Истинная королева (СИ) - Елена Гринн

— Когда?

— Сейчас…

— В своем репертуаре, — усмехнулся Лекс, привыкший к шустрости градоначальника Свободных земель. — Думаю, что он все-таки решился на строительство порта.

— Тогда нужно ехать! — кивнула Эмма и обняла опекуна. — Прости, дядя, обед отменяется. Поедим тогда у леди Леоны.

— Когда вернетесь? — поинтересовался Арей.

— Если у Джаспера больше не будет вопросов, то сегодня, но зная его, скорее всего завтра утром.

Попрощавшись с Ареем, Эмма и Лекс поспешили к конюшне, где простаивали их лошади. Оседлав Метель и Ворчуна, молодые люди поскакали на юг, в сторону Свободных земель….

Тристан, который в это время находился за пределами Элегона, недалеко от развилки дорог, ожидающий приезда строительного камня из Хатара, заметил, как Лекс и Эмма покинули город, свернув на главный тракт в сторону Быстрянки. Спустя некоторое время следом за ними проследовали пятеро всадников в глухих черных плащах и мечами на поясе. И они совсем не были похожи на стражников королевы и «соколов» Лекса. Тристан рванул к своей лошади…

На побережье было тихо, лишь шум прибоя шелестел внизу. Это место, где Быстрянка впадала в Теплое море, называли «старым причалом». Раньше здесь пришвартовывались корабли торговцев с севера, речных земель, вархара, отсюда рыбаки отправлялись на тихую охоту. Но потом причал перенесли глубже в залив, а про старое место все благополучно забыли.

Эмма и Лекс спешились, оставляя лошадей у одинокой березы, которая уже успела сбросить все листья, засыпая на зиму. Ночью выпал первый снег, слегка прикрыв пожухлую траву. Было морозно, и Эмма посильнее закуталась в теплый плащ. Клеймо внезапно дало о себе знать, раскалившись, словно свежий ожог. Девушка аккуратно потерла его, пытаясь унять жжение.

— Ну и где Джаспер?! Обычно он первый прибывает…

Лекс кивнул в сторону, откуда они приехали. К ним направлялись пятеро всадников. Однако ни один из них не был похож на градоначальника Свободных земель. Когда они приблизились, Лекс схватил Эмму за плечо и задвинул за себя, хватаясь за меч. Как бы ни скрывали свои лица всадники — он сразу узнал верных «псов» Климента.

— Что вы забыли так далеко от Столицы, господа? — проговорил жестко мужчина.

Всадники спешились и обнажили мечи, не проронив ни слова.

— Уходи отсюда, — прошептал Лекс, сжимая рукоятку своего оружия, оценивая противников.

— Я тебя не брошу, — ответила Эмма, прикидывая расстояние до Ворчуна, где на седле Лекс всегда держал запасной меч.

Четверо мужчин шагнули к Лексу. Один из них вышел вперед, делая выпад. Лекс ловко подставил меч, отводя удар. Зазвенела сталь. Эмма, пользуясь моментом, бросилась к Ворчуну. Оставшийся всадник направился наперерез королеве, пытаясь схватить, но она ударила его, вывернувшись из-под руки. Не ожидав прыткости от девушки, мужчина поскользнулся на мокром снеге и упал на спину.

— Эмма!

К ним стремительно приближался Тристан, подгоняя своего коня.

— Увези ее отсюда! — крикнул Лекс, завидев друга королевы. Он с силой вонзил меч в одного из «псов», убивая.

Парень спрыгнул с лошади, хватая Эмму за руку и притягивая к себе.

— Мне нужен меч… нужно помочь Лексу… — проговорила девушка, дергаясь к Ворчуну.

Но Тристан лишь сильнее обнял подругу, никуда ее не пуская, и свободной рукой достал кинжал. Эмма вздрогнула, чувствуя, как тонкое холодное лезвие вонзается ей в солнечное сплетение. Она подняла голову, с ужасом и непониманием глядя на друга. Тот ласково улыбнулся и, с нежностью в голосе, зашептал:

— Прости меня… Я так сильно тебя люблю! Люблю с самого детства! Ты самая чудесная девушка, самая замечательная королева! Ты столько хорошего сделала для всех нас, и уверен, что еще бы сделала много… но я должен убить тебя! Я поклялся отцу, что отомщу королям Земли за свой род, смою этот позор их кровью…. Мне так жаль, что избранницей стала ты… я пытался уберечь тебя от этого, пытался увести от такой судьбы, но ты не послушала меня. Прости меня… Эмма… прости… я люблю тебя…

Он наклонился и коснулся ее губ. Но поцелуя Эмма уже не почувствовала. Она обмякла в руках Тристана. Тот сел прямо на снег, укладывая девушку к себе на колени и гладя по разметавшимся волосам.

— Эмма! — крик Лекса полный отчаяния и боли пронесся по побережью.

Мужчина оттолкнул от себя нападавших, которые замешкались, увидев, что королева мертва, и кинулся к сестре, падая перед ней на колени. На животе девушки разливалось алое пятно, а лицо бледнело, лишаясь жизненных сил. Лекс вскинул голову на Тристана, пронзая его взглядом полным ненависти. Он тяжело встал, занося меч, чтобы лишить парня жизни, но сзади на него накинулись «псы» Климента. Лекс отбивался из последних сил, чувствуя, как по щекам текут непослушные слезы, а внутри все дрожит от страха и непонимания. Он убил еще двоих, но сам был ранен. Один из «псов», улучшив момент, ударил мужчину ногой в живот. Лекс выронил свой меч, отлетел назад, пошатнулся и рухнул с обрыва, покатившись по высокому берегу Быстрянки. Нападавшие подскочили к берегу. Лекс лежал у кромки воды, лицом вниз, неестественно раскинув руки и ноги. Вода реки мгновенно окрашивалась алым.

Оставшиеся двое нападавших обернулись на Тристана, который продолжал сидеть на снегу. Он нежно гладил растрепавшиеся волосы Эммы и шептал что-то себе под нос, мерно раскачиваясь, словно убаюкивая девушку.

— Что делать будем?

— Отвезем его командиру, пусть он решает, что с ним делать!

— А тело? Не тащить же нам труп королевы в Столицу!

Мужчины переглянулись и подошли к Тристану.

— Вставай давай!

Тристан вскинул голову на мужчин. Он осторожно переложил Эмму на снег и тяжело поднялся. Один из «псов» схватил его, связывая руки, хотя тот совсем не сопротивлялся. Мужчина повел его к лошади, но тот неожиданно сильно дернулся назад.

— Пожалуйста! Ее нужно проводить! Она королева и принадлежит Земле! Нельзя ее так бросить здесь! — отчаянно крикнул Тристан.

Один из псов огляделся в поисках дров для костра и заметил лодки у старого деревянного моста. Он присел, развязывая плащ королевы, оставляя ее в одном костюме, поднял на руки и понес вниз по склону, к побережью. Второй направился следом, ведя за собой и Тристана. Мужчина уложил девушку в лодку, отвязывая судно. Пока он полез в свой карман на ремне, чтобы достать кресало и поджечь лодку вместе с телом, внезапно набежавшая волна подняла лодку на воду и понесла прочь от берега. Выругавшись, мужчина кинулся вслед, но судно уже отнесло далеко от берега. Он растеряно посмотрел на соратника — лезть в ледяную воду не хотелось.

— Пусть плывет, — махнул рукой мужчина, державший