Валлийская колдунья - Патриция Грассо

Кили направилась в парадный зал и, переступив его порог, замерла от изумления. Святые камни друидов! Здесь собралось около сотни слуг и воинов герцога, и все они ждали ее появления. Помолвки, как свадьбы и крестины, были радостными событиями в жизни, и приближенные Ладлоу пользовались случаем, чтобы стать свидетелями подобного торжества в доме своего господина.

У дальней стены парадного зала, у камина, спиной ко входу сидели Ричард и герцог Ладлоу. Они не видели, как вошла Кили. Графиня Чеширская удобно устроилась на подлокотнике кресла герцога.

Когда при появлении Кили голоса собравшихся смолкли, леди Дон повернула голову и, увидев ее, улыбнулась.

– А вот и невеста, – промолвила графиня.

Ричард встал и, окинув взглядом миниатюрную фигурку Кили, по-видимому, остался доволен тем, как она выглядит.

Посмотрев в его пылающие страстью изумрудно-зеленые глаза, Кили почувствовала, что у нее кружится голова и она вот-вот лишится чувств. Граф раздевал ее жадным взглядом!

Ричард двинулся к ней через зал и, приблизившись, поднес ее ручки к своим губам и прошептал сдавленным от сдерживаемой страсти голосом:

– Вы так хороши, что я готов вас съесть.

Кили с недоумением посмотрела на него.

– Смысл этих слов я объясню вам после свадьбы, – сказал он, отвечая на ее немой вопрос, и, улыбнувшись, подвел Кили к ее отцу и графине.

Герцог встал и поцеловал Кили в щеку.

– Ты так хороша собой, дорогая моя, что просто дух захватывает, – промолвил он.

– Настолько хороша, что тебе хочется меня съесть? – наивно спросила Кили. – Граф, во всяком случае, по его словам, готов это сделать.

Герцог кашлянул и строго посмотрел на Ричарда, лицо которого тут же пошло красными пятнами. Леди Дон звонко засмеялась.

– Брачный договор готов, нам остается только подписать его, – сказал герцог и повел всех к письменному столу, на котором лежал пергамент.

Он первым поставил свою подпись и передал перо графу, который написал свое имя, сделав красивый энергичный росчерк. Теперь очередь была за Кили, однако она колебалась.

– Вы не будете возражать, если я сначала взгляну на условия договора? – спросила она.

Ричард кивнул и сказал:

– Пожалуйста, дорогая моя.

Кили быстро просмотрела документ. Хотя она могла прочитать отдельные слова, ей было трудно понять значение всех юридических тонкостей.

– Я… я хотела бы кое-что добавить, – промолвила Кили. – Это возможно?

Ричард озадаченно посмотрел на нее. Герцог, который не привык к непослушанию со стороны женщин, раздраженно сказал:

– Документ уже составлен, дитя мое. Мы не можем…

– Но то, что я хочу внести в него, сущий пустяк, – перебила его Кили, решив упорно стоять на своем. – Мы могли бы дописать этот пункт вот здесь, в самом низу.

– И о чем же вы просите, дорогая моя? – поинтересовался Ричард.

– Я хочу, чтобы, согласно этому документу, Одо и Хью освобождались от ответственности и их нельзя было вздернуть на виселице.

– Вы хотите, чтобы ваши кузены могли в будущем беспрепятственно совершать преступления, будучи заранее освобожденными от наказания? – спросил Ричард, изогнув медно-рыжую бровь. – Нет, я считаю, что речь может идти только о проступках прошлых лет.

– Это вполне справедливо, – согласилась Кили. Ричард внес в документ соответствующее дополнение и протянул перо Кили.

Но вместо того, чтобы подписать брачный договор, Кили вновь стала просматривать его, а затем начала вертеть перо в руке, не решаясь сделать то, что от нее требовали.

– Подпишите договор, дорогая моя, – сказал Ричард, теряя терпение.

Кили улыбнулась ему, как будто извиняясь за то, что тянет время, и повернулась к герцогу.

– Ваше сиятельство, могу я сказать вам пару слов наедине? Обещаю, что после этого я подпишу договор.

Герцог и Кили отошли на несколько шагов. И Кили, встав на цыпочки, что-то зашептала на ухо отцу. При этом ее взгляд был устремлен на графа.

Наблюдая за ней, Ричард подумал, что она хочет схитрить, и решил не выпускать ее из зала до тех пор, пока она не подпишет договор. Он заставит Кили подчиниться, даже если ему придется схватить ее за руку и силой принудить поставить свою подпись!

Внезапно лицо герцога расплылось в улыбке. Кивнув, он снова подвел дочь к графу.

– Деверо, – заговорил он, – Кили обратила мое внимание на то, чему мы, мужчины, обычно не придаем значения, но что каждой невесте кажется очень важным.

– И что же это такое? – подозрительно спросил Ричард. Герцог прочистил горло и, стараясь не засмеяться, сказал:

– Кили полагает, что вы до сих пор не сделали ей предложение руки и сердца по всей форме. Она хочет, чтобы вы прямо сейчас попросили ее стать вашей женой, выразив всю глубину своих чувств.

– Эту оплошность легко исправить, – промолвил Ричард, не сводя глаз с Кили. – Пойдемте, миледи, присядем у камина.

Обернувшись, чтобы подвести свою даму к креслу, Ричард заметил, что за каждым их шагом внимательно наблюдает сотня пар любопытных глаз. Граф никогда даже подумать не мог о том, что однажды ему придется в присутствии сотни зевак объясняться в любви и делать предложение красивой, но слишком эксцентричной девушке, которая к тому же была родом из Уэльса.

Однако Ричарду не оставалось ничего другого, как только выполнить требование Кили. Искоса взглянув на невесту, он увидел, что она наслаждается моментом своего торжества. «Пусть потешит свое тщеславие», – подумал граф. После того как они вступят в законный брак, настанет его очередь торжествовать.

Опустившись в одно из кресел, стоявших перед очагом, Кили аккуратно расправила юбку и выжидательно посмотрела на графа. Ричард встал на одно колено и улыбнулся, услышав вздохи присутствующих женщин, растроганных этой сценой.

– Мне следовало бы надрать вам уши, – прошептал Ричард сквозь зубы, сжимая руки Кили в своих.

Фиалковые глаза Кили стали круглыми от изумления, и она с большим трудом сдержала смех.

– Если вы посмеете рассмеяться, – с угрозой в голосе тихо промолвил Ричард, – я отшлепаю вас на глазах у всех, как вы того заслужили, заставив меня пройти через подобное испытание. – А затем, видя, что она сразу же взяла себя в руки, он произнес во всеуслышание: – Леди Кили, вы редкая женщина, украшенная всеми добродетелями, словно драгоценной мантией. Дражайшая леди, окажите мне великую честь, станьте моей женой!

В зале раздались аплодисменты. Кили пришла в замешательство и лишь кивнула в знак согласия, чувствуя, как комок подкатил у нее к горлу.

– Скажите же хоть слово, любимая моя, – потребовал Ричард. – Люди ждут вашего ответа.