Пойманная в капкан - Юлия Михайловна Герман

— Элис, красотка! — три поцелуя, щека к щеке, все как и принято у французов. — Выглядишь феноменально!

Манерный Жак, в коротких черных брюках и мятной рубахе, с кучей браслетов на запястье, прятал глаза за темными круглыми очками, всегда приглашал меня на показы. И плевал он на мой пенсионный для модели возраст. Все же тридцатилетним в нашем бизнесе не рады. Хотя в последнее время модельеры и бренды старались не вызывать гнев общественности и разбавляли свои показы девушками разной комплекции и возрастов. Делали это не от чистого сердца, а поскольку того требовал новый мир. Это мне повезло, все же мое имя Элис Монк до сих пор имело силу в мире моды. Даже в тридцать я оставалась лицом нескольких брендов и моя фанатская база лишь увеличивалась. Все же социальные сети — великое изобретение.

Тем не менее, фэшн-мир любил больше молодых. А мне оставалось подстраиваться под современные реалии. Планировала запуск своей линии одежды. И через пару месяцев представлю широкой общественности личный бренд.

— Помолвка тебе к лицу. Ну, показывай, — схватил мою руку, рассматривая кольцо. — Хороший камень, не поскупился твой русский.

— Не завидуй, — усмехнулась. — До сих пор не могу поверить, что ты пропустил вечеринку?

— Не мог вырваться из Европы, милая! Посплетничаем с тобой позже. А теперь бегом в примерочную! — слегка подтолкнул меня к дверям, где скрылись остальные девушки модели.

Окрыленная общением с коллегами и предстоящим событием, заехала в ресторан у самой набережной, чтобы подольше сохранить в себе чувство радости и легкости. Владимир улетел куда-то на переговоры, а находиться под одной крышей с его сыном-подонком я боялась.

До сих пор щеки горели от того, что он предлагал мне прошлой ночью. Даже бассейн не остудил меня. Я еще долго сгорала от стыда и не могла уснуть, прокручивая унизительную картину в голове снова и снова. Хоть и сложно оказалось признаться себе, но меня будоражила его близость и прикосновения, и возбуждали грязные слова. А вот это совсем клинический случай. Я ж его на дух не переносила, и боялась, как черта, а он и вел себя как самый настоящий демон. Соблазнял, пугал, издевался. Играл словно кот с мышкой. Интересно, что там говорил дедушка Фрейд по поводу таких как я?

Да нет, не привлекал меня этот павлин. Я видела таких как он сотни и даже тысячи в мире шоу бизнеса. И ни один не вызывал ничего кроме рвотного позыва. Никогда не нравились самовлюбленные придурки и хамы. А тех, кто оскорблял женщин и подавно, считала недостойными называться мужчинами. Тогда что, черт возьми, это было между нами?

Просидев в ресторане до самого заката, общаясь в сети с поклонниками и публикуя новые посты и сторис из галереи, с тяжелым сердцем возвращалась домой. Уже на подъезде к особняку напряглась, увидев припаркованные вдоль аллеи десятки машин из-за которых не смогла проехать к воротам дома.

— Что за черт! — вышла на улицу, услышав громыхание музыки.

Низкие басы и цветные огоньки, отражающиеся на крыше моего дома, не оставляли сомнений. Это мерзавец устроил вечеринку.

Не верила в масштабы его наглости. Неслась как разъяренная фурия к воротам, готовая разорвать его на мелкие кусочки. Шагнув через порог, не узнала собственный дом, забитый до отказа людьми. Словно акула, почуявшая каплю крови, прорезала человеческие массы, то тут, то там здороваясь со знакомыми. Ублюдок созвал половину города. Здесь были все восходящие звезды подиума, несколько певцов и актеров, и конечно же я видела их, бойцов отморозков.

Закипая еще больше, наконец-то заметила на заднем дворе самодовольную рожу мерзавца. Довольный, улыбается с ерзающей девкой на коленях, в окружении своей дикой стаи подхалимов, привыкших заглядывать ему в рот и поддакивать. Задыхаясь от ненависти, направилась в его сторону. Будто почувствовав мое приближение, посмотрел на меня, выловив из толпы мой взгляд. Не отворачивался и не отводил глаз в сторону, пристально смотря на меня светло-голубыми глазами. Переполненная злости, даже не поежилась от его взора, останавливаясь напротив него.

— Как это понимать? — старалась перекричать музыку, что крутил диджей у бассейна.

— О чем ты, Алиса? — смотрел с усмешкой.

— Почему все эти люди в моем доме?

— Решил отметить с друзьями возвращение в город, — кричал он.

— Я хочу, чтобы они все ушли! Немедленно! — скрестила руки на груди, ощущая голодные взгляды его дружков.

Алан лишь приподнял бровь и схватив за шею блондинку, сидящую на коленях, впился ей в губы, не прерывая при этом зрительного контакта со мной. Щеки полыхали от его потемневшего взора. Он поедал губами другую, а я практически физически ощущала его поцелуй на себе. Нахмурилась, прогоняя наваждение.

— Значит не прогонишь? — сверкнула глазами.

Он лишь пересадил девчонку, как наездницу к себе лицом, сжав ее ягодицы и вжимая в свой пах.

— Ублюдок! — выплюнула в пустоту.

Развернулась на сто восемьдесят градусов, скрываясь внутри дома. Прошла к своей спальне, но стоило распахнуть дверь, как я тут же ее захлопнула обратно. Трое человек занимались сексом на моей кровати! Двое мужчин трахали одну девицу в моей постели. В моей!

Это уже слишком! Если Алан не собирается прекратить этот беспредел, тогда его прекращу я.

Спустилась вниз и отключила электричество, прекращая этот балаган.

— Вечеринка, окончена! — крикнула возмущающейся толпе. — Сюда едут копы! — блефовала.

Не собиралась я уподобляться этому ублюдку Алану и подставлять людей находящихся на вечеринке. Да, я не одобряла принятие запрещенных веществ, как и разврат под крышей собственного дома. Но и отправлять их за решетку, не намерена. Для большей части из них, в этом случае, неминуем дикий скандал и окончание карьеры. И пусть я не любила подобные мероприятия, на них любимцы миллионов проявляли себя не с самой приятной стороны. Это на официальных вечеринках, при прессе они старались держать лицо. А вот на таких домашних и закрытых, показывали себя во всей красе. И тем не менее, крысой становиться я не собиралась.

Гости взвыли, направляясь к выходу.

— Скорей! — включила свет, выдергивая питание для оборудование диджея. — Через несколько минут уже будут здесь!

Вернулась в дом, прохаживаясь по комнатам и колотя в двери.

— Подъезжают копы! — кричала по коридором,