Фантастика 2025-138 - Владимир Владимиров

шум и беготня. Я все чаще чувствовал усталость. И ждал лета, как откровения.

– Как ты можешь так говорить? – послышалось из-за деревьев, и я остановился. Голос, без сомнения, принадлежал Мии. А кто ее собеседник – угадать несложно. – Кир, я не понимаю тебя. Что вообще произошло? Тебя кто-то заставил уехать? Может, угрожает кто?

– Ваше высочество кронпринцесса, – выделил Киримус высокий титул. – Мне никто не угрожает. Ни ваш батюшка, ни уж тем более Верховный Жрец. Я сам принял решение об отъезде. Опомнитесь, у вас есть официальный жених. Вы не можете вот так просто срываться и бежать в никуда. Это политика, Зимия. Ни вы, ни я не вольны в своем выборе.

Я сжал кулаки. С одной стороны, Гаденыш прав. С другой – мерзко звучит. Мия не выбирала, в какой семье родиться. Да и влюбилась сдуру не в равного. Бывает. Остается пожалеть девчонку. Если бы она могла вызвать хоть каплю жалости.

– Ты… ты… – судя по голосу, Киримуса ждала истерика. – Да как ты можешь!

– Держите себя в руках, принцесса, – холодный, как сталь, голос. – Иначе я немедленно отпишу вашему батюшке, чтобы забрал вас отсюда. Не знаю, почему до сих пор этого не сделал.

– Потому что ты меня любишь, – сквозь слезы отвечала Мия.

– Нет. Только из уважения к вам и нежелания начинать работу здесь со скандалов и интриг.

Вот Гаденыш! Вот гад! И опять-таки, с одной стороны, он прав. Но с другой… Я разрывался от противоречивых эмоций. Тот случай, когда одновременно хочется кое-кого придушить, но понимаешь, что сам вряд ли поступил бы иначе. И вмешиваться неприлично. Они-то не рассчитывали на чужие уши.

– Ненавижу, – прошипела Мия. – Я превращу твою жизнь во мрак. Ты еще пожалеешь.

Пора Киримусу начинать бояться. Принцесса – та еще оторва. Что месть будет страшна – я мало сомневался. Как и в том, что она состоится.

– Мия, давай расстанемся друзьями.

Я все-таки тихо рассмеялся. Ничего более нелепого в жизни не слышал. То же самое, что предлагать смертельно больному пить за здоровье.

– Кто здесь?

Надо делать ноги. Я набросил иллюзию и ринулся прочь, обратно в общежитие. Мало мне проблем с начальством. Гарден может еще добавить. Ступеньки так и сверкали под ногами, когда я поднимался на второй этаж. Ворвался в комнату, швырнул плащ на спинку кресла и залпом осушил стакан воды. Кажется, не узнали. Иначе уже выламывали бы двери.

Стоило подумать об этом, как раздался осторожный стук. Я молчал. Пусть думают, что меня нет. Стук повторился, уже настойчивее.

– Профессор Аль, откройте, это Мия, – раздался голос принцессы, и чуть тише: – Вы ведь все слышали.

Я открыл дверь. Принцесса была одна. Похоже, Киримус где-то отстал. Или поджидает в засаде.

– Можно войти? – глаза девушки припухли, нос слегка покраснел.

– Да, – отступил я, давая ей проникнуть в комнату. – Но долгого разговора не выйдет. Мне нужно работать.

– А долгого и не надо, – присела она в кресло. – Аланел, это ведь были вы. Там, в парке. Я узнала вашу силу. Киру ничего не сказала, не опасайтесь. Но мне… просто необходима ваша помощь.

Сейчас, когда принцесса отбросила взбалмошность и капризы, она выглядела достаточно милой. Я тоже успокоился и сел напротив.

– Я общалась с эри Эленой. Она посоветовала мне много чего, но главное сводилось к тому, что, как она выразилась, клин клином вышибают, – Мия уставилась на сложенные на коленях ладошки. – То есть, если бы я смогла вызвать ревность Кира, он бы вернулся. Или хотя бы понял, какую глупость сотворил.

– Допустим. Но при чем здесь я? – пытался уловить нить ее мысли. Получалось с трудом.

– Поухаживайте за мной. Я сделаю вид, что забыла Кира и увлечена вами. И тогда…

– Ни за что, – перебил я принцессу. – Начнем с того, что вы – моя студентка. Не говоря уже о том, что особа высшей крови. Мне дороги мои голова и должность, Зимия. Не хочу лишаться ни того, ни другого.

– Аль, это будет всего лишь игра, – настаивала девушка, вглядываясь в мое лицо.

– Для вас, не для него. Он и правда отпишет вашему батюшке. Что тогда? Чего вы добьетесь? Месть хороша на остывшую голову, Мия. А я вам не помощник.

– Что ж, пусть будет так, – принцесса поднялась и расправила складки платья. – Мы еще вернемся к этому разговору.

– Не стоит, – покачал я головой.

Но она уже не слушала меня. Зимия скрылась за дверью, и Реус удивленно протянул:

– Дела-а.

– Хоть ты помолчи, – шикнул я, пытаясь разобраться в собственных мыслях. Нет, о помощи Мии и речи не могло быть. Но жалко дурочку. Влюблена ведь по-настоящему. А Киримус мог бы и принять какое-то решение. Неубедительные у него доводы. И рядом быть не дает, и не отпускает по-настоящему.

Для меня лучше будет не вмешиваться. Иначе не только они наломают дров, но и я.

Глава 7

Куда глаза глядят

Мы предполагаем, а судьба играет нами, как вздумается. Эту великую истину я постиг достаточно давно. В жизни столько всего было, но никогда еще мне не удавалось предугадать, чем обернется тот или иной поворот пути. Вот и тогда, закрывая двери за Мией, я не предполагал, что возобновит наш разговор не она, а я сам. И причина для этого мне бы и в страшном сне не приснилась. А если бы приснилась, то я бы утром не открыл глаза.

Остаток недели прошел достаточно мирно. Я так и не узнал, кто собирался взорвать Гаденыша. Что самое обидное – даже не подозревал. Не знаю, как продвигались поиски виновного у самого ректора, но он сохранял спокойную физиономию и делал вид, что ничего не случилось. Более того, притащился ко мне на последнюю пару в пятницу, когда я уже предвкушал выходные и не особо задумывался о работе. Пришлось еще раз расстроить бедолагу. Лекция прошла как обычно, я к ней готовился. И ректор ушел несолоно хлебавши. А я возвращался в общежитие, насвистывая веселую песенку и представляя, как скоротать два свободных дня. Не учитывая подготовки к занятиям.

Я уже почти дошел до двери, когда меня чуть не сбил экипаж, несущийся к общежитию. Что-то новенькое. Кого еще принесла нелегкая? С того момента, как у нас поменялся ректор, академия превратилась в проходной двор. Ездят тут всякие, пылят.

Но когда я увидел, что за дива выплыла из экипажа, шутить мне расхотелось. Даже со спины я узнал сей венец природы. Девушка обернулась, взглянула на меня – и тоже, кажется, узнала.