Одиночка - Сэнди Скофилд

— Пока нет, — ответил Грин. — И если они не оживут достаточно скоро, то звуковая пушка, которая их заморозила, взорвется, так что вся база разлетится на куски. Эти пушки работают не дольше минуты Сколько времени нужно, чтобы поднять корабль?

— Диган, давай. — Она даже не стала отвечать Грину. По выражению его лица она поняла, что времени у них уже не осталось.

— Задраить люк! — крикнула она, но Хэнк вместе с сержантом уже и без того закрывали его.

— Двигатели запущены! — прокричал Диган. — Все в норме. Открываю док. Отсчет.

— К черту отсчет! — оборвала Джойстик. — Лучше молись, чтобы мы не застряли на выходе.

Ее пальцы пробежали по панели управления, рев двигателей и вибрация усилились.

Это была хорошо знакомая ей вибрация при старте, но кроме этой вибрации было что-то еще.

Что-то гораздо более мощное, словно сотрясалась вся база.

Одним движением она подняла нос челнока и направила его вверх, к медленно открывающимся дверям дока. Пройдет ли через него корабль? Оставалась единственная возможность выяснить это — попробовать.

Вибрация все нарастала, с потолка ангара начал отрываться куски породы.

— Держитесь! — крикнула Джойстик.

И нажала на акселератор.

Ускорение отбросило ее на сиденье и невидимой рукой придавило к спинке кресла. За собой она услышала проклятия тех, кто не успел закрепиться. По обшивке корабля забарабанили камни, крыша ангар начала обваливаться, но она видела только наполовину открытые створки дока.

Джойстик нацелила корабль точно в середину.

И надеялась на невозможное.

Створки дверей мелькнули в нескольких метрах от челнока — и они оказались в открытом космосе.

Джойстик бросила корабль вверх по самой крутой кривой на которую хватало мощности двигателей. Ей хотелось поскорее увеличить расстояние между ними и базой.

Диган тихо ругался, подстраховывая ее на своей панели управления.

— Экраны заднего вида! — скомандовала Джойстик, стараясь перекричать рев двигателей.

Диган умудрился вывести на центральный экран изображение дверей дока как раз перед тем, как взрыв выбросил их в космос.

Такое не забывается никогда. Еще несколько секунд, и они были бы мертвы.

Едва успели. Едва-едва.

Она слегка сбавила ускорение и взглянула на Дигана:

— Пожалуй, ты и без меня выведешь нас на орбиту.

Диган, бледный как смерть, с автоматом на коленях, посмотрел на нее широко открытыми глазами. По лбу у него струился пот.

Он сглотнул, посмотрел на панель управления и снова поднял глаза на нее. Потом он выдохнул, как будто не дышал минут десять:

— Выведу.

— На этот раз уже не прогулка по парку, а? — улыбаясь, спросила Джойстик.

Диган бросил на нее мрачный взгляд:

— Босс. Я раз и навсегда убедился, что работать с вами — это не прогулка.

Джойстик расхохоталась и тоже облегченно вздохнула, впервые за несколько часов.

За ее спиной съежились, придавленные перегрузкой, Хэнк и сержант Грин.

— Ну, — сказала она, — и кто скажет мне, что произошло?

— Мы выбрались, — ответил Грин.

Хэнк посмотрел на Джойстик, потом поднял глаза на экран над ее головой:

— Да. Но еще около четырнадцати сотен человек погибли.

Глава 24

— Это капитан Палмер, транспортное судно «Калибан» последний отчет перед погружением в анабиоз.

Джойстик выключила запись и оглянулась на безмолвную кабину корабля. В центре корабля в два ряда шли анабиозные ячейки. Теперь, после бурных событий прошлой недели, когда люди погрузились в сон, все выглядело необычайно мирным.

Она провела рукой по двери ячейки Хэнка, глядя на его спокойное лицо. Скоро они оба начнут новую жизнь — вдвоем. Скоро она увидит Дрейка и Кэсс, которые наверняка выросли и повзрослели за время ее отсутствия.

Джойстик еще раз проверила показания приборов на панели над ячейкой Хэнка. Все в порядке, все индикаторы зеленые, и она вернулась к панели управления и снова включила запись.

— Покидаем орбиту вокруг базы Харон, направляемся к станции Морено на рандеву через восемь месяцев. Экипаж и пассажиры в анабиозе, все системы в норме.

Она вздрогнула от холода, исходившего от спальных ячеек. На ней остались только майка и узкие трусики, так немудрено и замерзнуть. Но от одной мысли о предстоящей заморозке становилось еще холоднее.

Бросив взгляд на свою открытую ячейку, она продолжала:

— Как я уже занесла в журнал, мы оставались на орбите вокруг базы Харон, ожидая, что кто-то еще спасется, но никого не обнаружили. На всех радиочастотах молчание. По мнению сержанта Грина, взрыв разрушил базу и большая часть туннелей обвалилась, по крайней мере те из них, которые нам удалось просканировать. Он считает, что в центре муравейник произошел взрыв звуковой пушки. Подробности в отчете сержанта Грина.

Выключив запись, она не спеша обошла корабль и вернулась в рубку.

Холодный сон никогда не вызывал у нее особенного энтузиазма, но сегодня было труднее, чем обычно.

У нее еще не укладывалось в голове, что кошмар уже позади. Каждую ночь после бегства с базы ей снились кошмары, в которых жуки выползали из шлюза или спальных ячеек.

Грин и его люди тщательно проверили корабль внутри и снаружи и не нашли ни одного жука. Грин даже настоял на том, чтобы все, включая его самого, прошли просвечивание, чтобы убедиться, что ни у кого нет имплантированного зародыша чужого.

Она с трудом убедила себя в том, что этот бой в затерянном уголке космоса, этот кошмар наконец кончился.

Чужие победили.

Джойстик сидела в своем пилотском кресле, глядя на маленькие искры звезд на экране переднего обзора.

Ей думалось, что неудача была неизбежной. Человеческий интеллект обратился здесь против самого человека. Люди, вооруженные техникой, возомнили себя всемогущими.

А чужие просто размножались и боролись за выживание.

Люди считали их злом, а сами оказались во власти такого маньяка, как Клейст.

Где же таилось зло? Она этого не знала. Очевидным было одно: погибли сотни людей.

Бросив последний взгляд на приборы, она подошла к анабиозным ячейкам и остановилась около Хэнка.

Погибло около тысячи четырехсот ни в чем не повинных людей, но они с Хэнком остались в живых.

Она надеялась, что это предвещает им удачу в будущем.

И ради этого она сделает все возможное.

Наступило время забираться в ячейку и видеть сны: парк, теплый солнечный свет, и они с Хэнком на влажных от пота простынях.

Приятные сновидения.

Ей хотелось увидеть во сне их будущее и чтобы это тоже был приятный сон.

Первое, что она сделает после возвращения на Землю — пойдет с детьми в тот парк, ничего, что они выросли за это время.

И она будет сидеть в парке, греясь под лучами солнца.

И любить Хэнка.

— Приятного сна, — произнесла она вслух, похлопав по дверце его ячейки.

Потом она дотянулась до приборной доски и включила запись.

— Капитан Джойстик Палмер, транспортное судно «Калибан». Вахта закончена.

Конец