Ведьмак с Марса 6 - Станислав Кемпф

Он перевёл взгляд на нашу группу.

— Юлий Рюрик… Какое ностальгическое имя… Я тебя помню. Но помнишь ли ты меня?

Я благоразумно подавил в зародыше шуточку «не узнаю вас в этом гриме» и принялся перебирать в памяти список экипажа первого «Ковчега». Сделал поправку на старение, на изменение фигуры и голоса, и вспомнил, но дал уклончивый ответ:

— Я помню имя, принадлежавшее тому, кто стал Зевсом.

Зевс усмехнулся.

— А я вот помню имя человека, который увёл у Сайруса Смита невесту…

Я чуть было не вскинул бровь, глубоко озадаченный этой репликой. Драма из-за неразделённой любви? К кому? К Чарити? Серьёзно? У неё поклонников было, как у дурака фантиков. А про Сайруса Смита она даже не подозревала.

— Что ж, — осторожно ответил я, — если бы Сайрус Смит был более смелым, это было бы не только воспоминание.

Зевс рассмеялся.

— Да, но такая горечь, такие сожаления, такие тяготы неразделённой любви… Чувства умирали так долго и были такими вкусными… — он склонился к лежащим у его ног «богиням», по-хозяйски провёл ладонями по их телам. — Даже секс с прекраснейшими из женщин не утолял эту тоску.

— Надеюсь, нас сюда пригласили не для того, чтобы предаваться вековым воспоминаниям, кто с кем спал? — вежливо спросил я.

— Конечно, нет, — Зевс улыбнулся. — Это лишь разогрев, пряная приправа к основному блюду… Мы, Пантеон, сильнейшая группа на этом корабле. Мы правили «Ковчегом» на заре захвата и делали что хотели. И сейчас, когда надоедливый присмотр Примы временно спал, мы видим открывшиеся возможности. Как насчёт заключить союз?

На мне скрестились взволнованные взгляды моей группы. Одержимые, которые бунтуют против диктатуры — это было что-то новенькое.

— Причины? — уточнил я.

— Причина проста, — величественно ответил Зевс. — Наша победа неизбежна, но есть большая разница — весёлая, воистину олимпийская вакханалия и хаос, или скучная, кропотливая работа по завоеванию с проблесками веселья, когда строгий надзиратель не видит. К тому же наши взгляды на владение человечеством отличаются от расового превосходства Исполнителя.

— В чём же заключаются ваши взгляды? — спросил я.

В его голосе появилось пренебрежение с оттенком насмешки.

— Человечество — это просто стадо, которому нужен пастух, — высокомерно заявил Зевс. — Кто лучше мудрых пастухов в лице Пантеона сможет направить его по верному пути эволюции? Мы раскроем его сильнейшие стороны, поможем занять достойное его положение…

— Это гораздо лучше. чем участь других видов, захваченных стангерами, — поддакнул Арес. — Мы поможем человечеству избежать низведения до разводимого скота в роли биологического оружия…

Ну да, а тут роль элитных игрушек. Какая немыслимая щедрость…

— Если Пантеон заключит союз с человечеством, ни о каких масштабных развлечениях не может идти и речи, — предупредил я.

Аполлон отмахнулся:

— Наших возможностей хватит, чтобы мы с нуля взошли на вершину. Человечество само приползёт на коленях.

— Прошу перерыва, — сказал я. — Нам нужно подумать, посоветоваться и обговорить детали.

— Да, — согласился Зевс. — Давайте отдохнём и развлечёмся.

— Я знаю отличную забаву, — влез Аполлон. — Давайте посоревнуемся в силе!

Он ткнул пальцем в доктора Килла:

— Эй, задохлик, вызываю тебя! Проигравший выполняет желание победителя.

Я хотел вмешаться, но доктор меня опередил:

— Никаких претензий от проигравшего, неважно по какому поводу?

— Какие ещё претензии? — нетерпеливо выпалил Арес. — Соревнуйтесь!

— Неужели ты рассчитываешь на победу, задохлик? — усмехнулась Афродита. — Ладно, если ты выиграешь, я сама выполню любое твоё пожелание!

И она выразительно облизала губы.

— Никаких претензий, — подтвердил Аполлон. — Прошу к столу.

Я вспомнил про альтер эго дока и пожал плечами — «богов» ждал сюрприз. Сами нарвались.

Аполлон поднялся со своего ложа и спустился вниз, к мраморному столу, на котором стояла ваза с фруктами. Стоявший всё это время в дверях посланник метнулся к столу, подхватил вазу и отнёс её «богиням», после чего спустился и вернулся на свой пост — к дверям.

Доктор Килл в очередной раз снял скафандр, чем вызвал взрыв насмешек со стороны Пантеона:

— Да он ещё более хлипкий, чем казался!

— Аполлон, пусть попробует хотя бы отогнуть твой мизинец!

Аполлон картинно встал в стойку, красуясь перед своими собратьями — и перед нами. Доктор Килл принял второй облик и хищно улыбнулся, наблюдая за оторопью своего соперника.

— Ты ещё что такое⁈ — вырвалось у Аполлона.

— Мистер Хайд! — представился доктор.

По лицу Аполлона было видно, что он не в восторге, и уверенности в победе у него поубавилось, но деваться ему уже было некуда — не идти же на попятный на глазах у всего Пантеона.

Оба борца сели за стол, сцепили ладони в замок, свободными руками ухватились за края стола.

Состязание рестлеров началось.

Мышцы на руках соревнующихся вздулись буграми. Аполлон попытался взять нахрапом, сходу продавить соперника, но потерпел неудачу — доктор Килл не дрогнув выдержал его натиск и в свою очередь согнутой кистью притянул кисть противника к себе. Попавший в опасную ситуацию Аполлон заскрежетал зубами, вцепился покрепче в край стола и чудовищным усилием вернул руку в исходное положение, но это было единственным его достижением. Рука доктора Килла не поддавалась его усилиям, как он ни старался.

— Аполлон, задай ему жару! — начал поддерживать собрата Арес.

— Аполлон, покажи ему, что такое боги Пантеона! — подхватила Артемида.

— Аполлон, дави его! — захлопала в ладоши Афродита.

Поддержка возымела действие — медленно, по волоску, но рука доктора Килла начала отклоняться от вертикали. Скоро угол наклона достиг 45 градусов, опасное положение для него.

— Док, мы в тебя верим! — воскликнула Синтия.

Словно только этого и ожидавший доктор напрягся, и руки борцов вернулись в вертикальное положение.

— Аполлон, ты сможешь!

— Аполлон, не тяни, завали его! — понеслось с лож.

Минута прошла, пошла вторая, а ни один из поединщиков ещё не получил преимущества. Я не сомневался, что ничьей не будет — по истечении двух минут доктора Килла объявят проигравшим, и чего пожелает победитель — даже Пантеону неизвестно. Аполлон производил впечатление импульсивного человека, что ему взбредёт в голову в следующий момент, он и сам скорее всего не знал. Опасное положение для всех нас.

По лицам борцов градом катился пот, руки начали ходить ходуном — то один, то другой отклонял руку противника, казалось, ещё мгновение — и кому-то