Вся Агата Кристи в трех томах. Том 3 - Агата Кристи

Должен заметить, что к тому времени Семь Циферблатов уже послали предупреждающее письмо мистеру Ломаксу. Это было сделано для гарантии того, чтобы я был на месте событий самым естественным образом. Как вы знаете, я не делал секрета из своего присутствия.

И опять глаза суперинтенданта хитро сверкнули.

— Мистер Эверслей и мистер Тесайгер якобы разделили ночь на два дежурства. В действительности же так поступили мистер Эверслей и мисс Сент-Мор. Она дежурила у окна библиотеки, когда услышала шаги мистера Тесайгера, и ей пришлось метнуться за ширму.

И здесь сказалась ловкость мистера Тесайгера. Его рассказ казался тогда абсолютно правдивым, и должен признать, что стрельбой и всем остальным я был определенно сбит с толку, возникло сомнение — имеет ли мистер Тесайгер вообще какое-то отношение к кражам и не находимся ли мы на ложном пути. Были еще одно-два подозрительных обстоятельства, которые указывали на совершенно другое направление, и могу сознаться вам, я не знал, что делать, как сопоставить одно с другим.

Я нашел обгоревшую перчатку в камине со следами зубов на ней… и тогда… да, тогда до меня дошло, что я все-таки был прав. Но, даю слово, мистер Тесайгер очень хитер!

— Но что же в действительности произошло? — спросила Бандл. — Кто был другим человеком?

— Никакого другого человека не было. Послушайте, и я расскажу вам, как в конце концов мне удалось восстановить ход событий. Начну с того, что мистер Тесайгер и мисс Уэйд вместе занимались этим делом. У них назначено свидание на определенное время. Мисс Уэйд приезжает на своей машине, пролезает через ограду и подходит к дому. У нее готов чудесный рассказ на тот случай, если ее кто-нибудь остановит, — что она в конце концов и рассказала. Мисс Уэйд спокойно оказывается на террасе сразу же после того, как часы пробили два.

Теперь могу сказать, что ее видели, когда она появилась в аббатстве. Видели мои люди. Но у них был приказ не останавливать никого из тех, кто приходит, они должны были задерживать только выходящих. Мисс Уэйд появляется на террасе, и к ее ногам падает пакет, который она подбирает. Мужчина спускается вниз по плющу, а мисс Уэйд убегает. Что происходит потом? Борьба, и вскоре — револьверные выстрелы. Что делают остальные? Мчатся на место борьбы! А мисс Лорейн Уэйд, воспользовавшись этим, спокойно может уехать, прихватив с собой документы.

Однако все произошло не совсем так. Мисс Уэйд наткнулась на меня — прибежала прямо ко мне в руки. И с этого момента их тактика меняется — уже не атака, а оборона. Мисс Уэйд рассказывает свою заготовленную историю. Весьма продуманную. Теперь перейдем к мистеру Тесайгеру. На одну вещь я сразу обратил внимание. Он не мог потерять сознание всего лишь из-за одного пулевого ранения. Или он упал и ударился головой, или… вовсе и не терял сознания. Позже мы услышали рассказ мисс Сент-Мор, который полностью соответствовал рассказу мистера Тесайгера. Но был один пункт, наталкивавший на размышления. Мисс Сент-Мор поведала, что, после того как свет был выключен, мистер Тесайгер подошел к окну и стоял там так тихо, что ей подумалось — он, должно быть, вышел из комнаты. Только если кто-то находится в комнате, то вы не можете не слышать его дыхания, особенно если прислушиваетесь. Представим теперь, что мистер Тесайгер действительно выходил из комнаты. Куда? Вверх по плющу в комнату мистера О’Рурка! В виски с содовой мистера О’Рурка было еще вечером подмешано снотворное. Мистер Тесайгер берет документы, бросает их вниз, опять спускается на землю по плющу и имитирует драку. Это довольно просто, если продумать заранее. Переворачивать столы, крушить все вокруг, менять свой голос на хриплый полушепот. Затем финальный аккорд: два револьверных выстрела. Его собственный автоматический «кольт», купленный открыто накануне, стреляет в вымышленного противника. Потом левой рукой в перчатке он достает из кармана маленький «маузер» и стреляет себе в мясистую часть правой руки — выбрасывает пистолет в окно, стаскивает зубами перчатку с руки и бросает ее в огонь. Когда я прибегаю, он лежит на полу без сознания.

Бандл сделала глубокий вдох:

— Вы тогда еще не знали этого всего, суперинтендант?

— Нет, не знал. Меня провели так же, как и всех остальных. И только значительно позже удалось свести факты воедино. А началось все с того, что я нашел перчатку. Тогда и попросил сэра Освальда бросить пистолет через окно. Пистолет упал намного дальше, чем должен был. Но если человек не левша, то левой рукой бросит пистолет значительно ближе. Тогда возникло только подозрение, очень смутное.

Обратила на себя внимание такая деталь: документы явно брошены вниз для того, чтобы их кто-то подобрал. Если мисс Уэйд оказалась там случайно, то кто должен их подобрать? Конечно, для тех, кто не был в курсе всего, ответ был очевиден — графиня. Здесь у меня было преимущество перед вами. Я знал, что графиня чиста. Что из того следует? А то, что документы были подобраны именно тем человеком, для которого они предназначались. И чем больше размышлял, тем более замечательным совпадением выглядело для меня то, что мисс Уэйд приехала точно в условленный момент.

— Наверное, вам пришлось нелегко, когда я прибежала к вам, полная подозрений насчет графини?

— Точно, леди Эйлин. Мне нужно было что-то сказать, чтобы сбить вас со следа. Еще труднее пришлось мистеру Эверслею с леди, только что пришедшей в себя после глубокого обморока и не знавшей, что она может говорить.

— Теперь мне понятна взволнованность Билла, — сказала Бандл, — и то упорство, с которым он убеждал ее не говорить ничего, пока она вновь не почувствует себя хорошо.

— Бедный старина Билл, — вставила мисс Сент-Мор. — Бедный мальчик против своей воли должен был играть роль соблазненного роковой женщиной и от этого все время становился бешеным как шмель.

— Так все и было, — подтвердил суперинтендант Баттл. — Я подозревал мистера Тесайгера, но не мог получить веских доказательств. С другой стороны, сам мистер Тесайгер был взволнован. Он уже более или менее догадывался, что имеет дело с Семью Циферблатами, и страшно хотел узнать, кто же номер седьмой. Он добился, чтобы его пригласили к Кутам, так как предполагал, что номером седьмым был сэр Освальд Кут.

— Я тоже подозревала сэра Освальда, — созналась Бандл. — Особенно когда он вышел из сада той ночью.

— И у меня были подозрения, — сказал Баттл. — Но не относительно сэра Освальда — относительно его секретаря, — продолжал раскрывать карты суперинтендант.

— Орангутанга? — изумился Билл.

— Мистер Эверслей!