Бронебойщик (СИ) - Сергей Коржик

— А вот и таксисты, — подумал я, однако собирать их в кучу надо. Прятать летчиков в деревне нельзя, прятать их надо там, где их искать не будут. А искать их не будут около аэродрома.

Во двор вошёл Иван Дмитриевич.

— Смотри Лексей всё как ты говорил, об пушку бах, на землю ляп.

— Дмитрич не о том говоришь, надо собрать лётчиков в кучу. Пошли пацанов пусть приведут их в какой-нибудь овраг подальше от села, да поближе к аэродрому. Это первое. Второе, потом пусть меня к ним отведут, третье, соберите чего поесть на пару дней в мой второй мешок, ну и кого ни будь мне в помощь донести мою пушку, и патроны. Давайте прощаться, не поминайте лихом, я вернусь с победой. Толкнув речь и озадачив народ, я пошёл к колодцу набрал свежей воды в флягу. Ко мне подбежал пацан лет тринадцати и запыхавшись доложил,

— Лётчиков будут собирать в Кривую балку, я отведу вас туда и помогу донести чего надо.

— Нужен ещё один помощник, амуниции много вдвоём тяжело нам будет, сказал я.

— Так сеструху свистну, поможет.

— Ну, давай свисти, пацан метнулся через забор и через пару минут привёл девочку тех же лет и скорее всего близнеца.

— Вот Маха. Поможет. Она сильная, как я.

— Так ребятишки, мешок он полегче понесёт Маша, сумку с патронами, понесёшь ты, указал я на пацана. Ты же, идёшь впереди и ведёшь нас к балке. Сам я закинул за спину свой сидор, перекинул через плечи по-кавалерийски карабин и куда деваться поднял на плечи птр. Ну, с богом. Поклонился старикам, меня перекрестили с тем и отбыл.

До балки добрались уже в темноте, Мишка засвистел, ему ответили и он потянул нас на дно оврага к каким то кустам.

— Стой! Кто идёт? Раздалось из темноты.

— Кто кто? Скорая помощь в пальто. Младший сержант Кожемяка, истребитель танков.

— И много ты их истребил?

— Всех не помню, но последние четыре штуки не далее как четыре дня тому назад. Что так и будем из даля переговариваться. Я вас между прочим давно жду, уже переживать начал, что пёхом до линии фронта идти придётся.

— Мы тебе что таксисты? Ты часом умом не тронулся лбом танки разбивая, да и безлошадные мы, видел же как нас сбили.

— Так, мальцы! Домой доберётесь? Вот и ладушки, спасибо вам пионеры дальше мы сами. Вы же забудьте пока всё что видели и слышали, немцы, лётчиков завтра с утра искать будут, лучше им на глаза не попадайтесь. Всё, до свидания и верьте, Красная армия вернётся. Теперь о делах наших скорбных вернулся як лётчикам. Вы товарищи красные военлёты, немецкий самолёт сможете пилотировать?

— Блядь, сержант сейчас ты скажешь, что у тебя самолёт где то стоит готовый к взлёту. Ты точно здоровый?

— Я граждане лётчики не настаиваю на своём предложении, базар как говорится большой, походите, приценитесь, может вам кто чего предложит. Я подожду. Не вы так другие. Это я представляю самолёт вам, а не вы мне. Что за народ пробормотал я, удобнее устраиваясь, ты им самолёт, а они тебе пошёл на хрен, больной на голову. Нет, буду ждать других посговорчивей. Я демонстративно развязал вещмешок, достал кусок сала, луковицу, краюху хлеба. Ножом отрезал сальца и смачно захрустел луковицей. Из темноты подошли лётчики, присели молча рядом.

— Ну что сержант давай знакомиться, — я майор Горюнов командир эскадрильи, это штурман эскадрильи капитан Земелько, это стрелок радист старшина Коровин. Так, где у тебя самолёт стоит?

— Ну, стоит он не у меня, а у немцев. Хотя у меня на немцев тоже стоит, вот оцените какой длинный я указал пилотам на ПТР. Аэродром, который вы бомбили, видели? Там самолётов двенадцать штук. Бомбардировщики, двухмоторные, я провёл разведку и составил предварительный план захвата самолёта. Собственно мне нужны были летчики, что бы улететь. Неохота ноги бить до фронта. Фузея тяжёлая, бросить жалко. Я готов обсуждать детали плана, но по месту, поэтому садитесь поближе, угощайтесь, чем народ с нами воинами поделился, и давайте поспим, ибо рано утром нам надо совершить марш бросок в сторону немецкого аэродрома, там спрятаться понаблюдать и обсудить наши теперь общие планы. Утром едва начало рассветать я поднял лётчиков, распределил поклажу, и мы двинулись в сторону аэродрома. Привёл их к тому же кусту, под которым прятался накануне. Теперь мы устроились основательней, слегка проредили куст, натянули сеть в которую вплели новую траву и ветки получился идеальный наблюдательный пункт. Немцы уже позавтракали, собрались в кучку видимо обсуждая предстоящий вылет потом экипажи потянулись к своим машинам. Запустили моторы и самолёты словно гуси один за другим покатили к началу взлётной полосы.

— И вот тут я начинаю играть соло на своей трубе. Стреляю по бомбоотсекам первого, второго, третьего четвёртого самолёта, потом стреляю в замыкающего, следующий выстрел по бензохранилищу. На всё про всё у меня уйдёт пара минут, если у меня будет второй номер. У меня к вам как к специалистам есть несколько вопросов. Взорвутся ли бомбы от попадания бронебойно зажигательной пули калибра 14,5 мм, и второй вопрос взорвавшийся самолёт не разнесёт ли остальные на хрен? Нам же нужен хоть один, но целый.

— Умеешь ты задавать вопросы сержант. У тебя кстати какое образование, языком треплешь как помелом, сомневаюсь я, что ты такой стрелок. Вот не люблю я людей у которых всё так просто решается.

— А вы товарищ майор не сомневайтесь, вот моя красноармейская книжка, вот три благодарности за снайперскую стрельбу. Одна подписана начальником курсов бронебойщиков майором Зинченко, вторая от командира батальона капитана Муравьева и третья тоже от него. Вы лучше ответьте на мои вопросы. Давайте ещё подождём, вы увидите второй вылет, он будет после обеда часа в три и будем выбирать время нашей акции. И любить меня совсем не обязательно товарищ майор, я сторонник двуполой любви, это когда кто не понимает, мужик с бабой, а не мужик с мужиком, и мне ваши ухаживания ни к чему. Штурман и стрелок слушали нашу перепалку с майором раскрыв рты. Видимо давненько так с их командиром разговаривали. Кстати могу предложить ещё один план. Если самолёты всё-таки взрываются, то последний в строю самолёт можно не взрывать, а просто перестрелять экипаж. Повторяю, я снайпер, мне это сделать как два пальца об лёд. Мы со старшиной стреляем и взрываем, вы товарищ майор со штурманом захватываете самолёт, подбираете нас и все вместе делаем ноги с этого неприятного места. Вот теперь можете спорить между собой, сколько хотите, я на крайний случай имею ещё один план, но вам он не понравится.

— Значит так сержант, майор обратился ко мне. Отвечаю по порядку. Бомба взорвётся. Радиус поражения большой. Тут взлохматит всё к чёртовой бабушке, Мы со штурманом понаблюдаем ещё второй вылет и после уже точно скажем тебе наше решение.

— Да не вопрос товарищ майор, наблюдайте, думайте, я жду вашего положительного решения до завтрашнего обеда. Майор опять набычился.

— Ты как разговариваешь со старшим по званию сержант?

— Могу вскочить, встать по стойке смирно и отдав честь, громко доложить.

— Ты что сумасшедший, совсем страх потерял?

— Нет товарищ майор, я контуженный, и три дня лежал засыпанный в окопе, пока меня старухи с ближней деревни не откопали. Я уже умер, и мне по херу все ваши звания, с вами или без вас я доберусь до наших, у меня к немцам масса вопросов и первый из них, почему они суки до сих пор живы. Я отвернулся, забрался поглубже в куст и заснул, ибо всем известно, — солдат спит, а служба летит. Проснулся от того, что кто-то опять дёргал меня за ноги.

— Просыпайся сержант, надо поговорить. Майор не глядя на меня начал обсуждение плана. Самолёт Юнкерс-88, мне знаком, летал я на Юнкерсах правда пассажирских трёхмоторных, но разницы в приборах и управлении думаю нет. Теперь по захвату самолёта. Стрелять будешь отсюда? Здесь практически середина поля видно прекрасно в обе стороны, захватывать будем последний самолёт. Мы заметили, что стоянка первого бомбардировщика практически рядом со столовой. Если удастся взорвать его, в то время когда лётчики будут принимать пищу то можно угробить практически все экипажи, останутся техники. Они кинутся тушить огонь, просто обязаны это сделать, когда подбегут, стреляешь по следующему самолёту и бегом к последнему, теперь по времени захвата. Мы решили, что утром лучший вариант, народ ещё спросонья запаникуют сильнее, а нам чем больше паники тем лучше. Что скажешь?

— Скажу, что пол контуженой головы хорошо, а три с половиной лучше. Сейчас наметьте ориентиры и с вечера ползите в сторону последнего капонира, там на месте осмотрите подходы. Может ночью можно будет сделать какую-то мелкую диверсию, чтобы мотор не сразу завёлся. Действовать злодействовать начинаем по взрыву самолёта, и ради бога не бросайтесь в атаку с криками «Ура». Случайная пуля попавшая в пилота и писец нашим наполеоновским планам. Предлагаю обсуждение плана закончить, приступить к ужину, надо хорошенько подкрепиться завтра с утра, у нас ну оочень нервный день. Развязал сидора, достал всё съестное, фляжку со спиртом, фляжку с водой, что можно открыл, что можно нарезал. Кружка была только у меня, поэтому на правах хозяина я брызнул в неё с пятьдесят грамм спирта, жахнул его одним глотком и занюхал хлебушком.