Объединяя усилия (ЛП) - Пейдж Сабрина

Грейс смотрит на меня, положив руки мне на грудь, её зелёные глаза широко раскрыты и сияют. Когда я прижимаюсь губами к её губам, она открывается для меня. Её язык ищет мой, слегка неуверенно, хотя она только что держала мой член между губами. Тот факт, что она колеблется, делает её ещё более милой.

Я плыву на проклятом облаке. Настолько, что я даже не возражаю, когда Ной целует её. Или когда его руки обхватывают её грудь. Мы так соперничаем друг с другом во всём в этом грёбаном мире, и все же каким-то образом мы стоим здесь с Грейс в душе, намыливая её мокрое тело, как будто это чёртово командное усилие.

— Думаю, теперь я, наверное, чистая, — шепчет Грейс, когда я снова провожу руками по её груди.

— Ты уверена? Мы должны убедиться, — говорю я ей. — Например… прямо здесь. Определённо хочу убедиться. — Я провожу пальцами между её ног, где она тёплая и уже такая мокрая. На этот раз я стою перед ней. На этот раз я вижу, как меняется выражение её лица — как тяжелеют её веки, как она прикусывает губу, когда я медленно провожу пальцами.

За её спиной Ной проводит руками по её бедрам и ягодицам.

— А как же здесь, Грейс? — спрашивает он. Я не вижу, что он делает, но её глаза немного расширяются. — Такая тугая маленькая задница. Кто-нибудь бывал здесь раньше?

— Нет. — Она не произносит этого слова. Она стонет, и её киска сжимается вокруг моих пальцев, реакция Грейс на его прикосновение мгновенна. Я вонзаюсь в неё пальцами, поглаживая её, в то время как Ной прижимает свои пальцы к её заднице. Пока я набираю обороты, она крепко сжимает мои бицепсы для поддержки.

— Никто не был внутри тебя, — говорит Ной. — Кто из нас возьмёт твою сладкую, тугую маленькую девственную дырочку?

— Я… я не уверена, — шепчет она, глядя мне в глаза. — Кто из вас этого хочет?

Ной посмеивается себе под нос.

— Я гарантирую тебе, что мы оба хотим этого. — Я смотрю, как он прижимает свой член к её ягодице, и меня охватывает волна ревности.

— Если ты хоть на секунду подумаешь, что возьмёшь её сейчас… — рычу я.

— Я так близко, — умоляет Грейс, её голос звучит мягко, напоминая мне сосредоточиться на её удовольствии. Она тянется к моему члену, отвлекая меня от спора с Ноем, проводя рукой по длине, когда она всхлипывает. Я прижимаю кончики пальцев к текстурному местечку внутри неё, вызывая долгий стон.

— Кончай на мои пальцы, сладкая, — говорю я ей. — Кончай на мои пальцы, а потом кончай на мой член.

— И на мой, — перебивает Ной.

— Но сначала на мой.

— О, Боже! Чёрт. Прекратите. Спорить. — Грейс выдыхает слова, отпуская мой член и сжимая мои руки, жёстко кончая, её слова теряются в стонах. Её мышцы сжимаются на мне так сильно, что, клянусь, мои чертовы пальцы вот-вот сломаются, но я поглаживаю её и поглаживаю, пока она, наконец, не успокаивается, сильные конвульсии превращаются в нежное трепетание.

Первое, что говорит Ной, когда Грейс перестаёт стонать:

— Отлично. Никаких споров. — Он выжидает всего несколько секунд после того, как я просовываю пальцы ей между ног, а потом разворачивает её лицом к стене душа, поднимает руки Грейс над головой и кладёт ладони на мрамор. Вода из душа бежит по её обнажённому телу, стекая по коже маленькими ручейками. — Но ты моя. Я имею в виду, наша. И мы собираемся взять каждый дюйм тебя.

— Мы оба, — добавляю я.

— Ребята, — предупреждает она.

— Одновременно, — я изменяю свои слова. — Мы оба возьмём тебя одновременно. Видишь? Мы способны делиться.

— Мы можем поделиться. Мы будем делиться, — эхом отзывается Ной. Я смотрю, как он стоит позади неё, направляя свой член между её ног. — Чёрт, ты такая тёплая и мокрая. Я хочу проникнуть своим членом внутрь тебя прямо сейчас. За исключением того, что это оставило бы Эйдена в стороне. А ты хочешь нас обоих сразу, не так ли?

Грейс хнычет.

— Да.

Ной резко отходит в сторону.

— Почувствуй её влагу на своём члене, Эйден.

Когда я встаю позади неё и прижимаю свой член между её ног, она удовлетворённо вздыхает. Я провожу головкой члена по её щели. Её недавний оргазм всё ещё очевиден, половые губы по-прежнему опухшие, когда я касаюсь их.

Я так сильно хочу быть внутри этой киски прямо сейчас.

Вместо этого я отступаю назад, любуясь видом её задницы.

— Посмотри, какие мы, блядь, аппетитные, Ной.

— Ты хочешь, чтобы мы действовали вместе, Грейс? — спрашивает Ной, его рука движется вниз по его длине. — Ты хочешь, чтобы мы двигались по очереди? Ты хочешь, чтобы мы играли красиво?

— Да.

— Выпяти свою задницу, — требую я. — Выгни спину и покажи нам свою хорошенькую киску и маленькую попку.

Ной хватает её за задницу.

— Мы оба собираемся заявить на тебя права, дорогая.

Грейс оглядывается через плечо, её губы надулись, когда она выгибает спину ещё больше, гордо показывая себя нам. Прямо сейчас она похожа на грёбаный мокрый сон. Её глаза изучают нас, когда мы дрочим, каждый из нас кладёт руку на её ягодицы, раздвигая её так, чтобы мы могли видеть всё.

— Это принадлежит нам, — заявляет Ной. Я поглаживаю свой член, наблюдая, как он кончает прямо на её задницу, отмечая её как свою.

Нашу.

Блядь.

Я никогда не дрочил на женщину так, как сейчас — и никогда после другого мужчины.

Но я ничего не могу с собой поделать. Есть что-то первобытное в том, чтобы видеть, как Ной помечает свою территорию — нашу территорию — и знать, что она собирается полностью отдаться нам обоим.

Грейс наклонилась, полностью выставленная напоказ, и я отмечаю её как свою.

Она стоит там с нашей спермой, стекающей по ней, и я не знаю, видел ли я когда-либо что-то настолько чертовски горячее в своей жизни. 

23

Ной

Чёртова девчонка.

Грейс лежит на спине на кровати, её лицо раскраснелось от оргазма в душе, на лице смесь удовлетворения и желания.

Я хочу стереть страстное желание с её лица. Я хочу, чтобы она была сыта.

Эта девушка заставляет меня так сильно желать её, что я снова твёрд, даже после того, как кончил дважды. Её рта мне было недостаточно. Дрочить на неё и помечать её тоже было недостаточно. Я хочу почувствовать, как её киска сжимается вокруг моего члена. Я хочу почувствовать, как она кричит от оргазма, когда кончает на меня.

После душа мы с Эйденом отнесли её в постель, положили между нами — дразня, целуя и мучая её снова без остановки, пока она не начала извиваться, умоляя почувствовать нас внутри себя.

Теперь лицо Эйдена спрятано между ног Грейс. Её стоны эхом отдаются в тишине спальни.

Я не знаю, как, чёрт возьми, мы трое оказались в таком положении. Мысль о том, что я разделю Грейс с кем-то — особенно с моим лучшим другом — безумна. Я не щедрый человек, и я никогда не делил женщину.

Кроме того, что я здесь с ней и Эйденом.

Это вообще не имеет никакого смысла. Это не имеет никакого смысла, что я смотрю на Эйдена, находящегося между ног девушки, которую вожделел, и что я не хочу убить его голыми руками за то, что он осмелился прикоснуться к ней. И это не имеет никакого смысла, что мысль о том, что Эйден и я находимся в ней одновременно, заставляет мой член так сильно напрягаться, что я думаю, что он может взорваться.

Я тянусь к презервативу на ночном столике и разрываю обёртку, раскатываю его по своей длине, слушая стоны и всхлипы Грейс, когда Эйден лижет её. Её стоны похожи на музыку, грёбаную симфонию, которая наполняет комнату.

Она откидывает голову назад, её взгляд встречается с моим, задерживаясь лишь на мгновение, прежде чем он движется вниз по моему телу и останавливается на моём члене. Грейс прикусывает нижнюю губу между зубами, то, что она делает, будучи возбуждённой.

Когда я возвращаюсь к кровати, Эйден поднимает на меня мрачный взгляд. Его ревность из-за того, что я вот-вот окажусь внутри неё, осязаема, и Грейс замечает это, её лицо смягчается, когда она опускается на колени перед ним на кровати. Она целует его, долго и чувственно, и я позволяю им насладиться моментом. Когда она отстраняется, ревностный взгляд стирается с лица Эйдена и заменяется похотью.