Техносоциализм. Как неравенство, искусственный интеллект и климатические изменения создают новый миропорядок - Ричард Пэтти

В 2000 году лишь одна азиатская экономика – японская – входила в четверку крупнейших (по ВВП). Всего 20 лет спустя три азиатские страны (Китай, Япония и Индия) вошли в первую пятерку. В 2010 году на Азию приходилось всего 26 % мирового ВВП, но к 2050-му ее доля превысит половину от общемирового объема производства[98]. Это феноменальный сдвиг за относительно короткий период. Азиатский банк развития также прогнозирует, что к 2050 году городское население в этом регионе вырастет с 1,6 млрд до 3 млрд человек и что азиатские города станут движущей силой мировой экономики. Двадцать первый век станет веком экономического роста в Азии.

Экономика Китая с самого начала программы экономических реформ, принятой в 1979 году, росла в среднем примерно на 10 % в год в реальном выражении. Даже во время мирового финансового кризиса рост замедлился лишь до 8,5 %. К 2010 году Китай стал второй по величине экономикой мира, ведущим экспортером, лидером по объему международных резервов, третьим ведущим импортером, лидером по привлечению прямых иностранных инвестиций в новые проекты, а также ведущим производителем и рынком для многих отраслей. Всемирный банк утверждает, что к 2030 году Китай станет крупнейшей экономикой мира при рыночных обменных курсах.

«Америка возрождается… Мы соревнуемся с Китаем и другими странами за победу в XXI веке».

– 100-дневное послание президента США Джо Байдена Конгрессу на совместном заседании

Жизнь и работа в XXI веке

О так называемой «экономике знаний» впервые заговорили в конце 1960-х годов. Еще до появления персональных компьютеров. Деятельность, которую осуществлял бизнес в то время, была очень разнообразной, но основной принцип сохранялся – создавать ценности головой, а не руками.

На данный момент история такова, что в более развитых экономиках мира (т. е. представляющих примерно 16 % населения мира или около того) произошел переход от производства как источника богатства к производству как товару. От упора на жесткую инфраструктуру к упору на мягкую инфраструктуру. От конкуренции, основанной на контроле затрат, к конкуренции за идеи и интеллектуальную собственность. От акцента на материальные активы к акценту на нематериальные активы. Большинство развивающихся стран работают сверхурочно, пытаясь наверстать упущенное в плане инфраструктуры, профессиональной подготовки, исследований и разработок, а также инноваций.

Рост экономик, способных осуществлять производственную деятельность так же эффективно и с меньшими затратами, чем страны с развитой экономикой, вынудил развитые страны сосредоточиться на знаниях, инновациях и творчестве как источниках ценности. Основные источники создания богатства постепенно смещаются от производства промышленных активов (таких, как заводы и оборудование) к созданию нематериальных активов (таких, как программное обеспечение, технологическая инфраструктура, искусственный интеллект и быстрорастущие интернет-стартапы).

В странах с развитой экономикой преобладают люди, которые работают головой, а не руками. Об этом свидетельствует доминирование в этих странах сектора услуг, а рыночная стоимость компаний, производящих нематериальные активы, таких как Microsoft и Facebook, превысила стоимость традиционных лидеров производства.

Топ-10 крупнейших компаний мира по рыночной капитализации на момент написания книги представлен в таблице ниже. Рядом с ними топ-10 крупнейших компаний мира по рыночной капитализации за 10 лет до этого.

К 2021 году количество компаний, связанных с наукоемкими и нематериальными активами, в топ-10 увеличилось с двух до семи, если исключить Tesla[99], и их общая стоимость составляет примерно 9,46 трлн долларов США. Совокупная стоимость одних только Apple и Microsoft всего за 10 лет выросла до 3,98 трлн долларов (увеличение рыночной стоимости на 745 %). Этот ценностный сдвиг символичен для того, что происходит в экономике в целом. Сейчас и в будущем самыми крупными и наиболее ценными компаниями будут технологические. Они уже появляются во многих странах с развитой экономикой, и темпы, с которыми происходят изменения, ускоряются.

Рисунок 9. Десять крупнейших компаний мира по рыночной капитализации в 2021 году по сравнению с 2011 годом

Источники: https://companiesmarketcap.com https://en.wikipedia.org/wiki/List_of_public_corporations_by_market_capitalization#2011 https://www.visualcapitalist.com/chart-largest-companies-market-cap-15-years/

Пандемия форсировала данный процесс. COVID-19 серьезно изменил привычки работников, появившиеся со времен Второй мировой войны, и простимулировал многочисленные прорывные инновации. Пандемия позволила быстрее перейти к удаленной работе, онлайн-обучению, телемедицине, новым формам развлечений и общения, а также выявила готовность людей меняться и их способность делать это быстро. Пандемия доказала, что структура экономики XXI века будет принципиально иной и что потребители и рынки быстро к ней адаптируются.

Экономика будущего

Чтобы перейти от нынешних экономических систем к экономике будущего, нам необходимо контролировать инфляцию, сокращать долги, повышать производительность, адаптироваться к быстро развивающейся цифровой экономике, пользоваться множеством новых технологических достижений и привыкать к более разумному нормативному регулированию. Сегодняшние читатели также должны понимать важность Азиатско-Тихоокеанского региона, и особенно экономик Китая и Индии. Осознавать, что экономическое влияние США и игроков Еврозоны ослабевает, а правила и драйверы роста меняются. Прежде всего, поиск экономических способов борьбы с изменением климата (как наиболее вероятной надвигающейся глобальной катастрофы) и использование искусственного интеллекта для переосмысления работы и коммерции – критически важные стратегические вопросы, которых сегодня не видно за некой политической риторикой. Мы вернемся к экономике будущего в главе 9 – оставайтесь с нами!

Глава 5

Улучшенное человечество

«Трудно заставить человека понять что-то, когда его работа зависит от непонимания этого».

– Эптон Синклер

Хорошо, пора задать главный вопрос. Какова цель человечества? Делать деньги или создавать богатство? Что ж, господствующая экономическая система, безусловно, именно на это и рассчитана.

Как вид мы могли бы разумно полагать, что наша цель – учиться и развиваться. Полностью раскрывать свой потенциал и сделать такое будущее возможным для человечества в целом. Должна ли цель человечества зависеть от того, достигнут ли все люди состояния реализации, или допустимо, если только небольшая их часть будет процветать и полностью раскрывать свой потенциал? Следует ли нам защищать и ценить человечество и интеллект, или мы должны просто жить настоящим, не обращая внимания на более серьезные вопросы, которые подкидывает нам жизнь?

Как мы заявили в начале книги, существует множество вариантов возможного будущего человечества; они зависят от того, насколько мы готовы планировать и насколько всеобъемлющие цели ставим перед самим обществом. Во время мозгового штурма – работы над «Техносоциализмом» – мы несколько недель проработали у «белой доски» (whiteboarding). Мы попытались составить карту различных вариантов возможного будущего, которое ожидает человечество: от антиутопического и хаотического до утопического и организованного, от позитивного до негативного. От наиболее инклюзивного, запланированного и объективного сценария будущего до самых противоречивых,