Ад во мне - Вад Макей

— Совсем рогатый оборзел, — радостно сообщил Проповедник. — С тех пор, как его жена сбежала с любовником на горячие источники, все беснует. Боится, что голову поднять скоро не сможет, — и он припротивнейше захихикал.

— Много ты знаешь, деревяшка, — солидно пробурчал Вал, пиная двери ногой. — Она за престарелой мамашей ухаживает, чтоб первой на наследство лапу наложить.

— Конечно! — рожа похабно ухмыльнулась, но мы уже вышли из кабинета и не слышали мнения Проповедника о дуре-демонице, которую он бы держал на короткой цепи и выводил гулять только в наморднике. Понять мужика можно, сами посидите в двери без выпивки и без баб, созерцая, обоняя и не пробуя. Кошмар!

— Что сначала? Пожрать тебя сводить или в гостиницу заселить? Да и приодеть тебя не помешало бы. А то как варвар ходишь: полуголый и с дубиной железной в руках. У вас, что, оружия нормального нет?

— Чтоб ты понимал, — обиделся я за алюминиевый шедевр американского бейсбола, — Это символ мира в моих руках.

— Это как?

— Если я с такой дубинкой появляюсь среди желающих подраться, то они сразу подписывают мирный договор, не приступая к боевым действиям. У нас, у кого в руках дубина — тот и босс.

Вал более уважительно посмотрел на биту.

— Так что?

— Сначала еда! Я с похмелья жутко злой, когда голодный.

— А ты с похмелья? — заинтересовался Вал.

Я хмуро глянул на него исподлобья и покрутил кисть с битой перед собой. Видно, что-то в моем лице впечатлило новоиспеченного куратора:

— Снимаю вопрос как неуместный, — он поднял вверх руки и хвост.

В столовой никого не было, поэтому Валу пришлось долго орать, потом бегать кругами, греметь тарелками и звенеть ножами, пока не выволок на свет невысокого мужичка в белом халате и колпаке. Тот позаламывал руки, побурчал, даже взвизгнул пару раз, когда мой товарищ его приподнял и уронил, но в итоге Вал получил поднос, полный всяких вкусностей. Мяса, мяса и еще мяса: жареного, вареного, тушеного, с подливкой и овощами, покрытого сырной корочкой и грибочками, запеченного в тесте, копченого и, как украшение этого изобилия, две маленьких фрикадельки. Мы дружно накинулись на еду. Все это запивалось кисловатым вином, и я, наконец-то, почувствовал, как прекрасен этот мир!

— Люблю повеселиться, особенно пожрать! — сыто рыгнув, констатировал я. Теперь можно и в гостиницу заселяться. Если здесь всегда так кормят, следует озаботиться расходованием калорий. — Вал, а как у вас с сексом?

— В каком смысле, как?

— Ну, он есть?

Вал смотрел на меня с недоумением.

— Я, например, успел родиться в стране, в которой секса не было, — попытался я пояснить.

— У вас что, суккуб нет? — приятель смотрел на меня с недоверием. — И как вы выживаете?

— Да вот, как-то выживаем, — пожал я плечами.

— Какой-то странный у тебя домен. Не, у нас с этим делом все в порядке. Хочешь, с чувствами, хочешь — к суккубам иди. Нет проблем.

— Ты меня утешил. А к суккубам — это за деньги? — на всякий случай уточнил я, понимая, что финансы поют романсы, и где их брать — не понятно.

— А это как договоришься. Если понравишься, так еще и накормят. У нас так некоторые первокурсники практикуют. И сытые, и удовлетворенные в итоге. Правда, таких мало, — Вал задумчиво поковырял между клыками огромной зубочисткой. — Я только троих и могу вспомнить. Остальных обычно выносят.

Мы выползли из-за стола и отправились в гостиницу, которая находилась в этом же корпусе. Пока шли, я рассуждал о неутешительных перспективах посещения суккуб. Пожалуй, целибат — это именно то, что мне нынче очень даже нравится. А что? Думаете, не смогу? Да запросто! Вон, даже йога предписывает сексуальное воздержание. Вот и начну свой путь к нирване с тренировки плоти. Решено! Никакого секса! У-у! Какие девушки ходят по коридорам и строят глазки. Особенно хороша вон та желтоглазка с аккуратными маленькими рожками, так забавно выглядывающими из-под копны голубых волос. Ножки — стройняшки, хвостик с кисточкой кокетливо украшен голубой ленточкой, юбочка едва прикрывает попку, и такая симпатичная прозрачная рубашечка. Лапуська! Я задергал Вала за хвост и зашипел:

— Познакомь меня вон с той экзотической красоткой. Быстрее, а то уйдет!

Вал оглянулся через плечо, резко сгреб меня в охапку и в бешеном рывке одним длинным прыжком затащил в какую-то кладовку.

— У тебя старший брат есть?

Я в недоумении отрицательно покачал головой.

— А, похоже, что тебя башкой в детстве о потолок били. Или у тебя с ушами плохо? — он многозначительно покрутил пальцем над ухом. — Это же Бру-ни-лия! — и он постучал меня по лбу.

— Какая красавица, — только и смог разочарованно простонать я.

— Кто? Эта дурнушка? С какого же инферно ты прибыл, если Брунька тебе красавицей кажется? — сочувственно покачал головой Вал.

Что на это ответить я не знал. Если ЭТО дурнушка, то мой путь к нирване будет слишком тернист и долог.

Гостиница поразила своей роскошью. Если бы в свое время мне не пришлось пошляться по нашим общагам, я бы, возможно, и не был так приятно удивлен. Помещение, куда меня заселил местный комендант, плюгавый, но весьма злющий дядька с крокодильими зубами, состояло из трех больших комнат — спальни, гостиной и шикарной ванной. Все выдержано в черно-красных тонах. Мрачно и стильно. Мне понравилось. Кровать просто вопила, что пора собирать подружек, диван в гостиной так и требовал, чтобы на него завалился один новоиспеченный черт с глянцевым журналом в руках, а мягкий черный ковер откровенно намекал, как на нем приятно поваляться с бокалом вина и гроздью винограда. В шкафу висел черный костюм тройка, парочка белоснежных рубашек и целая куча исторического барахла. Прикольно. Я сразу почувствовал себя Жераром Филипом, осталось лишь найти Джину Лоллобриджиду и можно начинать снимать фильм. Но больше всего восторг у меня вызвала ванна. Пока Вал ходил душить главбуха, я пустил воду из двух золоченых кранов в маленький черный мраморный бассейн (всего метра четыре по диагонали) и решил остаться в этой роскоши как можно дольше.

Когда куратор вернулся, я разглядывал себя в большом зеркале, занимающем, почти, целую стену. Да уж, сюрприз удался. Из зеркала выглядывал диаболус корнеа, он же — черт рогатый. Во-первых, у меня на лбу выросли рога. Точнее, небольшие черные рожки, словно две маленькие термоядерные ракеты, угрожающе торчали в сторону зеркального отражения. Во-вторых, я стал выше ростом, шире в плечах и значительно мускулистее. В-третьих, волосы на голове отросли, начали завиваться, и из них торчала маленькая головка черной змеи. Прямо по центру лба, между рогов. Это, наверное, моя единственная извилина выползла посмотреть на придурка сохатого. Ариох облысевший! Кожа потемнела до цвета средиземноморского загара. Черты лица приобрели некую скульптурную грубость, но, в целом, мне понравилось. Глаза, правда, из темно-серых стали непонятного цвета, то ли темно-лилового, то ли серо-буро-малинового. При искусственном освещении понять было сложно. Странные такие глаза, без белков. Зато большие! Я показался себе таким мужественным чертом с едва уловимым шармом. А что делать? Только и остается — искать в каждой гадости приятное.