Кровь тайны - Марк Энтони

Сразу же за песчаным пляжем начинался черный утес, который тут и там расцвечивали кустики пожелтевшей травы. Грейс заметила серую полоску, вьющуюся вдоль склона. Похоже на тропинку. Ладно, это потом. Пляж был усыпан деревянными обломками и высохшими водорослями. Затем ее взгляд остановился на большом куске мокрого дерева – части обшивки «Посланца судьбы».

Обхватив себя руками, Грейс побрела по песку. Камушки и обломки ракушек ранили босые ноги; очевидно, океан утащил в свои глубины ее сапоги. Ходьба помогла немного согреться, и Грейс стала двигаться быстрее. Через несколько мгновений она наткнулась на кусок корабельной палубы.

Рядом с ним лежал Фолкен.

Грейс опустилась на колени. Волосы барда прилипли к лицу, на плечах, словно церемониальный шарф, лежали водоросли. Грейс прикоснулась к шее Фолкена. Пульс был редким, но сильным. Она убрала волосы с лица, и бард открыл глаза.

– Грейс?.. – прохрипел он, и тут же у него из горла хлынула вода.

Грейс придерживала его за плечи. Когда рвота закончилась, Грейс помогла Фолкену сесть.

– Я решил, что мы утонули, – пробормотал он. Теперь его охрипший голос звучал громче. – Но это не первая ошибка в моей жизни.

Она сняла водоросли с его плеча.

– А ты можешь утонуть, Фолкен?

– Я бессмертен, Грейс, но мое тело уязвимо. Я не старею и ни разу не болел за семь столетий. Но все, что может убить человека, смертельно и для меня.

Грейс задумалась над словами Фолкена. Он родился в Малакоре и считал, что королевство пало по его вине. Она знала, что мысли об этом постоянно мучают барда. И все же он прожил семьсот лет, хотя мог положить конец своим страданиям одним ударом кинжала. Смогла бы она так долго нести на плечах столь тяжкий груз?

Все эти годы его не оставляла надежда, Грейс. Она помогала ему жить дальше. Малакор пал, но один из наследников трона выжил – твой прадед через двадцать поколений. Фолкен посвятил все свои силы сохранению линии наследников – чтобы возродить королевство.

И вот он решил, что время пришло. Вот зачем бард предпринял путешествие в Торингарт, чтобы найти осколки Фелльринга. Он хочет сделать ее настоящей королевой.

– Ты можешь встать? – спросила Грейс.

– Думаю, да, если ты мне немного поможешь.

Он протянул правую руку.

Грейс застыла, не в силах пошевелиться. Фолкен бросил на нее удивленный взгляд, а потом взглянул на свою руку. В выцветших голубых глазах появилась печаль.

С тех самых пор, как Грейс впервые увидела Фолкена, он носил на правой руке черную перчатку. Он никогда ее не снимал – именно из-за перчатки его называли Фолкен Черная Рука. Теперь перчатка исчезла. Должно быть, ее тоже утащили воды океана.

Грейс стиснула зубы, чтобы сдержать стон. Рука Фолкена была сделана из серебра.

Он сжал ее в кулак, и Грейс восхитила легкость, с которой двигались пальцы. Грейс не заметила ни одного сустава, рука была совершенно гладкой: зеркальное отображение левой, вплоть до выступающих вен. Однако Грейс не сомневалась, что она сделана из металла. Она продолжала изучающе смотреть на руку.

– Попробуй, прикоснись к ней, она теплая. – Негромкий голос Фолкена пробился сквозь ветер. – Тебе интересно?

– Да. – Она вновь опустилась на колени рядом с ним. – Можно?

Он выпрямил пальцы и протянул к ней серебряную руку, которая действительно оказалась теплой, но жесткой, как настоящее серебро. Интересно, как она действует? При помощи волшебства? Грейс попыталась представить себе, каким образом рука крепится к запястью, но между металлом и плотью шла идеально ровная линия. Кожа на стыке выглядела совершенно здоровой.

– Как?..

Бард покачал головой.

– Длинная история, сейчас у нас нет времени. Скажу только, что некромант Дакаррет решил отсечь мне руку в качестве наказания за черное деяние, которое я совершил. А потом меня пожалела колдунья и дала мне новую, чтобы я снова мог играть. – Фолкен вздохнул. – Вот только я потерял свою лютню. Столько лет с ней не расставался, а теперь ее больше нет.

– Потерянные вещи иногда находятся, Фолкен Черная Рука, – раздался неожиданно бодрый голос.

Они оглянулись и на расстоянии нескольких футов увидели Вани. Кожаный костюм весь в песке, смуглая кожа заметно побледнела. В руках она держала небольшой деревянный ящик. Вани поставила его на песок.

– Или теперь называть тебя Фолкен Серебряная Рука?

Во взгляде Вани читалось любопытство, но она не задала ни одного вопроса. Наверное, слышала все, что сказал Фолкен.

Фолкен взял ящик, вытер его полой плаща и открыл. Внутри лежала лютня, сухая и невредимая. Он аккуратно закрыл крышку.

Грейс охватила паника. Фолкен потерял свою лютню. А она? Но пальцы уже нащупали стальное ожерелье. Осколок Фелльринга остался с ней.

Она облегченно вздохнула, но вдруг вспомнила о рыцаре.

– Нужно разыскать Бельтана.

– Я его нашла, – сказала Вани. – С ним все в порядке, хотя он еле шевелится, совсем как улитка. Сейчас он подойдет к нам.

И в самом деле, светловолосый рыцарь медленно ковылял по пляжу. Длинные влажные волосы спутались, на тунике Грейс заметила кровь. Впрочем, совсем немного.

– Бельтан, – радостно шагнула ему навстречу Грейс. – С тобой все в порядке?

Он коснулся плеча.

– Так, небольшая царапина. Не о чем беспокоиться. Все хорошо.

– Благодаря моей помощи, – заметила Вани.

Рыцарь бросил на нее мрачный взгляд.

– Я говорил, что не нуждаюсь в твоей помощи.

– Ничего подобного, – возразила Вани. – Ты сказал что-то вроде «глаб – глуг – гергл». А потом я выдавила воду из твоих легких и спасла тебе жизнь.

– Нет, ты сломала мне ребра и едва не прикончила. Я бы и сам выплюнул воду.

– Скорее ты бы выплюнул свой призрак.

– Ну ладно, хватит вам, – вмешался Фолкен. – Здесь не место для препирательств.

С помощью Грейс бард поднялся на ноги.

– Я вижу, ты потерял свою перчатку, Фолкен, – сказал Бельтан.

– А рука его тебя не удивляет? – пораженно спросила Грейс.

– Серебряная рука? – Бельтан пожал плечами. – Не слишком. Конечно, это странно и все такое. Я никогда не понимал, как она держится.

Фолкен пристально посмотрел на рыцаря.

– Ты хочешь сказать, что давно знал о моей руке?

Бельтан улыбнулся Грейс.

– Иногда очень удобно, когда люди считают тебя глупцом. Они теряют в твоем присутствии осмотрительность, и тогда можно узнать много интересного.

– Ты совсем не глуп, Бельтан, – серьезно сказала Грейс.

– Я знаю, но давай никому об этом не скажем.

– Нам нужно уходить, – вмешалась Вани.

Убийца внимательно смотрела в сторону океана, и Грейс поняла, что она имеет в виду. Пройдет совсем немного времени, и на горизонте появятся паруса. А здесь даже негде спрятаться.

– Кто-нибудь еще спасся? – спросил Фолкен.

– Никто, – ответила Вани. – Я осмотрела весь пляж. Мне удалось найти несколько обломков корабля – и все. – Она склонила голову набок. – Если не считать…

– О чем ты? – спросил Бельтан.

– Я заметила следы на песке на другом конце пляжа. Их почти смыло волнами. Сначала я подумала, что это Грейс или Фолкен. Но я вижу, что вас обоих выбросило совсем с другой стороны.

– Может быть, кому-то еще удалось спастись, и они ушли вверх по тропе, – предположил Фолкен, показывая на серую линию, пересекающую утес. Если это действительно тропа, то другого способа покинуть пляж нет.

Бард закинул ящик с лютней за спину, и все четверо зашагали по песку. Впереди шла Вани, Грейс и Фолкен поддерживали друг друга, Бельтан замыкал шествие.

Они и в самом деле вышли на тропу – Грейс не могла с уверенностью утверждать, прорубили ее человеческие руки или вытоптали животные. Целую вечность они поднимались по склону утеса. Пришлось идти по одному – настолько узкой оказалась тропа. К тому же ветер доносил сюда морские брызги и пену, и камни были скользкими. Грейс приходилось цепляться за пучки сухой травы, чтобы не упасть. Скоро ее босые ноги начали кровоточить, но они так замерзли, что Грейс не чувствовала боли. Ветер выл, море отвечало ему ревом прибоя, над головами друзей клубились тучи.

– Неужели в Эмбаре всегда такая погода? – спросила Грейс.

– Только в хорошие дни, – не замедлил с ответом Бельтан.

Они продолжали подниматься все выше и выше по крутому склону. Когда Грейс решила, что предпочтет рухнуть вниз, чем продолжать мучительный подъем, они выбрались на вершину.

И в меркнущем свете увидели замок.

ГЛАВА 22

Путники спустились вниз, и когда шли через заросшую вереском пустошь к замку, полил сильный дождь.

Хозяина замка звали Элвард, он был седьмым графом этих земель в северном Эмбаре, а замок Морской Дозор играл роль столицы.

Точнее, замок представлял собой одинокую башню, построенную на вершине холма, явно возведенного людьми. Ее окружали деревянные стены, из-за которых доносилось блеяние овец и мычание коров, жавшихся друг к другу.