Кредиторы гильотины - Алексис Бувье

А теперь продолжим наш рассказ с того места, где мы остановились, но несколько месяцев спустя.

После неудачи на улице Омер Панафье пытался еще какое-то время отыскать следы аббата, но проведенная работа результатов не дала, и огорченные братья Лебрен договорились с Панафье прекратить на некоторое время поиски. Не было сомнений, что аббат затаился. Вследствие этого было решено подождать некоторое время и тогда уже начать все сначала, но уже с большей уверенностью в успехе, так как игроки не в состоянии надолго отказываться от игры.

Итак, два месяца спустя Винсент Лебрен шел по аллее Елисейских полей. Он прошел Триумфальную арку, прошел по аллее Великой армии, затем повернул налево и вошел во второй дом.

– Дома ли господин Берри? – спросил он привратника.

– Нет, господин Берри вышел, но супруга его дома.

– Благодарю.

После этого молодой человек направился к маленькому павильону, стоящему в глубине цветущего сада. Дом в окружении зелени казался хорошеньким гнездышком. Большой балкон был уставлен высокими деревьями в кадках, превращавшими его в беседку. Яркое солнце освещало маленький садик, и когда Винсент открыл калитку, служанка, идущая навстречу, бросилась в дом, крича:

– Госпожа! Госпожа! Это мсье Винсент!

Бесцеремонность, с которой принимали молодого человека, нисколько не удивила его. Стоило ему поставить ногу на нижнюю ступеньку лестницы, как навстречу ему вышла сама хозяйка дома.

– Винсент, – обрадовалась она, – какой счастливый случай привел тебя сюда? А где Шарль?

– Я пришел один, сестрица, и прошу у тебя разрешения позавтракать с тобой.

– Я очень рада, что тебе в голову пришла эта мысль. Но ты не увидишь Андре, и он будет очень раздосадован этим. Он сегодня приглашен на завтрак с приятелями.

– Дорогая сестра, – сказал Винсент, беря ее за руку и подводя к окну, – какой у тебя веселый вид…

– Это, кажется, тебя удивляет?

– Какие глупости… Наоборот, я очень счастлив, хотя, может быть, и немного удивлен.

– Как! Почему удивлен?

– Очень просто. Тебе приходится заниматься хозяйством, ребенком, а это не всегда весело.

– Ты говоришь, как все холостые люди. Наоборот, хлопоты по хозяйству и заботы о ребенке – вещи очень приятные.

Винсент был явно удивлен. В эту минуту в комнату вошла нянька, неся на руках годовалого ребенка.

– Посмотри на племянника, поиграй с ним, – сказала Маргарита. – А я пойду распорядиться, чтобы скорее подавали завтрак.

И молодая женщина выбежала из комнаты, тогда как Винсент говорил себе: «Нет, я точно ошибся. Здесь все спокойно и счастливо. Но я все равно поговорю с ней за завтраком».

Несколько минут спустя Маргарита вернулась со словами:

– Брат, дай мне руку и идем. Завтрак подан.

Винсент подал руку и повел сестру к столу.

Читатель, наверное, помнит, что во время поисков человека, из-за которого был казнен Корнель Лебрен, Винсент однажды ночью столкнулся лицом к лицу с мужем своей сестры, и слова лакея ресторана насчет того, кого он считал образцовым мужем, обеспокоили его. Он хотел на следующий день убедиться в справедливости услышанного, но подумал, что его присутствие может возбудить подозрения Андре, и тот примет меры, чтобы о его приключениях не узнали, и поэтому отложил свой визит.

После того как поиски, продолжаемые Панафье в течение многих месяцев, не дали никакого результата, огорченный неудачей Винсент, почти решившись бросить предпринятое дело, или, по крайней мере, предоставить все случаю, сказал себе: «Эти поиски слишком утомительны, нам нужно отдохнуть. Как бы слова лакея не оказались справедливыми. Во всяком случае, известная доля правды в них есть, поэтому займемся делами нашей сестры. Может быть, Андре вступил на дурной путь, но еще не поздно остановить его, не ставя в известность Маргариту, которую это обеспокоило бы. Не возбуждая подозрений Андре, мы должны узнать, не страдает ли он несчастной страстью к игре, и не ставит ли это под угрозу состояние его жены и ребенка».

Если бы оказалось, что он попался в сети какой-нибудь кокотки, Винсент решил в таком случае, не говоря ни слова ни Маргарите, ни ему самому, увезти Андре в какое-нибудь путешествие. Но чтобы принять какое-нибудь решение, он хотел вначале все расследовать, то есть расспросить сестру, не вызывая у нее подозрений, и из ее ответов сделать вывод, определяющий его дальнейшее поведение. Сев за стол, Винсент сразу же приступил к выполнению своего плана.

– Как я счастлив, дорогая Маргарита, что вновь с тобой, – сказал он. – Я невольно вспоминаю наше детство, когда были живы наши отец и мать.

– Мы можем снова устроить почти такой же семейный обед, – отозвалась Маргарита с печальной улыбкой.

– Как это?

– Просто нас будет снова пятеро: ты, Шарль, Андре, я и наш маленький Корнель, твой крестник.

Винсент задумался на некоторое время, а Маргарита продолжала:

– Что с тобой, Винсент? Ты сегодня что-то необыкновенно печален.

– Нисколько, Маргарита. Я просто вспомнил о тех, кого уже нет… Не будем больше об этом.

И желая перевести разговор на более банальную тему, он прибавил:

– Поговорим лучше о тебе, дорогая Маргарита, Счастлива ли ты?

– О, да! Очень счастлива, – сразу же ответила она.

– Счастлива… И твой муж по-прежнему очень любит тебя?

– Да. По-прежнему.

– И вы никогда не ссорились?

– Никогда. Ты меня удивляешь!

– Чем же?

– Конечно, удивляешь, – смеясь, повторила Маргарита.

– Я не хочу сказать, что брак убивает любовь или что у тебя дурной характер. Я о другом. Ведь твой муж живет за счет доходов со своего капитала, и бездействие может его увлечь…

– Какое бездействие?! Да разве ты ничего не знаешь? – перебила Маргарита.

– О чем ты говоришь? – с любопытством спросил Винсент.

– Ты не знаешь, что Андре работает? Да, он пишет громадную книгу. Я сейчас покажу тебе его кабинет.

– Ты говоришь о его спальне? Разве у вас не общая спальня?

– Нет.

– Как! Уже?

– Этого не его желание, а мое. Послушай меня. Я обожаю своего ребенка и хочу, чтобы он спал в моей спальне, а поэтому и кормилица спит с нами. Ты понимаешь, что в результате нам пришлось сделать две спальни.

– Да-да, понимаю, – с беспокойством произнес Винсент.

– С того времени Андре стал работать. После обеда он отправляется на маленькую прогулку, и возвращается, когда все уже спят.

– Затем работает всю ночь?

– Да, всю ночь. Я могу это видеть. В его кабинете постоянно горит свет; он ложится иногда в четыре, в пять часов. И, – прибавила она с улыбкой, – я прихожу будить его около одиннадцати часов.

– Так он занимается всю ночь? – повторил Винсент, – И ты никогда не ходишь к нему, чтобы посмотреть, работает ли он?