Клеймо Теней - Владимир Кравченко

— Привет, Вальдер, — сказал он, улыбаясь, — ты почти опоздал.

— Привет, Ториан, — ответил я улыбкой на улыбку.

Ториан хороший человек. Он никогда не выказывал ко мне презрения или неприязни из-за моих странностей. А согласитесь, их у меня хватает.

— Если бы ты пришел хоть на минуту позже, этот жирный княш[5] вытряс бы из тебя душу своими моралями об ответственности, — смеясь сказал он.

— Извини, просто задержался чуть-чуть. — Я решил не рассказывать ему о происшедшем инциденте, да и не знал, что именно рассказывать. Еще подумают, что пытаюсь привлечь к своей скромной персоне чуть больше внимания, чем она заслуживает. А шишку набил, когда с крыльца какого-то упал. Поэтому придется мне молчать. Но ничего, как только я все узнаю… И что я сделаю, когда узнаю? Все наверняка пойдет, как и раньше. Эх… жаль, что так не случилось! Но об этом я расскажу вам позже. А пока…

— Ты чего задумался, Вальдер? — спросил Ториан, положив мне руку на плечо. Так как я был занят своими мыслями, то, понятное дело, ничего подобного не ожидал.

— Да ничего, просто я еще толком не проснулся, — нашел что соврать! В это мог поверить разве что трехлетний ребенок…

— Не проснулся, говоришь? — с улыбкой спросил он.

— Ты во мне разве сомневаешься? — с кислой миной поинтересовался я.

— Конечно, нет, ты что?! Вот только ответь мне на один вопрос: откуда у тебя на голове шишка таких внушительных размеров, что если не присматриваться, то может показаться, что у тебя из головы как минимум рукоять кинжала торчит?!

Сказав это, он рассмеялся своей шутке. Я же всего лишь вежливо улыбнулся. Он слыл довольно хорошим парнем, однако пустомелей был куда лучшим. Если я сейчас что-то не придумаю, то завтра же почти во всех трактирах будет гулять байка о том, как я самолично дрался против огра-дракона-богов-нашей армии (десятикратно увеличенной) и еще одноу [6]у известно с кем. Поэтому первое, что мне более правдоподобное пришло в голову, то я и сказал.

— Это я с крыльца упал! — Надеюсь, он не знает, что у меня нет крыльца.

— С какого такого крыльца? — Он стал верхом подозрительности. — У тебя дома его ведь и в помине нет.

Все-таки он это знал, обидно.

— А вот это не у меня было! — на меня снизошло вдохновение.

— А где же тогда? Ты из чердака своего и не выходишь почти. — И это он знал? И сколько же в этом городе людей, которые знают обо мне столь личные подробности? Если уже врать, то врать по полной.

— Я был у девушки… — тихо сказал я, опустив глаза вниз.

— Что?! С каких это пор ты по девушкам ходишь? Ну и кто эта счастливица? Давай рассказывай! И раз ты был у девушки, откуда же шишка?

— Кто она, я тебе не скажу, так как пообещал не афишировать наши отношения, а шишка у меня из-за того, что ее папаша вернулся раньше времени, и мне в скором порядке пришлось ретироваться через окно второго этажа. Уже почти у самой земли я сорвался с какого-то растения, и вот результат, — уныло поведал я.

— Ладно, не печалься. — Решил поддержать меня он.

— Меня ребята в кабаке ждут, поэтому побежал я, прощай! — схватив свой узелок с пожитками, он резко выбежал в дверь.

Не буду вам рассказывать, как проходила моя смена. Там нет ничего интересного. Ну, может, разве что поток новых ругательств из камер. (Но такое знание меня никогда не интересовало.) Да еще хмурая рожа моего толстого начальника. Просто он думает, что придает ей грозный вид, но из этого никогда ничего не получается, и зрелище выходит довольно жалкое и смешное. Никто ему об этом, естественно, не говорит, так как всем известно, что У-Тар очень злопамятен, и тем, кто ниже положением, он может доставить немало неприятностей. Хотя ниже были только охранники тюрьмы и ее непосредственные обитатели. Поэтому он из кожи вон лез, чтобы показать, какой он важный и как велика его власть.

Протерпев свою смену и сдав пост своему дневному колеге, я направился домой по утренним улицам Оруса. В столь ранние часы жизнь столицы только начинала просыпаться. Открывали свои многочисленные лавочки булочники, от которых приятно тянуло сдобой, накрывали на столы белые скатерти работники мелких ресторанчиков. Уютные и опрятные заведения. Чем дальше я отходил от района тюрьмы, тем сильнее преображался город. Многочисленные парки, скверы с прудами и прочие места общественного посещения были в изобилии разбросаны по городу. Идя домой, я наслаждался нашим городом.

Из моей памяти как будто выветрились все воспоминания о ночном инциденте. Я любил утро. Если бы еще и рано вставать не приходилось… Эх, мечты! Вот почему утро, скажем, не в полдень? Или ближе к вечеру? Улицы в это время были почти пустынны. По ним сновал лишь рабочий люд, которому столь ранние побудки давали средства к существованию. На меня никто не обращал внимания, что меня полностью устраивало. Все были заняты чем-то своим. И им не было дела до одинокого путника, хоть и странно выглядевшего.

К сожалению, утреняя идилия длилась не долго. Мимо прошел патруль стражи. Посмотрев на меня, они тут же посмурнели. Еще бы! Лишь недавно вышел указ о том, что все граждане могут носить оружие в черте города. Раньше за такое надавали бы по шее и отправили в кутузку. Или пришлось бы отделываться полновесным золотом. Так как я все это отлично знал, то, ничего не боясь, постарался как можно милее им улыбнуться. Наверное, улыбка у меня вышла довольно кривой, так как, посмурнев еще сильнее, они направились в мою сторону. Этого мне еще не хватало! Разбираться со служителями закона крайне не хотелось, а если начну убегать от них, то это может и за хулиганство мелкое сойти.

Мы шли по противоположным сторонам улицы, и они уже стали пытаться перейти ее, как мимо пронеслась карета какого-то дворянина. Удача! Пока они стояли, разинув рты, смотря на удаляющийся экипаж, я быстренько забежал в одну из лавочек и старательно сделал вид, что что-то выбираю для покупки. Боковым же зрением я наблюдал за патрулем. Заметив, что я пропал, они наверное очень огорчились, так мне показалось, потому что как минимум половина из них смачно выругались. В принципе я их понимаю. Всю ночь бродить по городу в поисках каких-то преступников не очень приятная работенка. Наверное, потому что как только представители этой древней как мир профессии завидят стражников, так сразу же пускаются со всех ног куда подальше. А за преступниками бегать в тяжелых кирасах и с алебардами — занятие не из благородных. Зарплата у них зависит только от их эффективности: чем больше поймают, тем больше получат. Поэтому периодически в мои владения попадают ни в чем не повинные гра ждане. Таких, конечно, процент минимальный, но все же иногда бывают, правда, их через день-два отпускают. Но даже эти дни в тюрьме запомнятся честному гражданину надолго.