Белое пламя дракона - Илья Крымов

Волшебник не собирался спать этой ночью, он погрузил себя в медитативное состояние, сидя у костра, чтобы собрать как можно больше энергии, в том числе и тепловой. Как получилось, что он не прозевал нападение, непонятно, уж очень быстро все произошло, – но в нужный момент Тобиус очнулся и усилил приток энергии к защитному заклинанию. Невидимый доселе купол стал зримым, засветившись мягким светом. Прозвучал удар, треск, тоскливый вопль и душераздирающий хохот. Из густой темноты за пределами магического купола удалось высмотреть участок пространства, в котором темнота буквально клубилась кольцами чернейшего дыма, и в ней тлели красные огни глаз и кривая трещина улыбки.

– Подкиньте хворосту в костры! Чем ярче будут гореть, тем лучше! – крикнул Тобиус, вскакивая с жезлом в руке.

Сгусток темноты издал ужасный вой и с силой налетел на купол заклинания, расплескавшись по его округлой поверхности, а затем опять собрался воедино, при этом купол громко затрещал.

– Что за тварь? – Бальден встал рядом, с палашом наголо.

– Уберите железку, генерал, это обугленная душа, она боится только магии, святого слова и огня!

– Зажечь все факелы! – взревел Бальден, выхватывая из костра горящее полено. – Все к кострам!

– Брат Марк! Куда вы?! Это заклинание не предназначено для длительного сдерживания сущностей такого плана, но я смогу…

– Я справлюсь, чар Тобиус, не беспокойтесь, – произнес монах со свойственным ему спокойствием. Он выступил за грань света и, держа на груди Слово Кузнеца как броню, пошел к краю защитного поля, туда, где клубилась тьма с красными глазами.

Петрианец наизусть читал строки из главной книги всех амлотиан, при его приближении магический купол стал истончаться, пока не лопнул как мыльный пузырь. Темнота издала торжествующий вой, распахнув широкую щербатую пасть, и попыталась ринуться в обход монаха, к людям. Не прекращая читать молитвы, петрианец вскинул руку, указав на чудовище, и то забарахталось на месте, будто пчела, попавшая в липкую смолу. Брат Марк резко отдернул руку – и темнота была отброшена назад вспышкой света, которую все осознали, но никто, кроме Тобиуса, не увидел. Тварь набросилась на серого монашка, однако незримая защита окружила его сутулую фигурку и не подпустила щупальца мрака. Темнота била раз за разом, но тщетно. С воплем свирепой ярости и голодной тоски она накинулась вновь на того, чей уверенный голос причинял ей боль. В ответ брат Марк резко подался навстречу, ударяя своей книгой в самую сердцевину клубящегося облака. Тварь завизжала, заколебалась всем своим призрачным телом и оказалась расщеплена на множество клочьев, которые ринулись в разные стороны и исчезли.

Люди еще долго вглядывались во мрак. Грохот безумного смеха, затекавшего в душу студеными ручейками, раздался очень далеко.

– Оно не вернется. В ближайшее время. – Тобиус потер левое веко, оно уже несколько минут подрагивало, дико его раздражая. – До рассвета осталось не так много времени, если у кого есть желание, можете попытаться поспать.

Сам Тобиус спокойно, будто ничего не случилось, уселся у центрального костра и стал любоваться огнем. Через несколько минут он понял, что рассевшиеся рядом люди чего-то от него ждут.

– Что?

– Неплохо было бы просветить нас об этом… – Трактирщик зябко передернул плечами. Он невольно сжал древко своей алебарды, хотя в ней искать защиты как раз не следовало. – Об этом существе, если будет позволено так это назвать. Никогда ничего подобного не видел. И надеюсь, не увижу.

– Брата Марка спросите, это он справился с напастью.

Но серый монашек, сидевший напротив, не выказывал ни малейшего желания что-либо кому-либо объяснять. Он углубился в чтение святого писания, которое только что спасло много жизней.

– Ладно. Не хочу пугать вас байками на ночь глядя, но если мои познания в разновидностях духовных сущностей не врут, это был либо рэйф, либо, что более правдоподобно, худукку – обугленная душа. Очень опасная сущность, душа человека, чьи муки начались еще при жизни, и душа его успела обуглиться, а прогорев еще немного в огне Пекла, она отправляется обратно в мир сеять смерть, страх и скорбь. Как-то так. К счастью для нас, худукку боятся любого света, особенно солнечного, и святое слово для них не пустой звук. Думаю, то, что брат Марк отправился с нами, есть воля самого Господа-Кузнеца.

– Все есть Его воля, – пробубнил петрианец, не отрываясь от книги. – Ложитесь спать, добрые люди, утро близится, а завтра будет еще один трудный день.

С появлением солнца пережитый ночью ужас показался чем-то далеким, хотя петь походную все равно никого больше не тянуло. Генерал, оглядывая свое войско, тихонько ругался – происшедшее деморализовало всех, а с таким настроем ходят не в бой, а на похороны.

Отряд продвигался весь день, и солдаты хорошо держали темп, в то время как цитаро часто отставали и догоняли их. Ближе к вечеру по указанию Бальдена отряд сошел с дороги и углубился в лес, где и стал лагерем среди деревьев. Тобиус решил выдвинуться на разведку. До логова колдуна было уже совсем недалеко, и молодой маг нисколько не сомневался в том, что по пути найдется достаточно ловушек. Бальден решил навязать ему в помощь кого-нибудь из солдат, и, видя, что отбрыкаться не выйдет, Тобиус выбрал рядового Эрвина как наиболее знакомого ему.

– Итак, рядовой, – шагая между деревьями, волшебник решил прочитать небольшую лекцию, – ты, конечно, воин, но мы идем в место, где окопался колдун. Если переть прямо, то можно положить целое войско, даже если колдун посредственный. Понял, к чему я веду?

– Да, чар! То есть нет, чар!

– Во-первых, не надо так орать. Во-вторых, иди за мной след в след, если жизнь дорога.

– Я понял, чар.

Сам Тобиус никогда не учился ходить по лесу, но получалось у него сносно. Чувство направления, способность без труда находить нужный путь на пересеченной местности, а главное – способность не оставлять следов при помощи заклинания Эльфийские Стопы, – делали его более-менее приспособленным к выживанию в лесной биосфере.

Волшебник вдруг резко встал на месте, которое ничем не отличалось от всех других мест в лесу.

– Смотри внимательно, рядовой. Хоть магом можешь ты не быть, но осторожным быть обязан. – Волшебник пустил из рук волну горячего воздуха, которая моментально иссушила растения на пятаке в два шага диаметром. Затем несколькими изящными пассами он проявил на этом пятаке круглый узор из эфемерных серых линий. – Это заклинание-ловушка Стальная Трава. Стоит один раз ступить в такой чертеж – и сквозь твою ногу прорастут стебли-лезвия, разрезающие плоть и кости как масло. Конечно, ты взвоешь, в один миг став калекой, упадешь, и лезвия начнут резать остальное твое тело. Я сам не видел, но наставники рассказывали, что Стальная Трава режет о-о-очень мелко.

Тобиус принялся корпеть над ловушкой, распутывая сложную систему плетения магических нитей. Рядовой Эрвин довольно скоро вернулся от ближайших кустов, вытирая рот рукавом.

– Полегчало?

– Да, я…

– Тише, я почти закончил.

На земле остался один-единственный видимый завиток, и Тобиус накручивал вокруг него новое сплетение чар.

– Готово.

– А что вы сделали?

– Хитрец де ля Ратта вплел в это заклинание второе – Колокольчик. Предупреждающие чары. Стальную Траву я убрал, а вместо нее сплел отводящие чары, дабы никто не наступил. Идем.

Через несколько минут они наткнулись на Столб Огня, затем на еще одну Стальную Траву. Когда они нарвались на самый настоящий призывной круг, Тобиус решил взять севернее.

– Зловещее оно какое-то, – прошептал солдат, глядя на последнюю находку.

Чертеж действительно отличался от предыдущих ловушек. Черные линии напоминали терновые побеги, в которых запуталось великое множество уродливых закорючек.

– Это круг призыва темных тварей, оформленный в виде ловушки. Очень хитро́ исполнено, должен признать. Колдуны любили прежде оставлять такие штуки в глуши. Забредет кто внутрь ненароком – и тут же окажется в лапах темных тварей, а колдуну, создавшему ловушку, за это подарят еще немного силы. Они ведь тем и сильны, колдуны, что получают силу от разрушительных сил. Волшебники Академии то и дело отправляют демонологов прочесывать отдаленные земли в поисках такой гадости, да и Инвестигация не спит.

Распутывать темный круг Тобиус не стал, он не хотел, да и не мог мараться о такую мерзость, а потому потратил больше времени, чтобы окружить ловушку несколькими отпугивающими заклинаниями.

– Идем дальше… сюда не наступи!

Эрвин резко отскочил от указанного места.

– Ловушка?!

– А? Нет, ты чуть волчью какашку не раздавил.