Справедливость: решая, как поступить, ты определяешь свой путь - Райан Холидей

я бы сказал, людям, — ответил биолог, понимая, что его исследования финансировались за счет благотворительных пожертвований и опирались на результаты множества других научных открытий. — Патента нет. Можете ли вы запатентовать солнце?»

Марк Аврелий, размышляя о своей жизни, написал, что ощущает радость от того, что ему никогда не приходилось просить денег, но еще больше радуется тому, что всякий раз, когда кто-то другой нуждался в них, он никогда не мог сказать, что не способен помочь[165].

Это не только правильно и справедливо — это делает нас великими.

Вот почему мы должны завести себе такую привычку.

Дело не в том, как и сколько отдавать, а в том, чтобы стать благословением для других — в любой форме, любым способом.

Вырастите учительское древо

Тренер Грегг Попович выиграл больше всех матчей в истории NBA. Если добавить к этому количество чемпионских титулов (пять), количество сезонов, когда у его клуба «Сан-Антонио Сперс» число побед превосходило число поражений (22), непрерывную серию выходов в плей-офф (22 года подряд), долю побед (0,628), тот факт, что он добился всего этого с одним клубом, и золотые олимпийские медали, то он вполне может считаться величайшим тренером в истории баскетбола[166].

Но, помимо побед и перстней[167], существует еще один показатель — не столь престижный, но более важный, — позволяющий провозгласить его величайшим тренером в спорте вообще: его учительское древо. В спорте это те тренеры, игроки и руководители, которых человек открыл, нанял и воспитал, и их успехи в спортивной карьере. Тренерское древо Грегга Поповича настолько обширно, что, по словам одного спортивного журналиста, больше походит на тренерский лес.

На сегодняшний день никто не тренирует дольше Поповича не только в NBA, но и во всех ведущих профессиональных спортивных лигах. За это время он взял под свое крыло таких игроков Зала славы, как Тим Данкан, Тони Паркер и Ману Джинобили, которые не только составляли одну из величайших династий[168] современной NBA, но и остались в Сан-Антонио и выбились в лидеры этого сообщества. В какой-то момент оказалось, что почти 30 процентов всех тренеров NBA ранее работали или играли под руководством Поповича, а его ученики в качестве главных тренеров выиграли 11 чемпионатов ассоциации (и один чемпионат Джи-Лиги[169]). Пять раз кто-то из его леса признавался лучшим тренером года в NBA. Семь из нынешних 23 чернокожих главных тренеров и генеральных менеджеров NBA трудились под руководством Поповича в «Сперс». Бекки Хэммон, лучший тренер 2022 года в WNBA (женской NBA), провела в «Сперс» восемь лет; там она стала первой женщиной-ассистентом тренера в NBA и первой, кто исполнял обязанности главного тренера по ходу матча (когда Поповича во время игры удалили за два технических фола). Позже в качестве тренера она также выиграла два титула WNBA подряд. Если же начать прослеживать тренерские деревья для всех тренеров, входящих в дерево Поповича, то вы затронете практически каждого в баскетболе NBA и NCAA[170].

Именно эта мысль пришла в голову комиссару NBA Адаму Сильверу во время финала 2022 года, в котором встретились два тренера, ранее работавших с Поповичем[171]. По его словам, «Сперс» были не просто баскетбольной командой, а практически академией для будущих тренеров и руководителей команд.

Раввин Элиэзер сказал: «Пусть честь ваших учеников станет для вас так же дорога, как и ваша собственная». Но добиться такого несколько проще, когда вы учитель, — ведь это ваша работа. Достижения Поповича весьма впечатляли бы, даже если бы он руководил какой-нибудь академией — некоммерческой образовательной организацией, нацеленной на нечто подобное. А ведь ему удалось добиться этого на высочайшем уровне жесткой игры, где он фактически поощряет конкуренцию, а то и создает ее. Он действует вне рамок своего стремления к победам, которые являются как идеалом, так и ожиданием от его работы. Это не какой-то «клуб старых парней», где кучка людей оказывают друг другу услуги или один лидер воспроизводит самого себя. Нет, это акт распахивания двери, перекидывания лестницы к разношерстной группе уникальных лидеров, различных типов спортсменов, тренеров и управленцев, которые стремятся реализовать себя.

Поэтому, когда вы оглядываетесь на свою карьеру, полезно задаться вопросом: кому вы дали шанс?

Кому вы помогли продвинуться?

И более показательно, насколько эти люди походили или не походили на вас?

Слишком часто нас в первую очередь интересует, как заставить других дать нам шанс. Или как получить что-то еще, побольше или получше. Мы полагаем, что, помогая другим, ущемляем себя, словно жизнь или работа — это игра с нулевой суммой[172].

Это в «Горце» в живых останется только один.

В реальности найдется место для успеха для всех. Для гораздо большего числа людей, нежели сейчас.

Джордж Маршалл продвинулся по карьерной лестнице, сумел добраться до вершины профессии и добиться успеха именно потому, что понимал: его работа заключается в том, чтобы помогать другим — выстраивать армию из талантливых офицеров. В то время как прочие генералы прилагали все силы исключительно для собственного продвижения, писали письма начальству, добиваясь повышения или должностей, Маршалл поддерживал перспективных молодых людей вроде Омара Брэдли, Джорджа Паттона, Уолтера Крюгера и прежде всего Дуайта Эйзенхауэра: эти взращенные им таланты вошли в историю. Его учительское древо, можно сказать, превратилось в дуб, от которого зависела победа союзников.

Конечно, в жизни нас оценивают по достижениям. Мы стремимся реализовать свой потенциал и сделать все возможное. Но после какого-то момента это уже значит не так много. В долгосрочной перспективе важнее то, кому мы помогли добиться успеха на своем пути.

Хочу уточнить, что учительское древо имеет значение не только в спорте. Сократ привел к нам Алкивиада, Ксенофонта и Платона. Платон, в свою очередь, дал нам Аристотеля, а Аристотель — Александра Македонского.

Эмерсон не только щедро финансировал литературную сцену в Новой Англии, но и активно поощрял таланты, где бы их ни встречал. «Я приветствую вас в начале великой карьеры», — восторгался он в письме 1855 года, адресованном переживавшему трудности Уолту Уитмену (Уитмен незамедлительно использовал его письмо в качестве рекламы для обложки своего тогда еще не признанного, изданного на собственные деньги шедевра «Листья травы»). Без Эмерсона совсем по-иному сложились бы карьеры Натаниэля Готорна, Уильяма Эллери Чаннинга, Эймоса Бронсона Олкотта, а позже Уильяма Джеймса (крестника Эмерсона) и дочери Олкотта Луизы Мэй Олкотт. Щедрость — это семя великого учительского древа.

Томас Уэнтворт Хиггинсон был не только аболиционистом, но и наставником поэтессы Эмили Дикинсон, а позже помог опубликовать ее стихи[173]. Фредерик Дуглас поощрял и наставлял Иду Уэллс-Барнетт; ее книги о линчевании, суфражистская деятельность и помощь в