Всегда в бою - Афанасий Белобородов

Иного подхода требовал к себе Коновалов. Командир он вполне подготовленный, внутренне собранный. И все же на первых порах приходилось не только указывать, но и доказывать, помогать ему найти правильный путь к исправлению ошибок и недостатков. Правда, он крепко затем брался за дело. И все, что. было задумано, претворял в жизнь.

Куда труднее устанавливались контакты с Сухановым. Слушать людей он умеет, мои замечания воспринимает правильно, а вот объясняться не любит. Про таких говорят: из него и клещами слова не вытянешь. Скажет только: "Не беспокойтесь, все сделаем, как должно". И уйдет, непрошибаемо хладнокровный.

Посетовал я как-то комиссару Бронникову на равнодушие Суханова. А Михаил Васильевич и говорит:

- Сперва и я так думал. К счастью, ошибался. Нет в Суханове никакого равнодушия. Есть основательность, трезвый расчет, есть уверенность в себе и своих людях. Скажет мало, сделает много. Разве лучше, если наоборот?

Месяца не прошло, как я вынужден был признаться самому себе: комиссар абсолютно прав. Не речами богат Суханов - делом. Дивизия стояла в Уссурийском крае, в тайге, близ границы. Мы с тревогой следили за событиями, которые развернулись на советско-германском фронте. Понимали, конечно, что рано или поздно и мы попадем на фронт. По крайней мере, надеялись на это. И готовились - днем и ночью. Длительные марши по таежному бездорожью, большие и малые учения с боевыми стрельбами сменяли друг друга. И каждый раз, подводя итоги, штаб дивизии называл 258-й полк Суханова либо лучшим, либо одним из лучших.

Ну а помимо прочего, за три месяца, что минуло с того дня, как я принял дивизию, у меня была возможность не раз убедиться, что Суханов обладает мгновенной и очень точной командирской реакцией.

Вот и сейчас, обговаривая кандидатуру Суханова, мы надеялись, что с таким командиром полк добьется успеха в первом же бою. А первый боевой успех - это очень важно в целом для нашей дивизии, впрочем, как и для любого необстрелянного еще соединения.

В тот же день Суханов повел 258-й полк к линии фронта. Следом двинулась колонна 210-го гаубичного артполка - два его дивизиона из трех. Выехала и наша оперативная группа.

За селом Ядромино колонны свернули с Волоколамского шоссе на юг, на проселочную дорогу. Погода была скверная - дождь пополам со снегом. Вот где пригодилась таежная закалка. Шли быстро, сноровисто вытягивая застревавшую в глубокой грязи технику. Еще засветло, совершив 30-километровый марш, стрелки и артиллерия вышли к переднему краю, к реке Озерна. По ее восточному берегу, через деревни Мары, Слобода, Городище, держала оборону 27-я танковая бригада.

Танкистам приходилось туго. В предшествующих боях бригада понесла большие потери. В строю на ходу осталось несколько танков. А участок обороны вытянулся километров на десять. К тому же левый фланг бригады оказался совершенно открытым. До ближайшего соседа - 144-й стрелковой дивизии 5-й армии - 8 - 11 км. Этот разрыв между флангами прикрывался лишь отдельными группами бойцов с пулеметами. Сплошного фронта нет.

258-й полк сменил танкистов, гаубичные дивизионы встали на огневые позиции. Сделать это быстро и основательно помогли предварительная рекогносцировка местности, творческий подход к организации обороны. Об этом стоит рассказать подробнее.

Еще на марше оперативная группа управления дивизии, к которой присоединился и подполковник Суханов, обогнала колонну. Прибыли мы на место, переговорили с командиром 27-й танковой бригады, осмотрели ее оборону.

Мы уже знали, что 258-му полку придется занять очень широкий участок, что создать сплошной фронт с левым соседом вряд ли удастся. Однако только прибыв на место, мы поняли, какими опасностями чреват этот разрыв в обороне..

Надо было что-то предпринимать: войска уже подходили, а день клонился к вечеру. Суханов вместе с начальником оперативного отделения штаба дивизии Витевским составили план, который тут же был утвержден.

План был прост и реален, тактически хорошо осмыслен. Предлагалось построить оборону так, чтобы основные силы полка сконцентрировать на левом его фланге. В глубине создать резерв. Гаубичную артиллерию выдвинуть тоже ближе к опасному флангу. Остальной участок обороны прикрыть небольшими группами боевого охранения.

В подобном построении наших боевых порядков был известный риск: Но риск оправданный, здравый. Во всяком случае, гораздо меньший, чем если бы мы вытянули все батальоны в линию - непрерывную, но тонкую.

И хотя разрыв со 144-й дивизией оставался, но теперь 258-й полк, хорошо сгруппированный, с сильным резервом, мог выдвинуться в любом направлении, он как бы нависал над той самой "пустотой" и был способен не только обороняться, но и мощно контратаковать.

Участок полка в целом представлял собой тупой угол, вершиной обращенный к противнику: 3-й батальон капитана И. Н. Кузичкина развернут был фронтом на запад, по реке Озерна; 1-й батальон капитана И. Н. Романова - на юго-запад; 2-й батальон капитана П. В. Борисова - в глубине, близ деревни Онуфриево.

Таким образом, здесь, на Озерне, готовясь к первому бою, к встрече с очень сильным и маневренным противником, стрелковый полк делал все возможное, чтобы создать себе условия для контрманевра, для сосредоточения сил и средств на решающем участке. Кстати говоря, в оборонительном бою принцип сосредоточения сил и средств на решающем участке столь же важен, как и в бою наступательном. С той только разницей, что следовать ему во втором случае легче, ибо обычно наступающая сторона имеет какой-то - больший или меньший - перевес над противником.

И хотя этот принцип широко известен и, я бы сказал, элементарен, его применение всегда требует от командиров и штабов творческого подхода. Боевой опыт минувшей войны да и других войн убедительно подтверждает, что теоретически хорошо подготовленный командир способен применить свои познания на практике лишь тогда, когда он обладает еще и смелостью, высоким чувством ответственности за порученное дело. Именно совокупность этих качеств помогает принять зрелое решение. И если план обороны, предложенный Сухановым и Витевским, оптимально отвечал требованиям обстановки, то в этом, несомненно, сказалось их творческое мышление.

Местность, где нам предстояло вести боевые действия, была выгодной для противника. Фашисты занимали господствующие высоты по западному берегу Озерны. С этих высот и с колокольни в селе Михайловское их наблюдатели просматривали не только значительную часть обороны нашего полка, но и его тылы вплоть до деревни Сафониха, в которой расположились штаб полка и оперативная группа управления дивизии.

Утром 2 ноября вражеская артиллерия обстреляла Сафониху и даже отдельные повозки с боеприпасами и полевые кухни, направлявшиеся к передовой. Ответный огонь гаубичных дивизионов майора Б. С. Покрышкина принудил замолчать батарею противника. Для того чтобы улучшить обзор с нашего низкого берега, артиллеристы 210-го гаубичного полка устроили наблюдательные пункты на вершинах деревьев.