Жила Комстока - Луис Ламур

— Чушь! Если бы там имелась хорошая руда, то в устье обязательно виднелись бы ее признаки!

— Обычно так оно и бывает. Но судя по некоторым другим здешним шахтам, такое не обязательно. Кто-то добыл в этой шахте несколько тонн руды и спрятал ее где-то.

— С этого много не поимеешь, — возразил Крокетт.

— С нескольких тонн, может, и не поимеешь. Но что, если они рассчитывали на более крупную ставку? Например, на весь прииск?

— К чему это вы клоните?

— Все очень просто. У меня создалось такое впечатление, что кто-то обнаружил там гнездо отличной руды и заподозрил, что ее тут много, тогда он свернул работы и перенес их в другое место.

— Но во втором туннеле жила мощнее. А первый мы бросили потому, что там ничего не было.

— Вы получали какие-нибудь предложения относительно прииска?

— Конечно нет.

— «Соломон» ведь акционерное предприятие, не так ли?

— Разумеется, так. Мне пришлось продать часть акций, чтобы выручить деньги на текущие расходы. Почти на всех приисках Комстока поступают подобным образом. Нам нужен капитал для развития.

— У кого контрольный пакет?

— У меня, естественно. Я имею сорок два процента акций, Хескет владеет десятью. Это позволяет нам контролировать ситуацию.

Тревэллион посмотрел в окно. По узкой улочке ветер гнал клубы пыли, двое горняков устало брели, неся свои обеды в судках. Многие закрывшиеся на зиму прииски теперь снова заработали.

— Крокетт, — спокойно проговорил Тревэллион, — вы заплатили мне, чтобы я осмотрел шахту. Я сделал это. Мой вам совет — начните работы немедленно, сегодня же. Наймите рабочих и приступайте к добыче. Кроме того, на вашем месте я бы послал в Калифорнию надежного человека, чтобы выкупить оставшиеся акции. Подозреваю, что вы находитесь в каких-нибудь тридцати футах от потрясающего открытия.

— Подозреваете?

— Да. Именно подозреваю. Потому что никто не знает, что там находится, остается только догадываться. Думаю, благодаря той серии взрывов на поверхность вышло то, что скрывалось в недрах. Скорее всего, это добротная второсортная руда, но ее присутствие указывает на большее.

— Вы считаете, мне надо возобновить добычу?

— Да, считаю. И не понимаю, почему вы вообще ее прекратили. Я работал не покладая рук всю зиму и добыл жалкую часть того, что могли бы добыть вы. Сейчас у вас лежали бы тонны руды, готовые к отгрузке.

— Помнится, меня удивило, когда Эл сказал…

— Расчет прост: остановить на шахте работы, и тогда никто не сможет прийти к случайному открытию, способному изменить ход дела.

Распахнулась дверь, и на пороге кондитерской появился Джордж Хирст.

— Кофейком меня угостят? О, привет, Уилл! Тревэллион, выпьешь со мной чашечку?

— Джордж, Тревэллион считает, что мне нужно послать кого-нибудь на побережье, чтобы выкупить остальные акции. Он уверен, что мы на пороге какого-то большого…

— Боюсь, поздновато, Уилл. — Во взгляде Хирста читалось сочувствие. — Акции «Соломона» уже скуплены. Пошли по цене от двух до трех долларов за пай.

— Ты это серьезно? — Взгляд Крокетта был полон растерянности. — Ну-ка расскажи, что тебе об этом известно. — Он помолчал, потом прибавил: — Впрочем, мы с Элом контролируем ситуацию.

— Уилл, — Хирст старался говорить как можно мягче, — акции скупил Эл. Все до единой!

Глава 19

Уилл Крокетт, который к тому времени уже поднялся, чтобы уходить, снова опустился на стул. Не сводя глаз с Хирста, он нащупал ручку чашки.

— Джордж, ты уверен?

— Когда я приехал в Сан-Франциско, то первое, что услышал, это разговоры о том, что «Соломон» подвергнут оценке имущества для финансирования дальнейших разработок. Потом мне показали образцы руды, добываемой на «Соломоне», и они не представляли ничего особенного. В сущности, вся болтовня сводилась к тому, что цена на акции падает. Двое совершенно разных людей спрашивали меня, правда ли, что Хескет ушел оттуда и собирается открыть собственный прииск. К тому времени перевалы занесло снегом, и проход через горы закрылся, но вы же знаете, как распространяются слухи. Народ бросился продавать акции «Соломона», и я сам слышал, как один горлопан поносил фирму на чем свет стоит. — Хирст помолчал. — Он орал, что эти акции годятся лишь на то, чтобы обклеивать ими стены вместо обоев.

Мелисса наполнила чашку Уилла.

— Ничего, Уилл, «Соломон» не единственный прииск, — мягко проговорила она, — и потом, вам по-прежнему принадлежит немалая часть его акций.

— Эл контролирует большую часть, — спокойно продолжил Хирст. — И сам сообщил мне, что ему принадлежит сорок восемь процентов всех акций.

— Не… не могу поверить в это! — пробормотал Крокетт. — Ведь «Соломон» мой! Это я открыл его. Я начал там работы, собственными руками вырыл первую шахту, приступил к горизонтальной выработке… И добывал неплохую руду. Я бы никогда не продал ни одной акции, но мне не хватало денег на текущие расходы, а Хескет всегда имел наличные и золото. Я продал ему несколько паев, потом он посоветовал продать еще, чтобы обзавестись оборотным капиталом. Мы с ним держали контроль над акциями и с помощью дополнительных вложений в скором времени смогли бы… — Он запнулся и вытер дрожащей рукой пот с лица, потом огляделся. — Да какого черта?! Подождем, пока вернется Эл. Наверняка он сумеет дать объяснение. Просто ему подвернулся удобный случай выкупить все акции для нас, и он сделал это. Довольно ловкий ход, я бы сказал.

Тревэллион поднялся из-за стола.

— Утро вечера мудренее, Уилл. А сейчас спокойной ночи.

Он вышел и направился к участку Макнила. Со склонов Сан-Маунтин дул холодный ветер, и улицы опустели. Прислушиваясь и всматриваясь в темноту, Тревэллион постоял возле двери. Ведь он перебежал дорогу Сэму Брауну, а тот опасен. Поэтому и к хижине Тревэллион подъехал окольным путем, осторожно пробираясь через штабеля руды.

Он застал Дэйна Клайда за чтением сан-францисской газеты. Тот ткнул в нее пальцем и сказал:

— Полсписка занимает Комсток. Если человек хочет разбогатеть, то это, похоже, самое подходящее место.

— Если только ему удастся остаться в живых.

— Вы имеете в виду Брауна?

Тревэллион вымыл руки в тазу, стряхнул с них воду и вытер полотенцем.

— Да нет, дело тут не в Брауне. Теперь изобрели новый способ строить шахты, и мне страшно хочется узнать, как это делается. Нам нужна вода, хорошая питьевая вода. А еще вода для промыва породы. Нам нужна местная власть и свое представительство в Вашингтоне.

— Как думаете, будет война?

— Думаю, будет. И начнется она прямо здесь, у нас. Терри готов кому угодно перегрызть глотку за южан. Том Пэйсли со своими пожарниками горой стоит за Штаты. То же самое и Билл Стюарт. Пока южанам удается добиться своего, но долго они не протянут.