Гача-игры до добра не доводят. Том 2 - Loron Li

— Ты собираешься выпустить нас? Ты убил и остальных жрецов? — прозвучал новый вопрос уже от какого-то мужчины.

— Пожалуй, теперь мне сил не хватит даже обратно по лестнице подняться. Тут есть что поесть?— После жажды, естественно, накатил и страшный голод. По крайней мере, не было пробирающего тела холода, видимо, мой организм еще не достиг предела, хоть и было близко.

— Эмм, в кладовке есть запасы еды, но мог бы ты дать и нам напиться, а то нас тут, как ты видишь, совсем не кормят! — произнес какой-то парень с грустной усмешкой, когда я посмотрел на здоровую бочку, а после и на людей.

— Почему бы и нет, вы и так видели достаточно… — после моих слов люди как-то сильнее струхнули, видимо, обычно после таких слов никого не оставляли в живых.

По мне, довольно естественный исход будь я боле безжалостным, но сейчас мне меньше всего хотелось еще кого-то убивать, мне и так плохо, а тут еще устраивать резню на ровном месте вообще попахивает неадекватностью.

Призвав Рона и Аврору, что те испуганно отпрянули от решетки от вида живой куклы, пока я вернулся обратно в кресло, подумав, что стоит призвать одежду, а то так и заболеть можно, отстраненно подумав, пока на моем теле появлялись элементы одежды, поскольку уже не видел смысла скрывать мои иномирность, раз я так открыто использую мои призывы.

Глава 16

Уставший но не сломленный

— Возьми вёдра Хан и поднеси их к решётке, пусть люди утолят жажду! — он без колебаний кивнули и, взяв вёдра начал выполнять мое распоряжение и вскоре ведра с болтающимися там кружками, он поднес их к прутьям решётки.

Пока люди, как загнанные в угол звери, неспешно начали подходить к железным прутьям, доставая от туда железные кружки и передавая их друг другу, Рон следил чтобы никто не наглел и не сделал глупостей пока Хан пополнял ведра приносил с изнывающим от жажды людям.

Поскольку Аврора сейчас рылась в кладовой люди не так остро реагировали на ее ауру, но все равно смотря в открытую дверь в кладовую с опасением ждали возвращение странной и столь пугающей куклы.

— Благодарю вас, юный господин! Не бойтесь, мы никому не расскажем о ваших секретах, только помогите нам! — говорили они, клянясь своей жизнью и семьями. И обещали, что если я спасу их, они будут прославлять нового героя империи.

Когда я, взмахнув рукой, чтобы Аврора вернулась, а то люди, увидев луч надежды, начали довольно сильно шуметь, от чего у меня заболела голова, от возвращения куклы люди снова отбежали к стенкам, чуть не спотыкаясь друг о друга, я произнёс:

— Аврора, ты не могла бы что-нибудь приготовить для меня? — спросил я, не обращая внимания на то, что аура моей горничной заставила заткнуться всех этих взрослых. Удобно устроившись в кресле, я медитировал, пытаясь облегчить своё состояние, и неторопливо потягивал очищенную воду из наборной фляжки.

Аврора изящно поклонилась и с готовностью бросилась исполнять приказ. Ей не терпелось накормить мастера, который выглядел настолько истощённым, что это вызывало у неё печаль и желание отомстить тому, из-за кого всё это произошло.

Аврора поспешила обратно в кладовую, где загремела горшками, быстро доставая из них разнообразные припасы, чтобы приготовить еду для мастера.

Видимо, этот старик был не против покушать. Когда я развернулся к рабочему столу и погрузился в изучение бумаг, выяснилось, что тут производили так называемые кровавые камни или рубины не столь важно. Рецепт был таков:

Брали человека, на нём под молитвы богине вырезали специальные знаки по всему телу. После, ещё живому, взрезали грудную клетку и, ухватив за сердце, резко его сжимали, сжимая и кристаллизуя, формировали овальный красный камень.

Если бы я был способен испытывать сильные эмоции, то точно побледнел от ужаса, когда прочел заметки по исследованиям этого ритуала, который проводится для создания более мощного кристалла. Теперь мне ясно, почему такие камни запрещены в империи, хотя я уверен, что на чёрном рынке они пользуются большим спросом.

Это было сильное упрощение процесса, поскольку тут участвовала и алхимия, ритуалистика, гемомантия, являвшаяся магией крови, и каким-то боком химерология. Видимо, я убил кого-то очень ценного, и стоит уничтожить эти записи, чтобы столь мерзкие ритуалы забылись за тяжестью времени, хотя уверен у главы точно есть копии данных исследований.

Было и изготовление камней попроще: с людей сцеживали кровь, буквально два литра жидкости помещали в большую ёмкость, после рисовали алхимический круг и проводили равноценный обмен, когда проливалась кровь животного, а взамен человеческая кровь преобразовывалась в тусклые камни, считавшиеся низкосортными и хрупкими.

Такому человеку определённо нужны были помощники, поэтому, призвав шершня за дверью, я приказал его ужалить каждого, кто попытается войти. Когда Аврора уже начала что-то готовить в котле на алхимическом огне местной лаборатории, запахло чем-то наваристым и вкусным.

Даже люди в камерах начали не с таким ужасом смотреть на живую куклу. Видимо, голод брал верх над страхом, поэтому они, словно борясь с сильным течением, приближались снова к прутьям клетки, лишь бы быть поближе к вкусному аромату.

Я читал всё это, жуя бутерброды и уже сбившись со счёта, сколько их уже я проглотил. Переедать не стоило, но прислушиваясь к моему телу, то все было в принципе нормально,метаболизм явно ускорился когда часть получаемой от пищи энергии шла к моему магическому источнику с которым я не знал что сейчас вообще делать.

Вскоре получил сигнал от шершня, сидящего в темноте коридора, что приближаются две фигуры с мешками, и ещё один отстал, таща небольшой бочонок, скорее всего с алкоголем.

Хорошо, что я распорядился оттащить обезглавленное тело в пыточную комнату и тряпками убрать с пола уже подсохшую кровь, отчего пришлось использовать воду из бочки, что довольно быстро заканчивалась, чтобы затереть кровь, которую могут почувствовать местные жрицы.

— Значит, у нас тут гости… — подождав, пока они зайдут глубже в коридор. Когда пара, оказавшаяся уже близко к двери, замешкалась, видимо, почувствовав кровь, растёкшуюся по полу.

Не теряя времени, позади последнего появился бес, выпуская болт человеку в затылок. Судя по его довольному смешку, тот попал. Следующему на лицо призвал древесную лягушку, а третьего в шею ужалил шершень, и тот, не понимая, что только что сейчас произошло, хватался за шею, пока его конечности отказывались подчиняться.

Когда ужаленный рухнул вперёд, ударившись головой о дверь и снова спугнув