Одиночка - Сэнди Скофилд

— Друг? — спросила она.

Хэнк кивнул:

— Тоже диспетчер. Отбыл на Землю месяц назад. У него была деформирована правая рука, так что ему иногда приходилось трудно.

Хэнк указал на руку тела, плавающего в резервуаре прямо перед ними. Четыре пальца были нормальной величины, а большой остался недоразвитым, как у младенца. С такой приметой ошибки быть не могло. Судя по всему, в последнее время профессор не слишком заботился о том, чтобы скрывать происхождение тел и поддерживать версию о клонировании.

Джойстик взглянула на остальных. Времени оставалось мало, но лабораторию нельзя было оставить как есть, чтобы из этих тел вылупились новые жуки.

— Кент, — спросила она, — в какую нам сторону?

Тот указал на белую дверь у дальнего конца левого резервуара:

— Та дверь ведет в другую лабораторию, через которую можно пройти на склад. А ангар — сразу за складом.

— Пошли, — скомандовала Джойстик.

— Неужели мы просто оставим их здесь? — проговорил кто-то в конце строя.

— Нет, — отозвалась Джойстик и, вытащив из кармана гранату, подбросила ее в воздух, чтобы все видели. — Пожалуй, штук десяти хватит, как вы считаете?

Раздались одобрительные возгласы, и Джойстик кивнула Кенту в сторону двери в следующую лабораторию.

— Выведи всех отсюда, и очистите проход, чтобы я могла пробежать. И поберегитесь.

Кент кивнул и махнул рукой, приглашая остальных следовать за ним.

Джойстик поймала Хэнка за руку:

— Помоги мне. Сможешь быстро бросить пять штук подряд?

Хэнк с ловкостью фокусника извлек из кармана гранату:.

— Нет ничего проще.

— Сержант сказал, что у этих штуковин десятисекундный взрыватель. Встанем у двери. Кидай свои пять к тем компьютерам у дальней стены, а я брошу свои перед резервуаром и теми мониторами. Десяти этих малюток должно хватить, чтобы разнести здесь все в клочья.

— Это уж точно, — ухмыльнулся Хэнк. — Можешь не сомневаться.

Когда они подбежали к двери, в лаборатории кроме них уже никого не осталось.

Джойстик заглянула за дверь и убедилась, что все отошли в противоположный от двери угол лаборатории.

Кент жестом показал, что они готовы.

— Пора, — сказала Джойстик, вставая у двери и придерживая ее ногой, чтобы не закрылась, — На счет три. Один.

— Два, — сказал Хэнк.

— Три, — сказали они вместе.

Джойстик выдернула кольцо из гранаты и изо всех сил швырнула ее вдоль стеклянной стены. Не останавливаясь, она вытащила из кармана вторую, выдернула кольцо и швырнула ее вдогонку первой.

Гранаты летели одна за другой почти без перерыва.

Но Хэнк все-таки оказался проворнее и, когда она бросала свою пятую, бросил шестую прямо перед резервуаром, где плавало тело его друга Стивена.

Зато Джойстик первой проскочила через дверь.

Несясь по белому полу лаборатории, она чувствовала на спине руку Хэнка, который толкал ее вперед.

— Стол! — крикнул Кент, указывая рукой на перевернутый письменный стол, который он приготовил для них в качестве щита, и тут же юркнул за металлический шкаф.

Джойстик и Хэнк одновременно перепрыгнули через стол и, приземлившись на облицованный гладкой плиткой пол, заскользили по нему плашмя, словно бейсболисты в прыжке к базе.

Когда они ползли на четвереньках под защиту письменного стола, в лаборатории громыхнул первый взрыв.

Из двери, через которую они только что пробежали, словно из жерла орудия, ударил вихрь пыли, осколков стекла и обломков дерева.

По сотрясавшим пол и стены ударам Джойстик различила пять или шесть отдельных взрывов. Все вокруг дрожало, с полок летели на пол книги, коробки, звонко лопалось стекло.

Она собиралась встать, когда в нос ей ударил знакомый запах.

Запах чужих.

Она развернулась как раз вовремя, чтобы увидеть, как покрытый черным панцирем жук схватил Крея сзади и легко поднял его в воздух, словно полый пластмассовый манекен.

Крей спрятался в дальнем конце лаборатории, за большой цистерной. Жук спрыгнул откуда-то сверху, из-под самого потолка, как раз в момент взрыва.

Когда Крой понял, что произошло, он задергался и принялся пинать жука ногами, тщетно пытаясь вырваться из его цепких лап. Джойстик на мгновение показалось, что он вот-вот вырвется. Стоило ему высвободиться хоть на секунду, и чужого мгновенно бы расстреляли, но, пока жук держал Крея, никто не решался выстрелить.

Попытки Крея оказались тщетными. Жук крепко схватил его двумя лапами, и зазубренные клешни все глубже врезались в его тело.

Вдруг жук попятился назад и поднял Крея еще выше.

Прежде чем оцепеневшие от неожиданности люди успели что-то сделать, из истекающей ядовитой слюной пасти жука вырвались внутренние челюсти и ударили в грудь Крея.

Спина Крея взорвалась пузырем ярко-алой крови, которая потоком хлынула на белые плитки пола, словно из лопнувшего баллона.

Кент, стоявший ближе других, еще целился в жука, пытаясь не попасть в Крея, когда у него за спиной на пол спрыгнул второй жук.

Три выстрела разорвали тишину, и второй жук бесформенной массой отлетел к стене, разбрызгивая вокруг едкую кровь.

Кент едва успел укрыться от потока кислоты под столом, хотя на его брюках мгновенно образовались дымящиеся дыры от попавших на них капель.

Джойстик было уже ясно, что Крей мертв. Челюсти жука пробили его сердце и сокрушили позвоночник.

— Стреляйте, — крикнула она.

Пять «крамеров» выстрелили одновременно, и голова и колени жука взорвались, словно начиненные взрывчаткой.

Тело жука, все еще сжимавшего в лапах труп Крея, медленно осело на пол. Джойстик крикнула:

— Прикрывайте друг друга! Проверьте потолок.

Хэнк, прикрой меня.

Вооруженные люди рассредоточились, а Джойстик подбежала к мертвому жуку, сжимавшему лапами тело Крея. Он выглядел мертвее мертвого, но нужно было проверить.

Крей лежал в луже кислотной крови, которая уже проела уродливые коричневые пятна на белом кафеле пола. Она подошла поближе, но не могла подойти вплотную из-за разлитой по полу кислоты.

Но даже с пяти метров было видно, что он мертв.

Кровь уже едва сочилась из ужасных ран в его груди и спине, на побелевшем лице застыла маска немого ужаса. Широко раскрытые глаза неподвижно смотрели вперед, навстречу смерти.

— Джойстик — крикнул Хэнк. — Сзади!

Но было уже поздно. Из-за стоящей рядом цистерны вынырнул жук и, прежде чем она успела пошевелиться, схватил ее вокруг пояса. Джойстик почувствовала, как клешни чужого впиваются в ее тело. Жук поднимал ее вверх, к пасти.

Она судорожно дергалась, пытаясь направить зажатый в руках автомат в голову жука, но не могла пошевелиться, зажатая в сильных лапах.

В голове осталась одна мысль: «Я умру».

И вторая: «Я никогда не увижу детей».

Поединок проходил не совсем так, как предполагал профессор.

Они с Грейс укрылись у выхода из туннеля, ведущего в зал королевы, а одиночка и королева кружились в середине, давя лапами и хвостами тела гвардейцев, разбивая кладки яиц. Брызги золотистого королевского желе, смешанного с кислотной кровью, летели на покрытые слизью стены. Ядовитый душ дважды окатил профессора и Грейс, их спасла только новая броня защитных костюмов.

Сначала казалось, что одиночка одолевает, и профессор уже не сомневался, что его творение вот-вот возьмет верх. Он создал высшее существо, превосходящее все создания природы, и ожидал, что поединок закончится через несколько секунд.

При первой схватке одиночка сбил королеву на пол и вцепился ей в брюхо, оставив на нем огромную рваную рану. Но рана не ослабила королеву, а только разозлила: ей удалось сбросить его и вскочить на ноги.

Теперь они снова кружились по залу, делая выпады когтистыми лапами, с ревом, который могли слышать только другие жуки и Грейс.

Прошло уже не меньше десяти минут, а поединок до сих пор шел на равных. Но профессор знал, чем он закончится.

Грейс, расставив ноги, с наблюдала за боем. Профессор камня возле входа в туннель, не звуковая пушка лежала у него на коленях.

Профессор не сомневался в исходе схватки. Он поставил все, всю свою жизнь, на результат этого поединка. И он знал, что не ошибся.

И одиночка оправдает его ожидания, это только вопрос времени.

Глава 19

Покрывающие стену экраны, казалось, показывали кадры из фильмов ужасов, превосходящих самое извращенное воображение. Сержанту Грину не приходилось видеть ничего подобного даже во время войны. Он отпихнул кресло Клейста в сторону и остановился перед огромным письменным столом, глядя на экраны.

Мак-Филлипс уже разобрался с панелью управления и быстро переключал изображение на экранах.

— Господи Боже, — выдохнул стоявший рядом с сержантом Диллон. — Да ведь он мог наблюдать за каждым дюймом этой проклятой базы.