Тайна «Соленоида» - Владимир Цыбизов

— Может, все же взять билет и на тебя? — сказал один. Несомненно, это голос Захара Бессмертного: он и Курганов тоже ехали в автобусе.

— Нет, нет, не надо, — возразил другой голос. Это, конечно, сказал Курганов.

— У меня сегодня много работы.

— Ну, отдохни хоть один вечер. «Травиата» идет, не что-нибудь.

— Не соблазняй, Захар. Сегодня вечером я буду работать.

— Завтра поработаешь. Отложи на сутки.

— Нет, нельзя. И не проси, Захар. В любой другой вечер — пожалуйста, а сегодня — не могу. Вот куплю пару листов ватмана — и обратно.

Томпсон смекнул, что сегодня вечером Курганов будет занят какой-то важной работой, причем, связанной с чертежами — недаром инженер ехал в город за чертежной бумагой…

Городской парк работал с пяти часов вечера. До пяти вход в него был бесплатный, но зато и никакие аттракционы там не работали. Кассы тоже были закрыты: они работали с пяти вечера до двенадцати ночи. Томпсон же водил автобус с семи часов утра до трех часов тридцати минут дня — тридцать минут давались на обед. Поэтому, сдав машину напарнику, Томпсон успел принять душ, сходить домой, написать Галине письмо и прийти к кассам ровно в пять часов.

Выждав, пока Галина продала несколько билетов, Томпсон подошел к кассе и подал десятку.

— Пожалуйста, один входной, — сказал он громко. А тихо добавил: — Немедленно отпросись на сегодня и прочитай письмо. Предстоит работа.

И отошел от кассы, пересчитывая сдачу.

Галина посидела немного в кассе, потом закрыла окошечко и пошла к директору парка.

— У меня страшные головные боли, — страдальчески закатывая глаза, сказала она. — Я не могу работать. Уже просчиталась на пять рублей. Отпустите, пожалуйста, домой.

Директор сочувственно поохал, посоветовал принять пирамидон, фенацетин и кофеин и отпустил.

— Я подменю вас сам, когда будет особенно большой наплыв, — сказал он, как бы желая подчеркнуть этим свое особое расположение к Галине.

Отрогова поблагодарила директора, мило улыбнулась ему и поспешила домой.

Через четверть часа она уже читала письмо Томпсона. В нем говорилось: «В семь часов вечера позвони из автомата Курганову в гостиницу. Пригласи его в театр на «Травиату». Скажешь ему, что раньше не звонила потому, что некогда было, или придумай другую причину. Задержи Курганова в городе часов до двенадцати. Обязательно вытащи его в город к половине восьмого, от этого зависит его жизнь».

Галина с тревогой посмотрела на часы: шесть минут седьмого. Неужели Томпсон заложил в гостинице мину? Но зачем? И почему вдруг ему захотелось сохранить жизнь Юрию? Но это очень хорошо, очень… Надо спешить. Нет, спешить нельзя:

Томпсон приказывает позвонить ему ровно в семь. И через полчаса Юрий должен быть здесь. Ах, как мало времени ему оставил Томпсон. Юрий может замешкаться, задержаться в гостинице… Еще целых пятьдесят пять минут ждать…

Галина вышла на многолюдную улицу, медленно пошла вдоль рядов магазинов.

Глаза смотрели на вещи, выставленные в витринах, но не видели их. В голове гвоздем засела тревога…

Без двух минут семь она вошла в телефонную будку, стоявшую на площади, где останавливался заводской автобус…

Юрий принадлежал к разряду тех людей, которые упорно добиваются признания своих трудов, но, добившись признания, начинают с необыкновенной придирчивостью пересматривать свои труды, выискивать слабые места и тщательно исправлять их. Ему не хватало дня, он сидел вечерами и ночами. Он упорно добивался, чтобы ему разрешили взять чертежи «Соленоида» на дом, суток на двое, трое.

— За это время я успею много сделать, — уверял Юрий Арбалетова и начальника отдела Никифора Тарасовича Житкова. Однако все усилия Курганова были напрасны: Житков и Арбалетов наотрез отказались выдать ему чертежи на дом.

Но все же Юрий не успокоился, опять просил разрешения взять чертежи хотя бы на одну ночь, и все-таки добился своего: чертежи разрешили взять.

В пять часов Юрий забрал папку с чертежами «Соленоида» и, крепко зажимая ее в руке, заспешил домой. Войдя в комнату, он запер дверь на ключ и засел за работу.

Он так увлекся работой, что не сразу услыхал негромкий стук в дверь. Открыл — за дверью стояла тетя Глаша, коридорная.

— Вам звонят, — сказала она.

Юрий, заперев папку в стол и закрыв дверь на ключ, направился к телефону, стоявшему на столике дежурного по коридору. Трубка лежала на зеленом сукне стола.

— Я слушаю, — сказал Юрий, взяв трубку. — Да, Курганов… Кто, что? Галя?

Здравствуй, Галочка! Откуда ты звонишь? Из Айлы? Неужели! Постой, постой.

Как же ты очутилась здесь?.. Ну, конечно, хочу увидеть тебя. Сейчас?.. В театр?.. — Юрий озабоченно потер ладонью лоб, бросил взгляд на дверь своей комнаты. Потом решительно тряхнул головой и торопливо сказал: — Хорошо, еду!

Немедленно!.. Да, да, сейчас же. Хорошо, хорошо, через пять минут уже буду выходить из гостиницы… Ладно, сойду на площади, жди.

Юрий положил трубку на рычаг аппарата и побежал к себе. Он был и рад предстоящей встрече с Галиной, и в то же время недоволен тем обстоятельством, что пришлось прервать работу.

— Ну, ничего, — бормотал он, быстро надевая новый костюм, — ночью посижу побольше, наверстаю.

Посмотрел на часы — было десять минут восьмого. Вполне можно успеть к началу спектакля…

Глава 7. Первая попытка

Гарри, согласно инструкции Томпсона, ходил купаться на море два раза в день: в шесть часов утра и в пять часов дня. Последнее время он редко видел шефа купающимся, но сегодня, придя на берег в. пять часов дня, сразу же приметил его: он стоял в море по пояс и плескал воду на грудь.

Заметив Гарри, Томпсон окунулся и поплыл. Гарри не спускал с него глаз, делая это незаметно для окружающей публики. А шеф сигналил:

«Сегодня в восемь часов вечера. Чертежи в гостинице у Кур. Доставить в пещеру».

Искупавшись, Гарри побродил по городу, потом зашел в читальный зал санатория, а оттуда отправился в свою комнату. Шел нарочно медленно, чтобы больше людей видело, что он идет к себе. Запер за собой дверь, прислушался — все спокойно. Выждав минут пятнадцать, открыл дверь на балкон и по ветке дуба спустился на землю. Спустя некоторое время он уже шагал по улицам к шоссе. Доехав на попутной машине до остановки «Гостиница», он проводил грузовик глазами, делая вид, что закуривает, и, скрываясь за кустарником и камнями, стал подкрадываться к зданию гостиницы. За неделю он успел хорошо изучить все подступы к ней, рассмотрел в бинокль с бухты балкон, дверь, ведущую в комнату Курганова; узнал, в какой комнате живет Курганов и на какой балкон выходит его дверь. Придумал он и способ проникнуть в комнату инженера: подняться на балкон с помощью шеста, отпереть дверь отмычкой — и дело в шляпе. Шест он приметил во время одной из своих прогулок к гостинице: на стене сарая, стоявшего возле дома, висели на крючьях багры, лопаты, топоры и другой противопожарный инструмент. Рукоять одного из багров и должна была послужить шестом…