Ужас. Иллюстрированное повествование о нечистой силе - Игорь Винокуров

А.Н.Аксаков, размышляя о природе изучаемых им феноменов, пришёл к выводу, что действующим в них началом должно быть, как тогда говорилось, внетелесное действие живого человека (психокинез, как мы сказали бы сейчас) и что духи умерших тут ни при чём. Эту точку зрения разделяют и некоторые современные исследователи полтергейста, например, американский парапсихолог В.Ролл, считающий, что носителем полтергейста является живой человек из плоти и крови, а не нечто бестелесное, хотя не следует полностью отрицать и такую возможность.

«Собранные мною материалы были громадны, — писал А.Н.Аксаков в последние годы жизни, — но разгадки для них не было». Почти то же самое, к сожалению, можем сказать и мы сто лет спустя.

Возникновение термина

Те странные феномены, что сейчас мы называем словом «полтергейст», не имеют определённого и однозначного названия в русском языке. Обычно полтергейстные происшествия списываются на проделки нечистой силы. За этим сборным понятием могут стоять вполне конкретные персонажи народной демонологии — домовой, кикимора, мокруха, чёрт, дьявол, демон и пр.

В английском языке также не нашлось слова для обозначения того, что ныне принято называть полтергейстом. Пришлось использовать заимствование из немецкого — «полтергейст» (Poltergeist), что буквально означает шумный, шумливый, озорной дух и переводится на русский язык как привидение, призрак, домовой. Кстати, сами немцы называют это явление словом шпук (Spuk). Оно имеет два значения: привидение, призрак и — шум, гвалт, причём с элементами как бы чертовщинки.

Слово poltergeist в английском языке впервые было использовано ещё в 1838 году, но не в специальной, а в художественной литературе и лишь примерно в последнюю треть прошлого века стало использоваться, так сказать, по назначению. Но тогда оно ещё писалось через дефис: polter-geist. Краткий оксфордский словарь английского языка расшифровывает значение слова poltergeist как «дух, который сообщает о своём присутствии шумами; шумный дух». Современное начертание этого слова было узаконено относительно недавно — в одиннадцатом издании Британской Энциклопедии в 1911 году. Эта статья в Британской Энциклопедии о полтергейсте мне представляется лучшей из всех написанных об этом странном феномене. Её автор — всё тот же Эндрю Лэнг. «В слове «полтергейст» явление приписывается действию духа — старое популярное объяснение всех оставшихся без объяснения явлений», — мудро заметил он…

На русском языке слово «полтергейст» впервые было напечатано в 1982 году в одном переводном зарубежном периодическом издании с малым тиражом. Тогда оно почти не было замечено. Слово получило всеобщее распространение с 26 мая 1987 года — со дня публикации газетой «Известия» статьи Л.Ивченко и Н.Лисовенко «Енакиевское «диво». Что о нём думают учёные». С тех пор слово «полтергейст» прочно вошло в нашу разговорную речь.

Первую половину нашего века исследования полтергейста за рубежом шли ни шатко, ни валко. Результаты нескольких тщательно расследованных вспышек полтергейста не привлекли к себе внимания. Оживление наступает в послевоенный период: возросло число исследователей, количество публикуемых в парапсихологических журналах статей, издаваемых книг. В послевоенный период получили известность работы и публикации Г.Прайса, Х.Кэрринггона, Н.Фодора, Г.Тарстона, А.Оуэна, Дж. Пратта, В.Ролла, Г.Бендера, Дж. Пальмера, Я.Стивенсона, Д.Скотт Рого, А.Гоулда, А.Корнелла и многих других. К сожалению, имена этих исследователей полтергейста мало что говорят читателю. Из книг хотелось бы отметить фундаментальный труд английских исследователей А.Гоулда и А.Корнелла. Он так и называется — «Полтергейсты» и основан на компьютерном анализе 500 случаев.

За рубежом обратили внимание на большой интерес к полтергейсту в нашей стране. Об этом говорит и небольшая редакционная заметка в одном из номеров «Обозрения парапсихологии» (США) за 1988 год: «Журнал «Омни» сообщает, что паниковали соседи, вызывалась милиция, а один из членов семьи впал в нервное расстройство. И всё потому, что маленький Саша вызывал возгорание без спичек, посылал предметы летать по воздуху и переворачивал холодильники, не касаясь их. После одного из возгораний, когда едва не сгорело жильё семьи, Сашу послали в Москву на обследование. Ничего необычного не было найдено. «Это, несомненно, случай полтергейста», — сказал московский врач доктор Андрианкин. Всё это появилось в советской газете «Известия»,[viii] что несколько необычно. Марчелло Труцци, профессор социологии Восточно-Мичиганского университета (Ипсиланти), который следит за русскими сообщениями о парапсихологии, отметил, что появление такого рода статьи в газете «Известия» в высшей степени необычно. «Возможно, гласность в конце концов достигла и паранормального», — сказал он».

Само собой разумеется, что почти до самого последнего времени публикаций о полтергейсте в нашей стране почти не было. Мне известна лишь одна статья о полтергейсте 1926–1927 года в Киеве, появившаяся в киевской газете «Пролетарская правда» в номере от 2 июня 1927 года. Но отсутствие сообщений о случаях полтергейста на страницах печати отнюдь не свидетельствует об отсутствии самих случаев. Мне пришлось ознакомиться с письмами читателей в ряде газет и журналов, возобновивших в 80-е годы публикацию материалов о полтергейсте. Читатели в своих письмах-откликах не вспоминают разве что дореволюционные случаи и приводят множество примеров, когда они сами, их родственники, знакомые сталкивались с проявлениями полтергейста. Хронология событий покрывает весь послереволюционный период.

Вот, например, с чем столкнулась летом 1937 года в городе Серпухове ныне 78-летняя Анна Петровна Азарова: «Было лето, я с мужем приехала в Серпухов к родным в гости. Родные жили недалеко от вокзала. Муж ходил на вокзал за папиросами, а когда вернулся, сказал: «Пойдём сходим на Ворошиловскую улицу, там в одном доме происходит какое-то невероятное представление: все вещи ходят, летают по всему дому». Дом был тоже недалеко от вокзала. Когда мы туда пришли, там было очень много народу, и дом был оцеплен милицией».

Первые сообщения о случаях полтергейста, появившиеся на страницах ряда отечественных газет в 1981–1985 годах, имели резко отрицательный характер. Чего стоили одни только названия статей: «На всякого мудреца…», «Бабушка Стефа — инопланетянка», «Одна бабка сказала». Две последние статьи относятся к челябинскому полтергейсту 1985 года, носителем которого оказалась 14-летняя Таня. Обстановка обычная для таких ярких случаев: сотни любопытных, кордоны милиции, миллионный Челябинск гудит в удивлении. Но народ удалось успокоить: это-де всё Таня сама незаметно делает. Поверили: всё-таки это не «колокольчики заболели».