Смертельный удар - Роман Злотников

В комнате осталось всего несколько человек. Грон двинулся к двери. Униремы отплывали завтра, и завтра же он собирался покинуть Герлен, предоставив Гамгору самому готовить вторую группу охотников, которая должна была действовать со стороны Хемта и архипелага Магрос.

— А не слишком ли мы торопимся, Грон? Даже если за лето мы построим, как ты рассчитываешь, еще три-четыре десятка кораблей, атаковать Ситакку с сотней кораблей… — Гамгор, неслышно возникший у левого плеча, задумчиво покачал головой.

Грон пожал плечами:

— К осени будет видно. Сейчас я хочу сильно уменьшить количество галер, которые они смогут нам противопоставить. И если к осени нам удастся уполовинить их флот, то почему бы и нет?

Гамгор присвистнул и хитро прищурился:

— А как же эти разговоры об одной паре галер?

— Ну, ни я, ни ты не можем рассчитывать, что в этом случае ребята будут особенно послушны, — хмыкнул Грон.

Они вышли наружу и неторопливо поднялись на стену. Грон всмотрелся в морскую гладь. Гамгор некоторое время молча стоял рядом, потом негромко спросил:

— Тебе обязательно надо уехать? Грон кивнул:

— Да.

Они постояли так еще немного.

— И как скоро? — опять спросил Гамгор.

— Вчера. — Грон усмехнулся, заметив отблеск недоумения в глазах друга. — Но, как видишь, я задержался. Меня ждет Сайторн. У нас с ним одно важное дело. Больше, извини, пока сказать не могу.

Гамгор понимающе кивнул, и они двинулись вниз по ступеням.

Униремы ушли через два часа после рассвета. Загружены они были еще вчера. Капитаны и кормчие последнюю луну занимались тем, что зубрили карты, составленные с помощью бойцов, когда-то бывавших в тех краях. А команды до седьмого пота стреляли из арбалетов с качелей, вновь отстроенных на восстановленном стрельбище, и отрабатывали схватки в составе случайных групп, которые за минуту до начала учебного боя составляли инструкторы по типу: «Мне не нравится твоя рожа, парень, иди-ка сюда, будешь драться втроем вот с этими тупицами против тех пятерых». Так что все было готово. Последнюю ночь перед походом люди просто спали или не спали, смотря какое у них на то было желание.

Когда серые косые паруса затерялись вдали, на фоне неба и моря, Грон обнял на прощанье Гамгора и направился к коновязи. Там его уже поджидал Хитрый Упрямец и десяток сопровождения. Часом позже он бросил последний взгляд на Герлен и скрылся за выступом скалы.

До крепости Горных Барсов они добрались к исходу луны. Сайторн ждал его там с новым отрядом, которому предстояло нести стражу на руднике ближайшие три луны. Грон приказал менять охрану не реже раза в три луны, что и делалось с обычной исполнительностью. Когда Сайторн появился на пороге его старого кабинета, Грон указал ему на кресло у столика с фруктами, рядом с которым сидел и сам. Сайторн усмехнулся, подошел и сел. Грон хитро прищурился:

— Что, вспоминаешь, как оказался здесь первый раз?

Тот кивнул:

— До сих пор не представляю, почему ты тогда не умер. Пока я дошел до кухни, все было тихо. Никто не появлялся на лестнице и не бежал с клизмой.

Грон фыркнул:

— Этого я тебе говорить не буду. Скажу только, что от твоего крошеного промбоя я еле оклемался. Яг четыре раза присылал гонца, заявляя, что собирается прикончить убийцу. И, на твое счастье, все эти разы пришлись на время, когда я был при твердой памяти, а потому мог отослать гонца обратно с твердым запретом. А то бы мы сегодня не разговаривали с тобой, потягивая это винцо.

Сайторн кивнул. Они помолчали, потом Грон тихо спросил:

— Ну как?

Сайторн повел плечами, будто в ознобе.

— Не знаю, что ты затеял, но эта штука сжирает людей, будто плесень муку. Сейчас каждую четверть мы хороним по несколько человек. В резервный лагерь просочились слухи, и теперь приходится гнать людей в колодках, чтобы не разбежались по дороге.

— А как в зоне? Уже не пытаются спрятаться? Сайторн сердито мотнул головой:

— Когда оставляем тех, кто не выполнил дневную норму, то такой вой стоит… За пеналы со смолкой каждый день кого-нибудь убивают. Бойцы выматываются, отбиваясь от сумасшедших, пытающихся завладеть конем и оружием. — Он тяжело вздохнул. — Пошли слухи, что эта смолка — застывшая кровь повелителя Царства мертвых, которого ты поразил, прорываясь из другого мира в этот, и на всех, кто ее касается, падает проклятие.

— А какие слухи ходят по Корпусу? — справился Грон.

— Тут все проще. Они меняются каждые три луны и пока верят тому, что говорю им я. Как мы и договорились, я объясняю, что это порошок, из которого можно сделать эликсир, продлевающий молодость. Пока верят.

Грон задал самый важный вопрос:

— Сколько собрано материала?

— С учетом сбора прошлого года — почти восемьсот стоунов. Это суммарный вес по всем семнадцати складам. Но из этого количества половину уже направили на обогатительную фабрику. Думаю, что через луну она выдаст первые стоуны окатышей.

Грон прикинул. Выходило где-то около двух тонн урановой смолки. Пора было переходить к началу второго этапа.

— Хорошо, надеюсь, в Урочище бродячих духов материалы уже завезли полностью?

Сайторн кивнул:

— Почти. С нами пойдет караван, который доставит остаток листовой бронзы и свинец в слитках, остальное доделаем на месте.

— Я поеду прямо туда, — сказал Грон. — А ты начинай перевозку материала. Свинцовые контейнеры готовы?

— Да, только запоры пришлось делать стальные.

На следующее утро они оба покинули крепость Горных Барсов.

Спустя четверть Грон остановил коня на кромке невысокого обрыва, который был частью огромной котловины, лежащей посреди ровной как стол, без малейшего признака каких-либо возвышенностей степи. Это место среди местных кланов называлось Урочищем бродячих духов. По их поверьям, все духи мира время от времени сходятся сюда, чтобы попеть в компании себе подобных. И горе будет тому, кто попытается их потревожить. Впрочем, к Грону это не относилось. Для степняков еще с момента того трюка с масками он был великим колдуном, запросто знающимся с духами. Грон внимательно осмотрел котловину. Это действительно было идеальное место для его замыслов. Судя по всему, когда-то давно, сотни тысяч лет назад, а может, и раньше, в ровную как стол поверхность степи врезался не очень большой по размеру метеорит. Взрыв образовал огромную воронку, раза в три больше нынешней котловины, и выкинул наружу сотни тысяч тонн породы. Но это было еще не все. Чудовищная энергия взрыва сплавила породу, причем не просто, а какими-то причудливыми чешуйчатыми концентрическими кругами. За прошедшие тысячелетия эта сплавленная порода поднялась вверх и образовала в толще засыпавших большую часть воронки осадочных пород замысловатую сеть камер разного размера. От больших, где свободно можно было разместить десяток всадников с конями, до совсем миниатюрных, в которые едва можно было просунуть палец. Именно из-за этих камер котловину и прозвали Урочищем бродячих духов, ибо ветер, пролетая по камерам, создавал затейливые мелодии, напоминавшие нечеловеческие голоса. Но главное, из-за чего это место идеально отвечало планам Грона, было то, что порода, из которой состояли стены камер, имела большое содержание свинца.