Стихотворения (1915) - Владимир Маяковский

Я живу на Большой Пресне, 36, 24 — местожительство Маяковского в Москве.

Уже у Ноева оранжереи… — цветочный магазин Ноева в Москве, на Петровке.

…солнце Аустерлица… — слова Наполеона, сказанные им на рассвете дня Бородинской битвы. В 1805 году Наполеон одержал крупную победу под Аустерлицем.

…по тысячам русских Яфф. — Образ навеян фактом посещения в 1799 году чумного госпиталя в Яффе Наполеоном.

…тысячу Аркольских мостов. — сравнение, в основу которого положен исторический факт. В 1796 году Наполеон, ведя в атаку штурмовую колонну, едва не был убит при переходе через Аркольский мост (итальянское местечко Арколь).

Гимн судье. Впервые, под заглавием «Судья», — журн. «Новый сатирикон», Пг., 1915, № 9.

Стихотворение входит в цикл сатирических стихов Маяковского, иронически названных им впоследствии «гимнами».

«В сатириконских» «гимнах» объектом внимания поэта являются отдельные институты буржуазной цивилизации: правосудие, наука, искусство и т. д. Вместе они создают выразительную картину прогнившего строя. Какие бы явления капиталистического мира ни освещал поэт, он видит в них одну общую черту; враждебность человеку. Это придает сатире Маяковского ярко выраженный гуманистический характер» (А. Метченко. «Маяковский. Очерк творчества», М., изд. «Художественная литература». 1964, стр. 65).

В «Гимне судье» поэт, прибегая к эзопову языку, рисует картину далекой экзотической страны Перу и бичует царский бюрократический аппарат России. «Долой ваш строй!». Эта тема — основная для всех «гимнов» Маяковского.

Гимн ученому. Впервые, под заглавием «Ученый», — журн. «Новый сатирикон», Пг., 1915, № 12.

Стихотворение направлено против оторванной от жизни народа буржуазной науки.

Военно-морская любовь. Впервые — журн. «Новый Сатирикон», Пг., 1915, № 25.

За шутливой интонацией, игривыми образами и каламбурными рифмами в стихотворении звучит тема протеста против империалистической войны.

Гимн здоровью. Впервые — журн. «Новый Сатирикон», Пг., 1915, № 27.

Гимн критику. Впервые — журн. «Новый сатирикон», Пг., 1915, № 28.

«Под стать «ученому» «братья-писатели». Вместо того чтобы сеять «разумное, доброе, вечное», они усердно занимаются помрачением умов, способствуют одичанию человека…

Всеобщая вражда, поедание друг друга породили тип буржуазного критика, беспринципного дельца, с повадками цепного пса и лакея — в зависимости от того, о ком он пишет» (А. Метченко. «Маяковский. Очерк творчества», стр. 65).

Гимн обеду. Впервые — журн. «Новый сатирикон», Пг., 1915, № 29.

Это стихотворение, как и «Гимн здоровью», — «сатирический апофеоз обжорства «жирных», здесь характерный штрих: Маяковский бичует «желудок в панаме» также и за то, что ему безразлична «картина крови», и то, что «пожаром мир опоясан», — трагедия войны, которую так глубоко и остро переживал поэт» (Г. С. Черемин. «Ранний Маяковский», стр. 92).

Теплое слово кое-каким порокам. (Почти гимн). Впервые — журн. «Новый сатирикон», Пг., 1915, № 30.

Вот так я сделался собакой. Впервые — журн. «Новый сатирикон», Пг., 1915, № 31.

Кое-что по поводу дирижера. Впервые — журн. «Новый сатирикон», Пг., 1915, № 32.

Пустяк у Оки. Впервые — журн. «Новый сатирикон», Пг., 1915, № 33.

Аверченко, Аркадий Тимофеевич (1881–1925) — русский писатель-сатирик. С 1913 года — редактор «Нового сатирикона». После Октябрьской социалистической революции эмигрировал во Францию. Его книгу рассказов эмигрантского периода («Дюжина ножей в спину революции», 1921) В. И. Ленин охарактеризовал как талантливую книжку, написанную с позиции «озлобленного почти до умопомрачения белогвардейца…» (Полн. собр. соч., т. 44, стр. 249).

Великолепные нелепости. Впервые — журн. «Новый сатирикон», Пг., 1915, № 34.

Гимн взятке. Впервые — журн. «Новый сатирикон», Пг., 1915, № 35.

Внимательное отношение к взяточникам. Впервые — журн. «Новый сатирикон», Пг., 1915, № 35.

Чудовищные похороны. Впервые — журн. «Новый сатирикон», Пг., 1915, № 36.

Гаршин, Всеволод Михайлович (1855–1888) — русский писатель, его творчество отличалось обостренным и болезненным восприятием трагизма жизни, социальной несправедливости.

Мое к этому отношение (Гимн еще почтее). Впервые, без подзаголовка, — журн. «Новый сатирикон», Пг… 1915, № 38.

В этом «гимне» дается обобщенный образ капиталиста, олицетворяющего буржуазию:

«Брюшком обвисшим и гаденькимлежит на воздушном откосе,и пухлые губы бантикомсложены в 88».

Вся образная система дорисовывает капиталиста: «пухлая морда», «вкусной слюны разлились волны, во рту громадном плещутся», «растет улыбка, жирна и нагла, рот до ушей разросся». Весь мир под пятой капиталиста, даже солнце, взойдя, «ему щекочет пятки холеные».

Образу капиталиста противопоставлен здесь уже социально конкретизированный лагерь миллионов обездоленных («Внизу суетятся рабочие, нищий у тумбы виден…»). Прямо и определенно показывает Маяковский, что мир разделен на эксплуататоров и эксплуатируемых. И от имени обездоленных, от имени рабочих поэт выражает свое недовольство: «Объявляю всенародно, очень недоволен я». Это недовольство существующим положением уже само по себе предполагает активные действия, направленные на изменение существующего строя.

В дальнейшем «капитализма портрет родовой», впервые нарисованный в этом стихотворении, найдет свое яркое и полное завершение в поэме «Владимир Ильич Ленин». Образы «гимна» развиваются в поэме в социально-историческом плане: «громадный рот» капиталиста из «гимна» в поэме «враз и царства и графства сжевал с коронами их и с орлами». Капитализм с «брюшком обвисшим и гаденьким» «встучнел». Он «раздобрел и распух», «перерос себя, за него работает раб». Капитализм и в «гимне» и в поэме лежит на пути общественного прогресса, «У истории на пути»,

«Его не объехать,                                не обойти,единственный выход —                                           взорвать!»

«Сатириконские» «гимны» Маяковского несли в себе прямой политический заряд И даже со страниц буржуазно-либерального журнала «Новый сатирикон» поэт вел интенсивный артобстрел, готовя себя к будущим боям за социализм. «Гимны» Маяковского, характерные своей яркой художественной оригинальностью, беспощадной резкостью и бескомпромиссностью обличения, огромной силой социального протеста, — прямое продолжение великих традиций русской классической сатиры от Кантемира до Салтыкова-Щедрина.

…лежит себе сыт, как Сытин. — Каламбур построен на звуковом совпадении слова «сыт» и фамилии известного издателя и книготорговца.

Сравнить если с ним, то худ и Апухтин. — Апухтин А. Н. (1841–1893) — русский поэт. Тучность Апухтина вызывала насмешки.

Спектакль-гала́ — парадный спектакль. (Прим. В. Маяковского.)