Тень и реальность - Н. Кротовская

Чтобы избежать адских мук, он решил презреть свой долг воина. Но Господь Кришна, к великому удивлению Арджуны, говорит ему, что этика Вед требует от него исполнить долг. Пацифизм вовлек бы его во грех. Когда «Бхагавад-гита» рассматривается в контексте «Махабхараты», становится очевидным, что даже соображения обыденной морали оправдывают борьбу Арджуны против агрессии неправедных Кауравов. Священное обязательство защищать невинных было бы нарушено, если бы Арджуна проиграл битву. Если бы Кауравы под предводительством низкого Дурьодханы победили, всем невинным на планете грозила бы опасность погрязнуть в грехе. Кшатрии защищают людей, управляя ими в соответствии с этикой Вед, но когда правитель сам греховен, его подданные тоже сбиваются с пути морали и религии и гибнут.

Но это не самое важное в «Бхагавад-гите». Самое важное — это то, что Кришна учил Арджуну исполнять свой долг таким же образом, как Господь исполняет Свой долг. Арджуна должен был подняться над этикой апары, которая диктуется желаниями, обусловленными грубой и тонкой материей. Этика зиждется на пара-видье, и такой трансцендентный долг не затмевается ложным эго. Он относится к лиле — акту необусловленной свободы воли чистого духа[175]. Лила свободна от моральной двусмысленности, ибо она абсолютна. Долг, основанный на апара-видье, есть тень этики лилы. Апара-видья сдерживает материальные желания с помощью моральных, религиозных и правовых ограничений, но не истребляет их.

Мост Господа Ягьи

Хотя Господь и Его преданные трансцендентны к этике апара-видьи, они не относятся к ней, как к бесполезной выдумке. Мораль, религия и законы апары опираются на ягью, а ягья приносит очищение. Таким образом, следуя этике Вед, хотя бы чисто внешне, люди очищаются. За жертвоприношениями апара-видьи стоит как источник очищения Сам Кришна, носитель высшей чистоты.

Писания сравнивают Господа Ягью с мостом (сету), который соединяет берега материального и духовного желания. «Шата-патха-брахмана», писание карма-канды, говорит о том, что этот мост простирается между небом и землей[176]. «Мундака-упанишад», писание гьяна-канды, протягивает этот мост дальше — к бессмертной Личности[177], а «Шветашватара-упанишад» — еще дальше — к Верховной Личности Бога (пурушам махантам)[178]. Приглашая карми и гьяни воссоединиться с Его формой сету, Господь привлекает их к Себе, ибо Господь Ягья вознаграждает карми чувственными наслаждениями райской жизни, а гьяни — философским разрешением проблемы двойственности:

«Верховная Личность Бога трансцендентна и не загрязнена скверной материального мира. Но хотя Он является концентрированным духом, душой, лишенной материальных свойств, для того, чтобы облагодетельствовать обусловленную душу, Он принимает различные виды жертвоприношений, совершаемых с помощью разнообразных материальных ингредиентов, ритуалов и мантр, предлагаемых различным полубогам в соответствии с интересами и целями приносящих жертву»[179].

«Я есть ритуальная жертва, которой наслаждаются последователи Вед, и Я есть почитаемое божество. Это Я присутствую в различных философских гипотезах, и таким образом это Меня опровергает философский анализ. Трансцендентная звуковая вибрация утверждает Меня как суть и смысл ведического знания. Ведантисты, которые рассматривают всю материальную двойственность как всего лишь Мою иллюзорную энергию, в конечном счете полностью отрицают эту двойственность и обретают удовлетворение»[180].

Из второй главы мы узнали, что хотя все живые существа наделены разумом, в творении только ведический разум, разум Кришны, объективен. Точно так же дело обстоит и с этикой. Господь, пребывающий в сердце каждого, как мы видим из «Бхагавад-гиты» (8.2) именуется адхиягьей — Владыкой всех жертвоприношений. «Законы Ману» (2.3) говорят о том, что из человеческих желаний вырастает твердое намерение ума (санкалпа). Из санкалпы появляется этика (жертвоприношения, обеты, установления и долг).

санкалмулах камо ваи ягьях санкалпасамбхавахвратами ямадхармашча сарве санкалпаджах смритах

«Желание — вот корень намерения, а жертвоприношение появляется из намерения. Все обеты, установления и обязательства также появляются из намерения».

Даже жертвоприношения, обеты и т.д.., составляющие этику человека, не связанного с ведической культурой, внутренне вдохновляются Владыкой жертвоприношений. Ныне многие люди хотели бы найти способ исцеления от СПИДа. Мы можем назвать это желание санкалпой (твердым намерением ума). Преследуя эту цель, люди принимают обеты, приносят жертвы, следуют установлениям, исполняют долг, словом, выполняют некие ритуалы. Но сложность здесь заключается в том, что даже если с помощью подобных ритуалов (милостью адхиягьи) удастся остановить СПИД, человечество не очистится от истинной причины СПИДа — безнравственности. Современная сексуальность имеет извращенный характер; к сожалению, люди относятся к своим извращениям очень серьезно — настолько, что они готовы приносить жертвы в надежде, что смогут наслаждаться безнравственными сексуальными отношениями без угрозы заболеть СПИДом.

Если подобные жертвоприношения можно назвать этикой, то это будет субъективная этика. Ведические авторитеты назвали бы ее авидьей. Однако есть СПИД или нет, смерть в той или иной форме ждет каждого из нас. Человеку, который посвящает свою жизнь погоне за безнравственным сексом, не на что рассчитывать, когда наступит его час. Подобная жизнь может привести только к воплощению в тело, принадлежащее к низшим видам жизни.

То, что мы могли бы назвать объективной этикой, преследует цели, рекомендуемые ведическими писаниями. Мы вечные души, которые после бесчисленного множества рождений в телах низших видов воплотились в образе человека. Веды рекомендуют нам использовать человеческую форму жизни для того, чтобы обуздать свой ум и чувства и избавиться от грехов. Неконтролируемый ум, неуправлемые чувства и скверна греха влекут нас к следующему рождению в теле животного или еще более низкого существа. Нет исхода печальнее.

Очищение по ведическому методу имеет место, когда совершающий жертвоприношение с почтением приближается к Владыке жертвоприношений, как указано в шастрах:

сарве ‘пй эте яджна-видо яджна-кшапита-калмашахяджна-шиштамрита-бхуджо янти брахма санатанам

«Все совершающие жертвоприношения, понимая значение их, очищаются от кармических последствий деятельности и, вкусив нектар плодов своих жертв, возносятся в высшую вечную атмосферу»[181].

Совершая жертвоприношения, человек развивает в себе свойства благости. Благость (саттва-гуна) освобождает человека от требований тела и ума, и по мере того как человек очищается, жертвоприношение, совершаемое им, приносит все большее удовлетворение Верховному Господу. Это называется брахманической жизнью. Когда, наконец, брахман полностью истребляет в себе последние остатки материальных желаний (каму), стремление к деятельности ради наслаждения ее плодами (карму) и умозрительным рассуждениям (гьяну) и обращает все свои чувства и мысли к любовному служению Господу, он достигает состояния чистой преданности (бхакти) Шри Кришне.

Чтобы помочь людям приблизится к преданному служению Ему, Господь отождествляет Себя с этикой жертвоприношения. Неофиты, которые совершают ягью из эгоистических побуждений, допускают много ошибок. Ярким примером является Дакша, чьи помпезные жертвоприношения оскорбили великого Шиву[182]. Но в любом случае Господь Ягья — это надежный мост, по которому человечество удаляется от эгоистических намерений и приближается к чистым, трансцендентным. Если человек следует по пути удовлетворения Ягьи, он постепенно приходит к познанию того, что единственная истинная благодать, которую можно получить, совершая жертвоприношения, это Сам Господь. Таким образом, все, что приносится в жертву, приносится в жертву Ему.

майи арпитатманах сабхья нирапекшасья сарватахмаятмана сукхам ят тат кутах сьяд вишаятманам

«О мудрый Уддхава, те, кто сосредоточивают свое сознание на Мне, отбросив все материальные желания, разделяют со Мной счастье, которое не суждено испытать тем, кто потворствует своим чувствам»[183].