Страсть огня - Карина Демина

тут же чуть ли не нос к носу, столкнулась с Ингом. Несколько его приятелей стояли чуть поодаль, как группа молодых волков-переярков, поджидая своего товарища.

— Ох, Инг, ты напугал меня, — от неожиданности девушка вздрогнула.

— Прости, Алия я ненарочно, — извиняясь, Инг заглянул ей в глаза.

— Ничего страшного, — она с пониманием кивнула.

— Ты плакала? — спросил парень и светлая зелень его глаз поддёрнулась тёмной дымкой.

— О,нет, это ресница попала в глаз, вот они и слезятся.

— Алия, ты совсем обманывать не умеешь, — парень покачал головой. Чтобы скрыть неловкость, девушка заправила выбившуюся прядь за ухо и опустилась взгляд вниз.

— Вот мы и дома, — парень сделал шаг вперёд, став совсем рядом с Алией. — Ты помни, Алия, что я говорил тебе когда-то: если тебе нужна будет моя помощь или поддержка-просто скажи.

Но девушка молчала, теребя в руках узел с нехитрым скарбом. Вдруг большая тень накрыла Алию, заслонив собой солнце и девушка подняв голову, увидела стоящего рядом с ней Хаука, подобравшегося к ним с бесшумностью зверя. Быстро окинув Алию цепким взглядом, Хаук перевёл его на Инга и прищурился- вспыхнул ледяной фосфор. Воины, стоявшие позади своего товарища ощутимо напряглись, почувствовав каждой клеточкой глубокое неудовольствие господина. Холодный с достоинством вид их командующего настораживал.

— Что тебе нужно от моей талы, Инг? — спросил он голосом, в котором ощущался лёд.

— Ты и сам всё слышал, господин, — молодой воин повернулся к своему вахнуту.

— Отвечай, — последовал холодный приказ.

— Я предлагаю Алии свою помощь и защиту, если она будет ей нужна.

— А ты думаешь, что рядом со мной ей угрожает опасность? Или она будет в большей безопасности с тобой, чем в моём доме? Или, ты думаешь, что сможешь предложить ей что-то, чего я не в состоянии сделать? — спокойный, ровный голос Хаука приводил девушку в ужас. Инг натянулся как струна.

— Я могу предложить ей свободу и место жены в моём доме, — преодолев себя, всё же запальчиво ответил Инг, свет молодой зелени блеснул в его глазах, но тут же спрятался.

— Да что ты? — губы вахнута изогнулись в насмешке. — И наверное она ответила тебе согласием?

— Нет, — парень посмотрел на Алию.

— Ты разве забыл, воин, наши законы? На чужую женщину Иные не претендуют.

— Но она же просто твоя тала, господин, — ответил Инг.

Алии тяжело было видеть раздоры, больно лишний раз слышать, как её называют рабыней, как торгуются о ней словно на рынке о вещи. Ей стало нестерпимо горько. Подхватив с палубы узел, что она уронила при неожиданном появлении Хаука, девушка насколько возможно быстро пошла подальше от места стычки. Воины улыбались ей, расступаясь, давая дорогу. Они были взбудоражены подплывая к родным берегам, никому не было дела до горя маленькой талы. Хаук проследил за хрупкой удаляющейся фигуркой и повернул лицо к парню.

— Просто тала, господин, разве я…

Но договорить Инг не успел. Молниеносным движением Хаук схватил парня за шиворот рубахи и приподняв того, как котёнка, а не большого сильного мужчину, крепко тряхнул его.

— Она. Моя. Женщина. И тебе это хорошо известно. Или ты потерял нюх? Может вдруг утратил обоняние Инного?

Инг молчал, сцепив зубы, он отрицательно мотнул головой.

— Ты хороший воин, Инг, иначе бы не стоял на этой палубе. Но заруби себе на своём носу, который ты стал совать туда, куда не надо: будешь тереться возле девушки-пожалеешь.

И отшвырнув парня в руки его товарищей, вахнут спокойно направился на нос корабля.

— Ты совсем спятил? — прошептал Ингу Лейв, один из близнецов, — Переходить дорогу первому вахнуту?

— Я хочу эту девушку, у меня серьёзные намерения, а для него она просто очередная новая забава, — Инг хмурился, вытирая рукавом кровь из разбитого носа.

— Да все её хотят, — говорил только Лейв, все остальные помалкивали. — Пташка беспорно хороша, слюнки текут. Но никто не лезет на острие лучшего меча Севера. Только ты, дурень. Открой глаза и увидишь, что вахнут с неё глаз не сводит. Да ещё пошевели мозгами- за новой игрушкой не прыгают в ледяное море во время шторма, рискуя пойти на дно прямо в лапы к Ёларсборфу.

— Иди ты, — Инг сердито оттолкнул воина и направился в сторону противоположную той, куда ушёл Хаук.

*Трофаст- пограничный город западной части Великого Севера.

*Пол круга-пол года. Временной круг-год.

Глава 23

"Не смотри на меня, я с ума ведь схожу, а нам нельзя у тебя жена настоящая, верная, не то, что ты она верит в любовь, она знает, у вас семья Пусть уже пару лет не приносишь ты ей цветы а такие, как я, появляются раз в сто лет и напомнив тебе, что женился ты сгоряча провожают с тобой закат и встречают рассвет засыпают так сладко и хрупко в твоих руках не смотри на меня, пусть я буду лишь ярким сном появилась в твоей монотонной жизни, оставив след ты вернешься к жене"

"Третья лишня" Лена Тихонова

Оживление на берегу достигло своего апогея, когда прибывшие корабли опустели и широкий раскидистый берег наполнился множеством воинов, сошедших со всех двадцати ящерранов. Спешащие с берега Инные расставляли смотрящих у кораблей, а те надёжно пришвартовывали судна. Последними с палубы сходили талы, поникшие и растерянные, тяжело нагруженные господским имуществом, таща его кто в руках, кто на спинах. Хаук первым покинул свой корабль, махнув рукой Алии следовать за ним.

Маленькая ножка ступила на каменистую, поросшую густой травой, землю. Девушка чувствовала огромное облегчение от того, что она наконец-то стоит на твёрдой поверхности, что впереди больше нет долгих мучительных недель плаванья, что теперь можно не страшиться нового шторма. Перед ней лежала другая земля, суровая, величественно-прекрасная, совсем не похожая на утопающий в цветах Юг и которая должна теперь стать её новым домом. Везде сновали чужие люди, чей говор и одежда так разнились от того, что девушка видела раньше. И, самое главное, что больще всего занимало её мысли: что ждёт впереди, каким станет её будущее, чего от него ожидать. Всё было неясным и неизвестным. Всё, куда падал взгляд, сильно отличалось от того, к чему она была привычна. Поток разнообразных мыслей, чувств, переживаний бурлил в ней, Алия ощущала себя совсем потерянной и скованной. Вокруг царил шум и гам: гул мужских голосов смешался с радостным женским гомоном, щебетанием, смехом ребятни. Мужчины довольно хлопали друг друга по плечам, жёны и девушки обнимали своих мужей и суженных, некоторые тут же жадно целовались и обнимались, совершенно не стесняясь окружавшего их народа. Али вспомнилось, что южане избегали