Первая любовь - Анна Тарасова

главное сухое белье, черные лосины и толстый свитер грубой вязки. Образ довершили тапочки-носочки с милыми заячьими ушками. В косметичке Таня нашла крабик, которым перехватила сзади волосы, так как времени на укладку уже не оставалось, гостеприимством хозяина злоупотреблять девушке не хотелось, и, захватив сумку, спустилась вниз. Андрей как раз появился из кухни с подносом в руках.

— Ну, совсем другое дело, — окинул он ее одобрительным взглядом. — А я собирался звать тебя.

— Мне так неудойбно беспокоить Вас…

— Глупости не говори, давай открывай дверь кабинета. Она молча повиновалась. Но когда он прошел мимо нее, девушка ощутила странное волнение внутри…

Они расположились за маленьким столиком между двумя винтажными креслами, сухие поленья мирно потрескивали в камине, плотные блек-аут шторы надежно закрывали окна, за которыми, не переставая завывал ветер. Таня неожиданно почувствовала умиротворение. Она внимательно осмотрела с детства знакомую комнату. Сколько лет прошло, а здесь ничего не изменилось! Всё тот же кожаный диван и стоит на прежнем месте, перед камином. А там, в углу, стол с ворохом документов из-за которых выглядывает зеленый абажур. Полки от пола до потолка забиты до отказа книгами на любой вкус. Телевизор естественно другой, современный и больше прежнего. Все остальное располагалось так, как в далеком детстве.

До сегодняшнего вечера Тане ни разу не приходилось оставаться с Андреем наедине. И теперь, когда переживания остались позади, она чувствовала странную непонятную скованность. Близкое присутствие этого человека напрягало ее эмоции, заставляло учащенно биться сердце. Таня раздражалась. Ведь она больше не влюблённый подросток!

Девушка решительно отодвинула тарелку.

— У меня, к сожалению, лишь овощной суп, — сказал хозяин, — ешь, не отравишься.

Она вздохнула в отчаянии:

— Мне очень жаль, но Вы не далеки от истины. У меня аллергия на лук.

Он внимательно посмотрел на нее, забрал суп и предложил:

— Есть немного печенья. Тогда наливай чай, а я приготовлю тебе бутерброды. И пожалуйста, я тебя умоляю, давай перейдем на ты, а то я чувствую себя старой рухлядью.

Таня кивнула, чувствуя как заливаются краской щеки от смущения. Она взяла серебряный чайник, семейную реликвию, и налила чай в красивые чашки из тонкого фарфора, в который раз ругая себя всеми словами за необдуманный побег. Почему она не проявила терпения? Может, в конце концов, она бы привыкла к холодности Макарова? Таня же помчалась в родительский дом, да еще без ключей! Вот идиотка! И что теперь? Едва она сообщила подруге Свете, с которой снимала квартиру, что уезжает на несколько дней, как та воспользовавшись ситуацией пригласила к себе последнего кандидата на роль жениха.

— Не хмурься, — прервал ее размышления, вернувшийся с тарелкой бутеров и печенья Андрей. — Переночуешь здесь. Угощайся! Никакого лука, только ветчина. И не говори мне, что ты вегетарианка!

— Нет, нет я ем мясо! Спасибо. Не стоило так беспокоиться!

— После тяжелого пути, да еще такой отвратительной погоды, ты должна как следует подкрепиться. — тон Андрея, как и прежде, не допускал никаких возражений. Он повернулся спиной к огню, молча наблюдая, как девушка поглощает горячие бутерброды. — Ты понимаешь какое безумие отправиться пешком одной такое время? Таня, мало ли что могло случиться!

— Единственная опасность — твой кошмарный нож! Я решила, что пришел мой последний час! Уже попрощалась с жизнью— Таня сверкнула глазами, тут же забыв о застенчивости. — Неужели ты не нашел более оригинального способа встретить девушку под окнами дома?

Андрей пожал плечами.

— Но я же принял тебя за взломщика.

— И ты действительно способен пустить в ход нож?

— Обычно достаточно одной угрозы.

— Хочешь сказать, что уже имел дело с грабителями⁈

— Нет, я говорю о чисто профессиональных качествах, — пояснил хозяин, сохраняя абсолютную невозмутимость. — Налить ещё горячего? Таня задумчиво смотрела на человека, сидящего напротив. Реальный Николаев выглядел гораздо привлекательнее, чем герой ее детских фантазий. Одет очень просто: джинсы, вязаный свитер цвета хаки поверх рубашки. Незатейливая одежда не скрывала высокой мускулистой фигуры, гибкой и тренированной. Густая шевелюра каштановых волос. Лицо с правильными чертами и безупречной смуглой кожей обладало особой притягательностью. Глаза миндалевидные, цвета шоколада.

— Что случилось, Тань? — вдруг услышала она голос хозяина. — Ты так внимательно меня рассматриваешь, как будто видишь впервые в жизни! — Ты не далек от истины. Мы действительно встречались редко и никогда наедине. — Девушка говорила искренне. — Извини меня. Я просто задумалась, не представляю, что же мне делать дальше…

— Как что? — удивился Андрей. — Уже за полночь, ехать куда-то поздно, ещё более неуместно и глупо будить других соседей. Ты остаешься у меня.

Он даже не спрашивает моего согласия, просто констатирует факт, пронеслось в голове у девушки.

— Ты уверен, что это удобно?

Он нахмурился:

— Удобно — неудобно… О чем ты говоришь? Неудобно на потолке спать, знаешь ли, одеяло падает! В доме пять спален, помимо моей. Выбирай любую! — он вдруг улыбнулся, осознав смысл ее вопроса.

— А, ты, видимо, решила, что в моей спальне находится некая таинственная особа, которая ждет, меня не дождется? Не беспокойся, здесь нет никого, кроме нас с тобой.

Глава 3

Всего лишь соседи…

Таня снова ощутила странное волнение и поспешила кивнуть в знак согласия.

— Ты очень любезен. Спасибо. Присоединишься? — Она показала на тарелку с бутерами.

— Таня, я к сожалению не вижу другого способа попасть в твой дом, кроме как взломать дверь, как бы невзначай сказал Андрей — Но если завтра погода наладится, я настоятельно прошу тебя вернуться в столицу. Таня решительно отклонила его предложение.

— Утром я позвоню, Осиповой Евгении Викторовне, подруге мамы. Возможно, у нее есть ключ.

Андрею явно не понравилась эта идея.

— Почему ты так стремишься туда? Что ты собираешься делать там одна в такую погоду?

— Похоже, тебе хочется поскорее избавиться от меня? — девушка позволила себе легкое кокетство, оставив вопрос без ответа. — Обещаю, как только окажусь дома, проблем у тебя со мной не возникнет. Да и в чем, собственно, дело? Вокруг полно людей, которые живут одни!

— Ты права, конечно, но эти люди, в общем-то, живут