Фиолетовая звезда - Дмитрий Корниенко

На лбу доктора выступил пот, но карты раскрывать он не спешил.

— Может быть, сначала вам надо поговорить с Кеей? — спросил он, и тон его разительно изменился, словно до сих пор доктор лишь изображал маленького испуганного человека. — Я всегда считал, что заслуживаю больше доверия, чем эта перебежчица.

— Допустим. Я непременно поговорю с ней. Когда закончу с вами. Но, как я уже сказал, мне хотелось бы, чтобы представителем Комендантов или какой-либо иной силы, способной не подавиться Разрушителем, были именно вы. Я сделал бы вам интересное предложение. А возможно, и вы мне. В конце концов, не хотелось бы пройти все эти мытарства, чтобы глупо сгореть в звездолете контрабандистов.

Кунс напрягся, вены на морщинистом стариковском лбу вздулись, но долго думать он боялся. Длительное раздумье тоже может сойти за сомнение. За предательство.

— Вы слишком опасны, Командор, чтобы кто-нибудь рискнул вам довериться. Никто на этом корабле не признается, что он предатель. Даже если не умрет сразу, отложенная смерть — тоже смерть.

— Ну, а если я не Командор? И ваши приборы сейчас это покажут? Полагаю, мы сможем договориться?

На лице Кунса застыла оцепенелая улыбка, однако сориентировался он быстро:

— Так давайте это проверим, а потом и поговорим. Все равно Адрант затребует с меня результаты проверки. Моя смерть бы его насторожила… Поэтому не будем терять времени и действительно сделаем все необходимые формальности.

Кунс засуетился у приборов, а Андрей на всякий случай сказал:

— Смотрите, доктор, осторожнее с препаратами — моя смерть вам тоже не на руку. Дрэйд и Кея оставят от вас только мокрое место.

— Это абсолютно безопасно, — невинно улыбнулся Кунс.

Он нацепил Андрею на голову металлический обруч, включил приборы, и пальцы его забегали по экранам. На Андрея накатило легкое опьянение, он осел в кресле и взглядом расслаблено следил за доктором. А Кунс ездил на стуле от экрана к экрану, всплывали графики, менялись картинки, он шевелил губами, щурил глаза и наконец лицо его застыло. Доктор медленно перевел взгляд на Андрея.

— Вы не Командор, — тихо и неуверенно сказал он с каким-то искренним удивлением. — Значит, не получилось?

— Получилось, но не у него. У меня теперь память Командора.

Доктор помолчал, осмысливая услышанное.

— Память… — повторил он.

— Да. Вам, как ученому, будет интересно послушать мой рассказ. Но как-нибудь потом. А сейчас мне бы хотелось услышать кое-что от вас. Сами понимаете, с вашими знаниями вы на Кроне мне не нужны. Более того, вы мне не нужны даже на этом звездолете, потому что Дрэйд предан именно Командору, — сказал Андрей и выразительно засучил рукав, обнажая браслет. — Теперь вы понимаете: я не шутил, когда говорил, что намного лучше вам быть агентом врага. Зная маленькие тайны друг друга, мы сможем договориться. Так что, если что-то можете сказать — выкладывайте. В противном случае умрете прямо здесь.

Он нажал кнопку на браслете, ручка мягко пришла в ладонь, а дуло многозначительно нацелилось доктору куда-то под сердце. Но Кунс не испугался. Видимо, он уже принял решение и раздумывал лишь над условиями.

— Кольцо у вас? — неожиданно спросил он.

— Ну нет, вы уж предоставьте мне самому размышлять о том, какую ценность я представляю в глазах ваших друзей, — Андрей прищурился. — Вы мне сначала дайте информацию, а уж импровизировать и доставать козыри я буду сам.

— Вы достойная замена Командору, — похвалил Кунс.

Видно было, что он уже не боится. Наверное, настоящий Командор был страшнее браслета. А Андрею стало неудобно за эту глупую демонстрацию силы, и он опустил руку.

— Как мне вас называть? — спросил Кунс. — Я бы называл вас Командором, но сейчас это вызывает у меня ненужные ассоциации. Не очень приятные.

— Привыкайте.

— Хорошо. Видите ли, Командор, — не без сарказма произнес Кунс, — я не профессиональный шпион и в этом деле оказался замешан случайно.

— Это понятно: профессионал не рассказал бы Дрэйду о Разрушителе.

— Положим, упомянул об Оружии я вовсе не случайно. Я просто не предполагал, что вы доберетесь до «Тени». Это ведь я послал сигнал с Унк-Торна, что мы направляемся на Землю, а затем сигнал с точки приземления на орбиту, где уже крутился корабль Охотников. Я рассчитывал, что они схватят вас еще по пути. А упомянул в разговоре с Дрэйдом про Разрушитель только для того, чтобы вытянуть из него что-нибудь о кольце. Знаете, иногда приходится рассказать собеседнику что-нибудь важное в расчете услышать от него что-то еще более важное. Человек не любит чувствовать себя менее информированным: страдает его чувство важности. Поддерживая собственную значимость, он иногда может выдать тайну.

— Судя по всему, чувство собственного достоинства Дрэйда не пострадало, если вы до сих пор не знаете, где кольцо.

— Да, но это уже не важно, ведь теперь вы мне расскажите о нем сами, — сказал Кунс.

— С какой стати?

— Вы ведь захотите посоветоваться, — улыбнулся Кунс. — Я это чувствую.

— Никак не пойму, почему придается такое значение кольцу, — искренне удивился Андрей. — В чем его сила? Смысл?

— Это не просто деталь корабля, которую можно быстро изготовить в случае повреждения. По сути, это невероятный плотности чип, мозг корабля, сжатый до размеров кольца, и только под него заточены все его системы. Не имея кольца, невозможно управлять Разрушителем. Я не знаю, почему Адрант распорядился сделать этот корабль таким образом, но один человек, попавший на него с кольцом, становится его полновластным хозяином. По логике вещей, у Адранта должно быть и второе кольцо — иначе бы он не допустил, чтобы единственный ключ к Разрушителю находился на Унк-Торне во время штурма. Но это лишь мое предположение. Мне не дано знать истинное положение вещей.

— Да, все это странно. Но гадать нет времени. Скоро здесь будут Охотники, — Андрей решил перевести разговор ближе к насущным вопросам. — Итак, кто гонится за нами? Кто послал Охотников?

— Комендант Лорн.

— Вы знаете, как выйти из-под опеки Лорна?

— Смотря что вы хотите. Вам нужен Разрушитель?

— Разрушитель мне нужен только для того, чтобы чувствовать себя спокойно в той ситуации, в которой я оказался. Идеи мирового господства меня не прельщают. Мне лишь нужно, чтобы меня оставили в покое.

Кунс ехидно улыбнулся:

— Это вы лукавите. Человек, который хочет покоя, не отправится искать встречи со смертью, если конечно, его не прельщает вечный покой. Но если вы действительно хотите, чтобы вас просто перестали преследовать, то надо сдаться. Комендант охотится на вас руками генерала Граса, шефа его разведки. И с этим генералом можно договориться.