное любопытство.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Бывали представители стран из–за Моря Шести Месяцев, но таких видели впервые. Первое что бросалось в глаза, обилие золотых украшений, явно свидетельствует о том, насколько богата их страна. И поэтому князь самолично решил принять их.

— Приветствую вас, — молодой князь не обращая внимания на этикет, не сводил взгляда с красивой незнакомки. Воображение уже услужливо рисовало картины, насколько жгучей та может быть в постели.

— Благодарю за оказанную честь ваша светлость, — старик почтительно склонил голову. — Учитывая вашу занятость и то, какие великие дела стремитесь воплотить в жизнь, прошу прощение, что посмел отвлечь вас.

— Ничего, — князь молод и правит недолго, поэтому хорошо подготовленная лесть удобно легла ему на уши. — Откуда вы прибыли?

— Моя страна находиться очень далеко, — старик держался прямо, более того, уверено, хоть и умеет подбирать нужные слова, всё же не заискивал и не лебезил перед князем. — Даже в нашем мире о нас мало кто слышал.

— Забавно, — князь развалился в кресле, уже в открытую пожирая девушку взглядом. — А чем вы готовы торговать?

— Я прибыл не торговать, у меня другое дело.

— Не торговать? — удивлённо поползли наверх брови князя. — Странно. И что за дело привела тогда ко мне?

Старик выдал — Я собираю знания и слышал, у вас есть маги называющие себя друидами.

— Да, — кивнул князь, — они живут в самой глуши леса и не допускают до своих мест чужаков, тем более чужестранцев.

— Но вы с ними общаетесь, — осторожно заметил старик.

— Да, — сухо проговорил князь, — на то есть причина.

А причина состояла в следующем, князь был сыном дочери верховного друида, и пусть это давало ему определённый вес в их сообществе, в мире дома Алдрика это ничего не значило. Мать князя была третьей женой отца, а сам он пятым сыном и поэтому даже в самых смелых мечтах о том, чтобы занять место старого князя не было и речи. Но так уж вышло, что первый сын умер, когда город захватила чума. Второй утонул в играя в реке, третий пьяным гонял на лошади и упав в неё, свернул себе шею, четвёртый глупо погиб во время турнира. Поговаривали, меч соперника по непонятной причине имел заточку, а не был тупым, как следует из правил. Вот так из–за стечений обстоятельств молодой князь после смерти отца унаследовал титул. Первым делом выдал всех сестёр замуж, скрепив узы с соседями, и вообще вёл себя весьма дальновидно. Вот и сейчас не спешил раскрывать причину связи с друидами.

— Они не будут с вами общаться.

— Мне этого и не надо, — старик явно что–то замыслил. — Я слышал, они создали для вас неких монстров в человеческом обличии. Мне доводилось слышать про таких, но вот видеть ни разу.

— И зачем они вам? — напрягся князь. Чужестранец да ещё с такой просьбой. Подозрительно.

— Хочу утолить жажду знаний, — тонко улыбнулся старик в тюрбане.

Князь молча барабанил пальцами по подлокотнику кресла. Это не просто торгаш, явно скользкая личность.

— Как твоё имя?

Старик чуть склонил голову — Агасфер.

— Ты колдун?

— Я знаком с магией, — уклончиво ответил тот.

— А насколько ты силён? — князь нагло уставился на девушку, давая понять, что в состоянии силой забрать её.

Девушка опустив глаза в пол, ни разу не подняла их и всем своим видом показывала, её не интересуют разговоры мужчин. Беседа проходила в зале со сводчатым потолком, в толстых стенах пробиты узкие окна бойницы, лучи солнца проникая в помещение, ярко освещали его. Поодаль от князя на грубой дубовой скамье за длинным столом сидели его дружина, они ели и выпивали, порой слышны громкие вскрики и дружный смех. Обстановку нельзя назвать удобной для непринужденного разговора. Но чужестранец в светлой одежде песчаного цвета не тушевался, и похоже вообще не опасался за свою жизнь и своей спутницы.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Моя сила в знаниях, — мягко ответил Агасфер. — Например, мне известно, что друиды сотворили заклятие сделавшие людей монстрами.