Династия. Белая Кость - Такаббир Эль Кебади

— Мы хранили в подвале горшки с известью, — вклинился в перебранку Сантар. — Если крепость захватят, мы укроемся в башне и высыплем известь из окон. Она выест неприятелю глаза. Мы обнаружили, что часть горшков исчезла.

Монт еле сдерживал радость:

— У вас один колодец?

— Нет! Десять! — рявкнул Мэрит. — Ну конечно один, господин нотарий!

— Интересно, час уже истёк? — вымолвил Сантар, поправляя на голове шлем.

Мэрит указал на закопчённое сажей окно:

— Часы там. Иди, посмотри.

Монт запахнул на груди полы плаща и, трясясь в нервном ознобе, проговорил вкрадчиво:

— Айвили несколько веков тренируют наёмников. Выродки побывали в таком количестве сражений, что нам и не снилось. Они брали не только крепости — они брали города. Я знаю, что такие луки и стрелы, как у них, изготавливают всего три мастера. Скажу вам по секрету, дело не в луках, а в мастерстве. Что ещё умеют Выродки? Сколько времени мы продержимся без воды? Сейчас вы можете сдать крепость и сохранить свой штандарт, лорд Мэрит. Потом… На него повяжут ленту чужой славы, а вашу голову насадят на кол.

— Я костьми лягу, но крепость не сдам!

— Дядя, — подал голос Сантар. — Можно вас на пару слов?

Они отошли в сторону и зашептались. Теребя ворот плаща, Монт окинул взглядом двор. Мужики перебегали от постройки к постройке. На пороге кухни стояла вдова герцога, кутаясь в лоскутное одеяло.

— Сэр Флос! — крикнул Мэрит и махнул рукой. — Подойдите, пожалуйста.

Человек в гамбезоне спустился со стены и двинулся к башне. В его походке чувствовалась нервозность. На лице застыла тревога.

— Слушаю вас, милорд, — сказал он, приблизившись.

— Поручаю вам провести переговоры с герцогом Хилдом.

У Флоса открылся второй глаз, затянутый бельмом.

— Почему я?

— Больше некому. Я не могу бросить своих людей. И не могу отправить знаменосца, сэра Сантара. А вы рыцарь. Имеете право.

Флос посмотрел на свою дочь. Уставился себе под ноги:

— Что я должен ему сказать?

— Скажете, что я сдам крепость в обмен на малых лордов, бывших вассалов моего сына, герцога Мэрита. В противном случае мы встретим смерть в этих стенах.

— А это можно крикнуть со стены?

Мэрит скривил губы:

— Предатели разбегутся.

Флос улыбнулся Янаре, снял перевязь с мечом и, немного подумав, протянул её Монту:

— Если что, защитите мою дочь.

Сантар побежал к воротам и начал что-то втолковывать караульным.

— Лучники! — проорал Мэрит, поднимаясь по лестнице к надвратной башне. — Занять позиции!

— Спасите нас, — прошептал Монт Флосу и, похлопав его по плечу, поспешил на крепостную стену.

21

Сердце Янары сжалось. Она не помнила, чтобы отец прежде улыбался, а сегодня у него прямо день улыбок. И на смотровой площадке он был непривычно ласков. Сейчас в его взгляде, брошенном на неё мельком, сквозило сожаление. О чём он сожалеет?

Пока отец разговаривал с лордом Мэритом и сэром Сантаром, Янара не смела выйти за порог кухни. До её слуха долетали обрывки фраз секретаря-нотария, она не понимала, о чём идёт речь. Удивляли слуги — вместо того чтобы тушить пожар и наполнять водой бочки, они бросили вёдра и с озабоченным видом бегали от одной постройки к другой.

Наконец лорд с племянником и секретарь-нотарий оставили отца одного. Янара шагнула к нему, а он направился к воротам. Ступив в полумрак, заполонивший всё пространство под надвратной башней, отец вдруг развернулся и двинулся обратно.

— Флос! — крикнул Сантар. — Сэр Флос!

Не оглядываясь, отец махнул ему. Подойдя к Янаре, взял её лицо в шершавые ладони:

— Мой ёжик. Прости меня за всё.

С трудом сглотнув ком в горле, она прошептала:

— Ну что ты, папа…

— Скоро всё закончится.

— Быстрее бы.

— Ты у меня смелая, сильная. — Отец улыбнулся. — Вся в меня.

Поцеловал Янару в лоб и пошёл к воротам.

Янара стиснула на груди края одеяла и побежала следом:

— Папа, ты куда? Не уходи! Папа! А как же я?

Сантар схватил её за плечо:

— Стоять!

Отец оглянулся и что-то ответил — Янара не услышала. В этот миг заскрипели цепи: стражники опускали подъёмный мост.

Со стены донёсся голос лорда Мэрита:

— Кто приблизится к воротам — получит стрелу промеж глаз! Отходите! Живо!

Раздался гулкий звук — мост лёг на противоположный край рва. Вверх с оглушительным визгом поползла железная решётка и зависла над землёй. Вратник открыл низкую дверцу в створе ворот. В крепость хлынул шум толпы. Кто-то вскрикнул. Кто-то истошно завопил.

— Я предупреждал! — проорал Мэрит. — Прочь от моста!

Флос поднырнул под решётку и боком протиснулся в узкий дверной проём. Вратник захлопнул за ним дверцу и закрыл на щеколду. Выпустив плечо Янары, Сантар побежал к сходням.

Янара не могла поверить, что отец её бросил. Смотрела то на стражника, то на щеколду. Сердце стучало так громко, что никаким другим звукам не удавалось пробиться сквозь этот стук. В голове билась мысль: он всегда её бросал.

Перед внутренним взором промелькнула сцена, как отец отдаёт перевязь с мечом секретарю-нотарию. Меч, с которым он никогда не расставался! Даже ложась спать, ставил его возле изголовья кровати.

Янара попятилась. Запрокинув голову, на стене среди солдат отыскала взглядом господина Монта и поднялась по зигзагообразной лестнице.

Наверху буйствовал ветер. Между зубцами в напряжённых позах стояли воины. Лучники держали луки наготове, посматривая на флаг, венчающий надвратную башню. Густо-зелёное полотнище бросало из стороны в сторону, и казалось, что двухголовый волк мечется по лугу. Внизу, за насыпью, скучились крестьяне. На гребне земляного вала сидела женщина, прижимая к себе замотанного в тряпку младенца. На дне глубокого рва лежали несколько человек, пронзённых стрелами. Лучники убили тех, кого обязались защищать…

Посреди поля, покрытого высокой травой с метёлками, виднелось войско. Отец шёл по колее, делящей поле на