"Основы научного антисемитизма" - Сергей Баландин

[2] В своей «Русофобии» Шафаревич обвиняет представителей так называемого «Малого Народа» в посягательстве на саморазвитие «Большого Народа»: «Весь народ оказывается лишь материалом в их руках. Как плотник из дерева или инженер из железобетона, возводят они из этого материала новую конструкцию, схему которой предварительно разрабатывают. Очевидно, что при таком взгляде между "материалом" и "творцом" лежит пропасть, "творцы" не могут воспринимать "материал" как таких же людей (это и помешало бы его обработке), но вполне способны испытывать к нему антипатию и раздражение, если он отказывается правильно понимать свою роль».

[3] Известно высказывание юдофила Эрнста Ренана «повсюду, где еврейство добивалось господства, там жизнь аборигенов становилась невыносимой».

Когда я писал предыдущую свою книгу «Еврейский вопрос. Взгляд очевидца изнутри», мне, естественно, приходилось читать много всякой литературы по еврейской проблеме, что в конце концов привело не к рассмотрению самого еврейского вопроса, а к разбору тех или иных книг и работ, ему посвященных. При всем критическом отношении к последним, критик, желает он того или нет, все же в какой-то степени всегда зависим от критикуемых им авторов, находится под их влиянием, волей или неволей мыслит их категориями. Так, подавляющее число чужих мнений, особенно, авторов не-евреев, (хотя и евреи, в частности, Соломон Лурье, нередко высказывают подобные мнения) только утверждало меня в однозначно негативном отношении к евреям, ибо все они видели причину еврейского вопроса и антисемитизма исключительно в одной стороне – в еврейской, и почти никто из них не замечал диалектики еврейства и гойства, их единства, взаимозависимости и взаимообусловленности.

Как только я немного поостыл и мой ум освободился от гойского дискурса, выйдя из сферы его метафизического влияния, я понял, что мои личные симпатии находятся скорее на стороне евреев, чем гоев. И хотя выше мы договорились воздерживаться от апелляции к чувствам, эмоциям и этическим категориям, здесь я должен сознаться, что, вспоминая те жалкие жалобы на евреев в ряде сочинений гоев, где только и пишется, какие евреи «плохие», «коварные», «хитрые», «подлые» и прочие моральные характеристики, проникся в конце концов отвращением не к евреям, а к этим жалобщикам и ханжам.

Все-таки, пожалуй, евреи правы: гои удивительно тупой народ. Постоянно сетуют, что евреи их надувают, что всё, что евреи ни делают, всё это только в интересах их собственного народа, да при том еще действуют на территориях других народов, евреям, якобы, не принадлежащих. Хорошо, пусть так, но скажите мне, достойна ли уважения та армия, которая ведет действия не на своей территории, а на земле противника, причем, одерживая одну победу за другой? Гои ругают Талмуд и в то же время признают, что Талмуд привел евреев к победе, ну разве не идиотизм! Каждый нормальный полководец, увидев, что тактика противника, успешна, будет ее не ругать, а, наоборот, проявлять к ней внимание и учиться. Но гои, видимо, к учебе не способны от природы. Разумеется, к «учебе» в еврейском понимании этого слова, потому что никакая гойская «премудрость» учебой евреями никогда не почиталась, и здесь евреи совершенно правы: не дано гоям постичь Талмуд – факт, как ни крути! Да, гои могут учиться друг у друга сколько угодно, варвары осваивают культуру более цивилизованных гоев, у «цивилизованных» нередко в моде постигать ментальность дикарей, дабы быть «ближе к природе», но ни те, ни другие никогда ни на шаг не приблизились к еврею. Они никак не научатся тому, как жить в реальном материальном мире и преуспевать в нем, подобно евреям, ни один еще гой не попытался стать похожим на еврея, соорганизоваться со своими собратьями по беде наподобие еврейства, иначе они бы и не были «гоями».

Что же из себя представляет гойство?

Хотя это понятие обычно не рассматривают вне отношения к еврейству, все же гойство, подобно еврейству, обладает своей собственной сущностью и являет свои гойские качества – потенциальные причины конфликтов с евреями, вне зависимости от того, существуют ли рядом с ним евреи или нет. Ниже мы подробно рассмотрим эти качества (вернее, отсутствие качеств – недостатки) точно так же, как аналогично выше мы рассмотрели качества евреев, впрочем, далеко не аналогичные гойским. Пока же дадим общее определение понятию, которое не должно, как нам кажется, вызывать особых возражений: «Гойство – часть человечества, не обладающая статусом избранности, духовно или физически дискриминируемая еврейством». (Может быть, кто-то под гойством понимает совсем нечто другое, спорить не будем, мы всего лишь разъясняем, что мы имеем в виду, употребляя тот или иной термин в нашем исследовании. В «политкорректном» дискурсе обычно стараются избегать этого слова, заменяя его на «не-евреи», однако мы не можем принять такую терминологию, потому что у нас гойство не есть просто результат дихотомического деления: евреи – не-евреи, хотя оно и является частью второй половины этой дихотомии, т.е. не-еврейства, но только той частью, которая определяется своим противостоянием еврейству как субъект еврейского вопроса).

Следует сказать, что никаких «гоев», конечно, на самом деле в природе не бывает. Гой – это точно такой же симулякр, как и еврей, и не более того. Впрочем, в природе еще много чего не бывает, природа, например, не порождает богатых и бедных, не учреждает социальной иерархии, не распределяет права и обязанности и т.д. и т.п., но мы-то здесь не природу исследуем, а пытаемся разобраться в отнюдь не природном и не естественном «еврейском вопросе», имеющем место в нашем неестественном, но тем не менее вполне реальном, «обществе спектакля». А потому для нас разделение гои – евреи, как бы ни претило оно нашим интернационалистским убеждениям, все же имеет вполне реальные основания. В реальности гойства состоит первая конкретизация вышеприведенного определения, в котором понятие гойства раскрывалось только через еврейство, но гойство, хотя, в отличие от еврейства и не является общностью людей, но тем не менее является частью человечества, которую характеризуют только ей присущие качества, если и не биологические, то, по крайней мере, ментальные.

Точно так же, как от понятия «еврей» можно образовать дихотомию «не-еврей», так и от понятия «гой» можно образовать понятие «не-гой», что не является тождественным понятию «еврей». Правда, уже кое-где в печати понятие «еврей» стали отождествлять с чисто дихотомическим понятием «не-гой», противопоставляя не-ееврев «всем остальным». Так, например, сформулирован один из заголовков новостей на сайте «Новости Израиля» «Солдаты-неевреи хуже остальных» – а кто такие «остальные»? – ну, разумеется, все «нормальные» люди, у которых нет позорного клейма «не-еврея». Здесь цитируется высказывание Элиэзера Штерна – бригадного генерала ЦАХАЛа, критикуемое в СМИ, однако в настоящей статье критикуется его негативная оценка нееврейских солдат, но не сама дихотомия (не дихотомия, а перл!). А между прочим, нееврейские солдаты в каком-нибудь частном случае, действительно могут оказаться все как на подбор плохими, ничего здесь такого невероятного нет, и почему генералу нельзя высказывать свое мнение о качестве боевой подготовки солдат, нам не понятно. Кто-то может сказать, что это высказывание – нетипичная глупость. Да, но что такое «глупость», как не «оговорка по Фрейду», ведь то, что у умного на уме, то у глупого на языке. Могла ли вообще быть такая оговорка, хотя бы и у идиота, если бы в реальности израильская ментальность не принимала еврейство как норму, а гойство как патологию, если бы во всех израильских школах дети не смеялись бы над гоями, не дразнили бы своих нееврейских товарищей, а учителя не ругали своих провинившихся еврейских учеников (сам тому был свидетелем) словами: «хатихат гой» (кусок гоя), что по смыслу то же самое, что «кусок дерьма». Опять-таки, могут сказать, что воспитанные еврейские дети гоев не дразнят. Правильно, не дразнят, ибо хорошие воспитатели им объяснили, что уродов дразнить нехорошо. Ведь кого можно дразнить (или, если хотите, «не дразнить»)? – Только того, кто обладает какой-то неполноценностью или хотя бы несовершенством. Стало быть, гоям чего-то недостает, для того, чтобы считаться полноценными людьми. И этим гойским недостатком является не-избранность, или иначе, отверженность, проклятость, что видит в гое каждый нормальный еврей. Таким образом, деление гои – евреи является делением отверженных – избранных.

Само собой разумеется, что сия классификация не является ни нашим изобретением, ни даже нашей идеей, ибо она есть расизм чистой пробы, который мы лишь констатируем, но отнюдь не проповедуем. Более того, мы в душе разделяем чувства негодования и протеста, нередко выражаемые против такого деления многими либералами, и проще было бы и нам пойти по их пути, просто сказать: «Ничего такого особенного в еврейском (гойском) вопросе нет, не только одни лишь евреи считают себя «избранными» и не только они подвергались гонениям со стороны других народов, и не стоит, поэтому, мистифицировать их историю», но тем не менее трезвым взглядом нельзя не признать, что особенное есть, и оно не только в евреях, но и в гоях. Пожалуй, евреи правы, когда говорят, что гои отличаются от них так же, как люди отличаются от животных. Животный мир богат и разнообразен, есть всякого рода животные, многие из которых в каких-то своих способностях превосходят человека, однако даже если человек олигофрен, он не одно из них. Нет во всем животном мире ничего хотя бы приблизительно похожего на человека. Точно так же нет ни одного народа, который бы хотя бы приблизительно походил на евреев. Подобным образом в своей «Философии традиционализма» Александр Дугин противопоставил «европейское человечество», что для него является синонимом «абсолютного зла», всему остальному человечеству: «...неправомочно рассматривать «язык современности», выработанный европейским человечеством, как одну из разновидностей «языков Традиции», которые прямо или косвенно предопределяют парадигмы неевропейских цивилизаций. Такое уравнивание упускает из виду существенную антитетичность, которая определяет базовое соотношение этих языков. Разработка, создание и усвоение «языка современности», действительно, является уникальным достоянием «европейского человечества»». Но такая дихотомия профессора философии нам представляется совершенно логически некорректна. Если мы различаем евреев и гоев по избранности, то европейцев и не-европейцев следовало бы подразделять по месту проживания Европа – не-Европа или по какому-нибудь другому признаку, наличествующему у одних и отсутствующему у других. В качестве такого признака Дугин берет модерн (цивилизацию). В таком случае человечество следовало бы делить на цивилизованное и нецивилизованное, современное и традиционное, но не на «цивилизованный народ и все другие народы». Это все равно, что разделить человечество на «программистов» и «все остальные не-программистские народы» на том основании, что, мол, программисты владеют языком программирования, который качественно отличается от всех традиционных человеческих языков. Потом, модерн (язык современности, будь он «злом» или «добром»), как и язык программирования, в равной степени открыт всем народам, как традиционным, так и не очень. Да и само «зло», абсолютное ли, относительное, не является исключительным атрибутом какого-либо одного народа. Модерн не представляет собой какой-то сугубо европейской традиции, ибо и у европейских народов имеется своя архаика, значительно отличающаяся от модерна. Мы же подобных ошибок вроде бы пока еще не совершили, ибо говорим о сугубо еврейской национальной парадигме, не имеющей себе аналогов ни у одного из гойских народов. Можно, конечно, найти кое-какие народы, которые так же как и евреи живут обособленно, не ассимилируясь с соседями, на основании чего может показаться, что еврейство как явление не такое уж и уникальное. Вот взять хотя бы армян, с которыми у евреев за всю историю практически не было никаких конфликтов, даже несмотря на то, что Армянский и Еврейский кварталы в Старом городе Иерусалима соседствуют друг с другом, в арабо-израильском конфликте армяне также, в основном, стоят на стороне Израиля, подобно евреям, армяне также испокон веков были источниками конфликтов и с мусульманами, и с православными. Да и не только армяне. Везде, где есть национальная обособленность, там всегда есть конфликт, также и наоборот, раз уж конфликт имеет место, обособление просто необходимо и естественно. И при всем при этом у армян нет и не было перманентного конфликта со всем не-армянским миром, и нет даже шуточной дихотомии «не-армяне и все остальные». Армянам могут противостоять турки, азербайджанцы, православные и т.п., но не все не-армяне в целом.