Эмигрант с Анзоры - Йэнна Кристиана

Они часто казались мне детьми. Детьми-переростками, вундеркиндами. Да, физику они знают не в пример лучше меня, да, пиликают на скрипочках и поют хором под гитарку... (глаза горят, улыбки сияют, голоса звучат стройно и слаженно).

Надоело говорить и спорить,

И любить усталые глаза.

В флибустьерском дальнем синем море

Бригантина поднимает паруса.

Такие умненькие, красивенькие, талантливые детки. Я учился у них, я старался жить, как они, но где-то внутри у меня сидел холодный взрослый наблюдатель, который лишь усмехался, глядя на эту жизнь.

Что они знают о жизни, эти квиринцы? У них и беды-то ненастоящие, картонные какие-то... Что они знают о боли, о смерти, об одиночестве? О голоде? О болезнях? Что они знают о ненависти, о страхе, о настоящих чувствах?

Что они знают о любви?

Может быть, я не прав, не знаю... мне просто так казалось.

Когда в Коринте выпал первый снег, я все-таки сдал минимум.

Это оказалось совсем несложно. Хотя на экзамен ушел целый день. И после этого я шел по заснеженной Набережной, глядя на серое, спящее холодное море, и думал, что вот теперь начнется другая жизнь... новый этап... что я постепенно приближаюсь к Пати. Только жди меня, Пати! Как плохо вышло, что мы даже не попрощались, и расстались так скверно. Только жди, и я обязательно приду за тобой.

Я отправился в Главный Штаб Службы Космической Охраны и Наблюдения и попросил начальника школы СКОНа принять меня в ученики. Меня приняли тут же. Но до пятнистого бикра, брони и оружия было еще очень далеко...

Начальник спросил, выбрал ли я уже себе наставника. Я никого из ско не знал, и мне было безразлично. Тогда начальник покопался в базе данных и позвонил какому-то незнакомому ско. Спросил, не хочет ли тот взять ученика (за ученика им полагались какие-то надбавки к зарплате). Ско без лишних слов согласился. Звали его Валтэн Нори. На следующий день мы встретились с ним в холле Управления.

Нори пришел без всякого бикра, в темном строгом костюме. Был он сухой, не очень высокий, стремительный, голос глуховатый. Не молодой уже. Глаза орехового цвета поблескивали на смугловатом лице, тронутом морщинками. Он быстро окинул меня взглядом, словно оценивая. И по-моему, остался не очень доволен результатом. Я слегка обиделся про себя.

Врач ведь меня здорово починил. И все это время я делал упражнения – вначале медицинские, потом по спортивной программе. Тело очень быстро менялось, хотя занимался я не так уж много. Просто принимаешь стимулятор перед занятием. Нервная проводимость резко увеличивается, запоминание мгновенное, автоматизмы закрепляются не после тысячи повторений, а после пятидесяти. Мышцы растут, как на дрожжах. Это то же самое, что для интеллектуальной деятельности – мнемоизлучатель. Таким образом за полгода занятий я стал совершенно другим человеком. Внешне, во всяком случае. Мне теперь и в зеркало было приятно на себя посмотреть. Никаких шрамов, чистая загорелая кожа, мышцы так и перекатываются буграми. Даже фигура оказалась совсем неплохая – плечи и грудная клетка раздались, бедра узкие... А вот моему наставнику, видно, что-то не понравилось.

Он протянул мне жилистую сухую руку.

– Валтэн.

– Ландзо, – буркнул я. Меня уже проинформировали, что наставника принято называть по имени, но на «Вы».

– Сколько тебе лет, Ландзо?

– Двадцать один.

– Я бы дал меньше, – заметил Валтэн, – ты эмигрант? Откуда?

– С Анзоры.

– И – давно?

– Почти полгода. Минимум я сдал...

– Понятно, – Валтэн присел в кресло. Я последовал его примеру.

– Значит так, Ландзо... подготовка ско состоит из четырех разделов. Первый – юридический... история, законы, обычаи миров. Желательно знать как можно больше, хотя пределов совершенствованию тут нет. Второй – основы медицины, и прочие неободимые теоретические знания... например, планетография. Или психология. Это чтобы не всегда сразу стрелять... Третий – физическая и боевая подготовка. Четвертый – пилотирование и навигация. Между прочим, нам гораздо больше придется заниматься всякими маневрами в космосе и вообще – кораблем, чем обычно думают. Преследование противника в космосе, бой в пространстве и в атмосфере... это практически рутина. Всем этим ты будешь заниматься на протяжении трех или четырех лет... Но еще в обучение входит три патруля. Год практики, то есть три раза по четыре месяца. Летать будешь со мной. Возможно, если я не найду напарника, будем летать вдвоем, хотя это не рекомендуется. Я из патруля вернулся две недели назад. У нас есть три с половиной месяца, чтобы ты за это время сдал первый минимум. То, что необходимо, чтобы выйти в космос. Ландером ты, конечно, не владеешь...

Я покачал головой. Только что начал занятия на симуляторе... какое там.

– Значит, будешь учиться сразу на звездолете... в смысле, сразу третий класс – малый патрульный. Рэстаном я с тобой буду заниматься сам. Инструкторам не доверяю. Стрельбой тоже. Заниматься будем три раза в неделю, остальное время – самостоятельно... Два раза в неделю спецтренировки в аэроцентре, каждый день – симулятор. Ну а теорию будешь изучать самостоятельно, я тебе пришлю программу. Договорились?

– Конечно, – радостно согласился я.

Так началась для меня новая жизнь. Через несколько дней мы отпраздновали Новый Год. Я встречал его с Марком, Мирой и их детьми. Ирна с Геррином тоже приглашали, но мне все же легче было с Марком. Я впервые узнал, что это такое – когда гуляет вся Коринта. Когда всю ночь светло, как днем, и небо усыпано разноцветными искрами кораблей, ландеров, флаеров, воздушных площадок... это же особый шик – встретить Новый Год в воздухе. И холодное море до края заполнено кораблями и плотами. И вся набережная полна людей, музыки, танцев. И фейерверки сверху и снизу, и опускающиеся медленно парашютисты в светящихся костюмах, и многочисленные концерты на маленьких эстрадах в Бетрисанде.

В эту ночь нельзя чувствовать себя одиноким и чужим... в эту ночь все одиноки – и все вместе.

И потом, сразу после Нового Года, я начал учиться на ско.

Моя свобода немедленно куда-то улетучилась, и вот теперь я был по-настоящему вполне доволен. Хотя приходилось и трудно. Но разве сравнить эту трудность учения, в результате которого ты становишься все умнее, сильнее, старше – с прежними моими трудностями. С Марком мы теперь почти не встречались, а вскоре он улетел в экспедицию, а с Мирой я и вовсе чувствовал себя неловко.

Вся моя жизнь, впрочем, была теперь заполнена. Иногда я уставал от этого, страшно не хотелось вставать, заниматься, идти куда-то... Но я с легкостью себя преодолевал. Во-первых, Валтэн контролировал. Он отнесся к моему обучению весьма ответственно. Во-вторых, передо мной вставала светлая и прекрасная цель – уже через три месяца я окажусь в Космосе! Пусть пока в качестве ученика... Я стану вполне полноправным членом квиринского общества, уже не ребенком, которого все опекают и учат.

А любопытно получается... квиринцы для меня были детьми. Умными, хорошими, но чрезмерно уж наивными, «не знающими жизни». Но и я был для них ребенком... потому что и мне были неведомы – их горе, их труд, их заботы и тоска. Я уже смутно начинал подозревать, что что-то такое у них все же есть.

Я вставал теперь в шесть утра и отправлялся в спортзал. На Квирине нет ни одного жилого дома без спортзала, а в крупных – еще и бассейны. Я делал упражнения по схеме, выданной Валтэном (он составил ее с помощью медицинского диагностера и специального спортивного циллоса), потом совершал кросс, потом плавал в бассейне. Кое-как держаться на воде я уже мог, теперь нужно было учиться плавать быстро и уверенно. Дома, позавтракав и приведя себя и помещение в порядок, я садился за теорию.

Для первого патруля мне необходимо было знать уйму жизненно важных вещей. Всего и не перечислить... например, глостийский и серетанский языки – на них говорят в областях Галактики, которые наиболее часто посещают ско. Материальную часть звездолета и оружия... основы выживания в Космосе... основы оказания первой медицинской помощи... введение в социологию... в политологию... в общественную планетографию... в физическую планетографию... еще там чего-то.

Больше всего – законы. Для начала, конечно, устав СКОНа. Далее, я должен был назубок знать Общий Закон Федерации, причем все – и Конституцию, и (особенно) – Этический Свод, и уголовный кодекс, и гражданский... Потом – нюансы общего Закона для всех пяти Центральных Миров (то есть, собственно, миров Федерации). Потом следовали законы периферийных планет – то есть тех, кто входил в Федерацию лишь частично, отдельными договорами. И статус всех этих планет, уровень их отношений с Центральными мирами... Потом – устав других Космических Служб.... уф-ф.

Законы Серетана. В Глостийском скоплении никаких законов, собственно, не было. Но я должен был знать обычаи глостийской мафии.