Хроники пилота: Звездолет для бунтаря - Евгений Артёмович Алексеев

— Я так понимаю, ты пилот этого космолёта? — махнул рукой в сторону нашей «буханки». — Отвезешь нас туда, куда мы тебе скажем.

— А если не отвезу?

— Тогда мы тебя убьем, — проворчал один из группы.

Резво запрыгали красные зайчики оптического прицела винтовок на моем скафандре. Очень эффектное средство устрашения, даже, если эти кружки лишь от лазерной указки.

— Нелогично, — сказал я совершенно спокойно. — Убьете и некому будет пилотировать этот аппарат. Скажите мне лучше, зачем вы убили полковника?

— Потому что он прилетел сюда, чтобы убить нас, — резко бросил один из парней. — Неужели ты об этом не знаешь?

— Нет. Ничего об этом не знаю.

— Ты дурак или притворяешься? Они в центре узнали, что у нас бунт, мятеж. Один из охранников успел отправить сообщение. Вот нам и прислали этого мерзавца. Вместе с киберлюдьми. Ты видел, как мы их уничтожили? Наши учёные не только тут методы переработки Гелия-3 в термояд разрабатывают, но и оружие против вот таких слуг Великого Вождя. Понял?

— Да, эффектно. Ну и почему же вы устроили бунт?

— Тебе интересно? Или ты нам зубы заговариваешь?

— Не знаю, что такое «заговаривать зубы». Но мне действительно хочется узнать.

— Потому что с нами тут обращаются, как с рабами, как с мусором, вот почему! Ты знаешь, какая тут температура днём? Жуткое пекло. Адское. А ночью собачий холод. Так вот, когда ломаются в камерах аппараты охлаждения, то люди сгорают заживо, превращаются в головешку. А если аппараты обогрева, то в ледышку. За последнюю неделю здесь двое наших сгорело, а трое замерзли.

— В камерах? Почему в камерах? Тут что тюрьма? Вы преступники?

— Ну ты и наивное дитя, — хмыкнул один из группы. — Конечно, преступники. А кто здесь будет работать из вольнонаёмных? В этой проклятой дыре? Мы смертники. Тут только такие и работают. А теперь мы решили сбежать. Поможешь?

— А зачем мне помогать преступникам?

— Мы преступники только по велению Великого Вождя. Он так определил нас, как врагов системы. Только он решает, кому жить, кому умереть.

— А вы, значит, не виновны? Перед системой?

— Долго объяснять. Вот отвезешь нас, куда скажем, по дороге расскажем, что это за система.

— Вот только мне интересно, на кой черт вы сбивали наш космолёт электромагнитным лучом. Вырубили всю электронику.

— Это не мы сделали, — объяснил главарь. — Это на станции, которая вращается вокруг Луны. Мы не знаем, кто там сейчас.

— Ясно. Сингулярность, анархия и хаос. Одни хотят сбежать, другие им мешают.

Кто-то схватил меня сзади. Бах. Один из парней, раскинув бессильно руки, упал навзничь. Разошлись трещины от дырки в шлеме, стекло беззвучно лопнуло, рассыпалось, явив худое белое лицо с отверстием от пули между жиденьких светлых бровей. Остальные попятились, присели на одно колено, вскинули винтовки. Залп. Еще один. Но пули легко отскочили от силового поля моего скафандра, как стая серебристых пчел закружились передо мной. Бах! Пуля ударила в другого парня, заставила подскочить вверх, он медленно опустился, замерев навсегда. Третий заговорщик вскочил, заметался, лихорадочно огляделся, не понимая, откуда приходит смерть. Автоматная очередь пробила ему грудь, вдребезги разнесла стекло шлема, опрокинула, он попытался встать, дернулся и затих. Вскоре в живых остался лишь один главарь.

Ковалёв живой и невредимый вышел из-за моей спины (прикрывался, мерзавец, мною, как щитом), с отливающим сталью пистолетом-пулеметом в руках, медленно надвинулся на застывшего, как статуя, главаря, отнял у него оружие. Пока я болтал с бунтовщиками, наноботы (я выпустил их из своего скафандра) оживили полковника, залатали ему скафандр.

— Где настоящий Семёнов? — наклонившись к присевшему от неожиданности главарю, прорычал Ковалёв.

— Там, в камере тридцать два, — пробормотал парень. — Не убивайте меня.

Ковалёв повернулся, сделал шаг. Оставшийся в живых главарь выпрямился, губы тронула слабая улыбка. Но полковник резко развернулся, чуть вытянул руку с пистолетом-пулеметом. Выстрел. Почти в упор. Прямо в стекло шлема. Осколки брызнули во все стороны. Кинетическая сила отшвырнуло тело несчастного. Парень упал, подскочил вверх. И завис над площадкой, раскинув руки и ноги. Черная дырка между бровей, на лице застыло удивление.

На лице Ковалёва не отразилось ничего, никаких чувств, не дрогнул ни один мускул, не оживились глаза. Никогда раньше я не видел такого поразительного сочетания невероятной безжалостности и хладнокровия.

Полковник сунул пистолет-пулемет в незаметную кобуру на бедре. И сжал на запястье браслет, который весело перемигивался голубыми и зелеными огоньками. За нашей спиной вновь открылись ворота воздушного шлюза и оттуда высыпались фигуры в матово-гладких, облегающих, как вторая кожа, комбинезонах, и в шлемах с непроницаемыми стеклами.

Окружили нас. Один из них подошел к Ковалёву и приложил к виску руку, отрапортовал:

— Группа специального назначения по вашему приказанию прибыла. Готовы выполнять ваши приказы, товарищ полковник.

— Зачистить всех бунтовщиков с оружием. Остальных собрать в актовом зале. Об исполнении доложить.

— Есть, товарищ полковник.

— Тринадцать-десять! Пойдешь с нами.

Из группы вышел один из парней. На груди я увидел блестящую табличку с номер 13−10. Встал рядом с полковником. Мой нейро-интерфейс не фиксировал ни одного мыслеобраза этого существа. Человек ни может не думать, его мозг постоянно работает, постоянно генерирует мысли. Здесь активность мозга была на нуле. Даже, если это андроид, я все-таки должен получать электромагнитные импульсы. Но я ничего, ничего не слышал. Может быть, у этого существа стоит защита от моих проникновений?

— С вами все в порядке?

Мы с Ковалевым синхронно обернулись. Рядом стояла Дарлин.

Обвела взглядом площадку, заваленную трупами, останками роботов. Покачала головой.

— Да, конечно, Дарлин, — Ковалёв взял девушку за руку, сжал в своих ладонях.

Лицо Ковалёва излучало такую трогательную мягкость и теплоту, что я едва сдержал смех. Потрясающая трансформация сурового мужика во влюбленного теленка.

— Вас ранило? — Дарлин высвободила руку и провела по груди полковника, где остались высохшие грязно-бордовые потеки. — Я видела, как в вас стреляли.

— Да, стреляли, — Ковалёв нахмурился. — Но преступники получили своё. Извините, Дарлин, но вам придется вернуться в космолёт. Мы отправляется на выполнение опасной миссии…

— И я пойду с вами, — в голосе Дарлин зазвучала ее обычная твердость.

— Хорошо, — Ковалёв почему-то не стал спорить. — Тринадцать-десять, вызови нам вездеход. — задумался на пару мгновений. — На десять-двенадцать мест.

Буквально через пару минут к нам подкатилась платформа