Россия. Крым. История. - Николай Стариков

На престол восходит Александр II, который через шесть лет окончательно освободит Россию от крепостного права. Перед ним стояла сложная задача — не проиграть войну, которая к тому моменту разворачивалась далеко не в нашу пользу. Пока новый император входит в курс дела, агрессоры продолжают осаду Севастополя — в марте снова начинаются сокрушительные обстрелы города. Жертвой становится еще один легендарный севастопольский адмирал — Истомин.[320] Артиллерийский обстрел, принесший в Севастополь сущий ад, продолжается на протяжении десяти суток. Однако взять город штурмом «союзники» по-прежнему не в состоянии.[321]

В скором времени союзная армия, осаждающая Севастополь, вырастает до 120 тысяч человек. Наполеон III и османский султан не жалеют ни французов, ни турок, ведь их значительно больше английских подданных — под стенами 80 тысяч французов и 25 тысяч турок и всего 15 тысяч британцев. 20 апреля 1855 года французы впервые за семь месяцев одерживают небольшую победу — овладевают передовой позицией при редуте Шварца. Россия не могла так же быстро и оперативно наращивать численность армии, как и четыре воевавших против нее страны. Ведь мы воевали еще и на Кавказе с теми же турками, а в европейской части страны должны были быть наготове к возможным военным действиям со стороны Австрии. В конце апреля вражеская армия получила значительное численное преимущество. Дело в том, что Сардиния отправила в Крым корпус генерала Ла-Марморы, в результате чего общая численность войск неприятеля составила 170 000 человек (среди них 100 000 французов, 25 000 англичан, 28 000 турок и 15 000 сардинцев) при 1 тыс. орудий. У нас же в Крыму было 110 000 русских солдат при 442 пушках. Гарнизон Севастополя составлял 46 000 человек при 70 полевых орудиях.

Воспользовавшись своим господством на море, 12 мая 1855 года агрессоры занимают Керчь, попутно высаживая десант на Черноморском и Азовских побережьях. Здесь стоит особо отметить, что войска «цивилизованных европейцев» вели себя хуже дикарей, не жалея ни женщин, ни детей во время разграбления Мариуполя, Бердянска и Анапы.

Вот как это выглядело в Мариуполе. Вечером 23 мая 1855 года на мариупольском рейде появилась англо-французская эскадра. Отпор им могли дать лишь две сотни казаков 68-го Донского полка под командованием подполковника Кострюкова. Отпор — чисто теоретический, так как артиллерии не было, имелись лишь ружья и сабли. Но для «просвещенных европейцев» форма войны, когда они безнаказанно стреляют издалека и не несут потерь, уже тогда была излюбленной. Утром 24 мая на берег высадился парламентер. Он потребовал, чтобы в Мариуполь был беспрепятственно впущен десант «для истребления казенных зданий и другого имущества». Казачий полковник Кострюков с достоинством ответил, что если неприятельские войска высадятся на берег, то казаки готовы их встретить огнем. Через несколько часов начался обстрел. Первое же ядро попало в Харлампиевский собор — самое высокое здание и прекрасный ориентир для артиллеристов. Бомбы рвались в различных частях города.[322] Казаки оставили город, видя свое бессилие. И встретили врага огнем у казачьего хутора Косоротова, куда направился десант противника, намереваясь сжечь стоявшие там 70 каботажных судов. Узнав, что казаки ушли из Мариуполя, англо-французы высадили в городе... поджигателей. Диверсионную группу, как сказали бы сегодня. Они подожгли находившийся на берегу строевой лес, ряд частных магазинов с хлебом и солью и склады рыбы и биржу. Французский офицер лично поджег несколько частных домов. А пока пожар разгорался, англичане и французы ловили во дворе гусей и резали их на паперти Харлампьевского собора. Вечером эскадра снялась с якоря и ушла в море. Для справки: что представлял собой Мариуполь в 1855 году? Жителей в нем было всего лишь 4600 человек. Домов — 768, церквей — 5. И ни одной пушки...[323]

Наполеон III решил победой отметить годовщину битвы при Ватерлоо, где его дядя потерпел поражение, и приказал 6 июня 1855 года произвести финальный штурм Севастополя. В итоге артподготовки «союзники» выпустили по Севастополю в общей сложности 72 000 снарядов, на что мы им смогли ответить всего 19 000.[324] Генерал Хрулев, командовавший нашими войсками отдал известный в русской истории приказ: «Отступления нет!» Вслед за ним этот приказ другими словами «перескажет» политрук Клочков из панфиловской дивизии под Москвой в 1941 году.[325] В итоге штурм был отбит по всему фронту.[326]

Однако силы были не равны: в результате последующих обстрелов и штурма французам удается захватить Малахов курган. В результате чего, как и рассчитывал французский генерал Ниель, дальнейшая оборона Севастополя становится практически невозможна. 27 августа 1855 года русские войска по приказу командования оставили Севастополь и отступили, взрывая за собой укрепления и топя последние остатки Черноморского флота. Силы противника в финальной стадии боев в 3,5 раза превышали численность обороняющихся (62,5 тысячи против 18 тысяч).[327]

Итоги героической Крымской кампании 1854—1856 годов таковы: 349 дней обороны Севастополя от совместной армии трех мировых империй (Британской, Французской и Османской), а также Сардинии «обошлись» русской армии в 128 тысяч человек. Агрессоры же потеряли 70 тысяч человек, не считая погибших от болезней.[328] Масштабнее битвы в предшествующей мировой истории еще не было.

В марте 1856 года подписывается Парижский мирный договор. Черное море объявлялось нейтральным, а для каждой из черноморских держав устанавливались ограничения по количеству и «качеству» боевых кораблей, что фактически означало «неимение флота» в Черном море. Однако в реальности ограничения касались только России, так как Турция могла за сутки перебросить свои корабли из Мраморного моря в Черное.[329] А значит, теперь только нам запрещалось иметь на Черном море военно-морской флот, строить крепости и военно-морские базы. Помимо этого мы отдавали Молдавии Южную Бессарабию, а Турции — все наши завоевания на Кавказе. Англичане осуществили задуманное — Россия была отброшена назад от черноморских проливов, но оторвать от России Крым и вызвать всеобщее восстание на Кавказе британцам не удалось. Россия сохранилась как одна из сильнейших держав мира. Пройдет чуть менее 15 лет, и Россия заявит, что она более не связана узами Парижского мира. В Черном море снова появятся русские боевые корабли. И тогда наши противники будут использовать внутреннюю смуту, чтобы уничтожить русский флот. К сожалению, это им удастся во время «революции» 1905 года и гражданской войны. Колоссальный урон нашему флоту нанесет перестройка и последовавшая за этим «независимость».

Более никогда это не должно повториться...

Глава 9

Присоединение Крыма к Российской империи

Сверхдержавой Россия стала очень быстро. Крупная региональная страна конца XVII века за «одну войну» со Швецией при Петре Великом резко вошла в число сильнейших государств. Тот, кто на ринге побьет чемпиона, сам становится чемпионом, забирая его титул. В политике и истории тоже так часто бывает. Но обычно процесс «замены» чемпиона проходит не за один бой и даже не за одно десятилетие. Несмотря на то что в учебниках истории пишут, что шведская армия была сильнейшей в то время, побив шведов, «чемпионами мира» мы не стали. Получив выход в Балтийское море, забрав себе прибалтийские владения Швеции, Россия действительно стала одной из сильнейших держав Европы (что тогда автоматически означало — и мира). Именно так: одной из. Сильнейшие страны того времени — Великобритания и Франция. Разбив шведов, построив сильный флот и сильную армию, петровская Россия стала составлять серьезную конкуренцию этим государствам. Но пик нашего могущества был еще впереди. Кстати, а когда в нашей истории был этот пик? Когда Российская империя—СССР—Россия была наиболее сильна, уважаема? Когда мы были в наибольшей безопасности? Когда от слова наших руководителей зависела судьба Европы и мира? Если отбросить в сторону все несущественное и эмоциональное, то ответ очевиден. Наиболее сильной наша страна стала при... большевиках, продолживших дело русских царей, которых всячески поносили и ругали (особенно в первые годы советской власти и до начала Великой Отечественной). Такова логика власти: становясь во главе, вчерашние бунтари вынуждены перенимать тактику действий своих предшественников и продолжать их политику. Если, конечно, эта новая власть действует в национальных интересах своей страны, а не выполняет наказы послов из-за океана.

Так вот наибольших успехов в деле обеспечения собственной безопасности, наибольшего авторитета в мире и, что самое главное, наибольшей перспективы роста при одновременном «усыхании» наших геополитических противников мы добились в начале 50-х годов ХХ века. В зоне влияния СССР была вся Восточная Европа. Мы создали пояс безопасности, который не давал возможности потенциальному агрессору подобраться к нашим рубежам. НАТО у границ страны — в то время такое даже невозможно себе представить. А вот наши танки в Берлине — это реальность, весьма печальная для наших «партнеров». После окончания Второй мировой опасность агрессии Запада против России—СССР оставалась до тех пор, пока в 1949 году Советский Союз не получил собственное ядерное оружие. Система безопасности государства не ухудшалась и не давала трещин вплоть до горбачевской перестройки. При Брежневе был построен мощный океанский флот, который мог решать боевые задачи в любом месте мирового океана. Но началось новое «мышление», гласность. И Горбачев уничтожил всю систему безопасности, за создание которой заплатили своими жизнями 27 миллионов наших солдат и мирных граждан. И вот результат: от границы Брянской области с Украиной до Москвы — 350 километров. И есть все основания считать, что одной из целей организаторов государственного переворота в Киеве (то есть спецслужб США) было размещение на территории Украины военной инфраструктуры Североатлантического блока. Без принятия Украины в его состав. Так сказать, по просьбе трудящихся, для защиты общечеловеческих ценностей размещаем наше ПРО у самых границ России...