Мать - Даниил Филатов

сам с собой, — что ж, утром свяжемся с конторой, послушаем, что скажут, — он еще раз бросил взгляд на Касугу, на лице которого вновь читалась невинность, — в общем-то можете ехать домой, господин Филатов, но задержитесь в городе как минимум до утра. Если что, ваша помощь не помешает.

— Авиакомпании не поощряют замены билетов, — удрученно ответил сыщик, но сопротивляться следователю не стал.

— Мы предоставим необходимые документы, — успокоил Гаврилов, — они пойдут навстречу. Спасибо за сотрудничество, — он протянул руку, Александр пожал ее.

Он снова вызвал такси и направился в отель, чтобы отдохнуть. На улице опустилась ночь, ему казалось, что эти сутки были просто вычеркнуты из жизни, Филатов едва соотносил начало дня и его конец. И потом решил просто не забивать себе голову лишним.

На пороге номера его встретила взволнованная Вика. Неожиданным появлением она испугала Филатова, выбежав по вызову следователя он и думать забыл, что ее нужно было бы предупредить.

— Куда ты пропал? Я не знала, что и думать! Мы опоздали на самолет!

— Возникли новые обстоятельства по делу Касуги, меня вызвали, — он заметил, как девушка поникла, — думаю, это ненадолго, завтра-послезавтра улетим. Позвони пока, пожалуйста, в авиакомпанию, постарайся все объяснить.

— Мне бы для начала самой узнать, в чем дело.

Александр вкратце рассказал ей о небольшой прогулке по городу, после чего девушка принялась общаться с администратором авиакомпании. Напомнив себе о работе, сыщик невольно стал размышлять про обстоятельства дела.

Неужели Касуга обладал такими связями, чтобы организовать покушение из камеры СГБ? По его словам нет, но кто бы сознался в подобных обстоятельствах? Стоит сразу затронуть мотив. Мог ли адвокат надеяться, что смерть Ли испугает других клиентов, и они изменят показания? Такое вполне могло быть, однако…слишком много допущений.

Сыщик ходил по номеру вперед и назад, обдумывая различные версии, а потом вдруг остановился и очистил разум. Ему это не нужно. Он посмотрел на сестру, увлеченно беседовавшую по телефону и решил, что хватит с него и с нее потрясений.

Со всей этой суматохой он чуть было не забыл о той злополучной записи с камер, но теперь, в момент затишья снова вспомнил… Нет, нужно просто перестать.

В кармане Александр нащупал камеры, снятые с квартиры Идзанами и решил убрать их в чемодан.

— Смотри записи стереть не забудь, — бросила Вика через плечо.

Александр покачал головой и подключил камеры к своему ноутбуку, однако вместо того, чтобы просто нажать клавишу форматирования решил бегло просмотреть, что успела записать камера, прежде чем истратить весь заряд.

Он включил ускоренную перемотку и остановил на сегодняшней дате, примерно в районе трех часов дня. Яхико вышла в коридор, где встретила бывшего мужа, они действительно общались и довольно долго, судя по жестам Итто что-то забыл, Яхико вернулась в коридор, взяла его смартфон, но отнесла не сразу, сначала что-то как будто бы проверила. Может, заинтересовалась личной жизнью?

Они поговорили еще немного, не было никаких конфликтов, кажется, супругам удалось прийти к взаимопониманию. Курохара покинул квартиру, а Идзанами пропала из кадра на несколько минут. Должно быть, проводила его. После этого она вернулась назад и закрылась в своей спальне. Доступа к камере ноутбука у него не оказалось. Затем Идзанами быстро оделась и ушла. Об этом она не упомянула. Ее не было несколько часов.

Тем временем часы показали время, когда с визитом явились Филатов и Гаврилов. Вроде бы ничего подозрительного, но…

Филатов набрал номер Яхико, но ответа не последовало. Быть может, уже спит. Сыщик не хотел было ее беспокоить, но его насторожило то, что Яхико не упомянула, что выходила из квартиры. Черт.

Александр стал одеваться, бросил сестре, что скоро вернется и вышел на улицу. Такси доставило его к дому Яхико. На звонок домофона никто не отвечал, Филатов поднял голову и увидел, как из окон на пятом этаже повалил дым.

Входная дверь резко открылась, наружу выбежали испуганные люди, чуть не сбив его с ног. Александр тут же побежал внутрь, наверх, расталкивая жильцов. Он уже догадывался, что именно горит.

Пятый этаж оказался сильно задымлен, в коридоре ничего не было видно, даже глаза невозможно было полностью раскрыть из-за ужасной рези. Сыщик двигался почти наощупь.

Дверь в квартиру Яхико была открыта, Александр приблизился к ней, и его тут же обдало жаром. Пламя охватило все комнаты, почти пожрало их.

— Яхико! — крикнул Александр в пустоту, казалось, что огонь сжигал и звук. Никто не ответил, — Яхико! — крикнул сыщик еще раз, но войти так и не решился, слишком опасно.

Он отвернулся, надышавшись дымом и опасаясь жара и увидел на полу брошенную туфлю, взял ее, рассмотрел поближе. Кажется, такие носила Яхико. Предположив, что она могла побежать к пожарной лестнице он метнулся туда, эвакуационная дверь была открыта.

— Яхико! — крикнул Филатов снова. И никакого ответа не последовало.

Сыщик услышал, как этажом выше кто-то резко побежал и последовал на звук.

Он добежал до двери на крышу, та оказалась открыта. Александр сделал несколько осторожных шагов, вышел на улицу. Первым, что он увидел была Яхико. Она стояла в обгоревшей одежде, обхватив себя руками и сверлила его взглядом. Страшнее всего было то, что женщина улыбалась.

Она сделала шаг к краю, посмотрела вниз.

— Стой! — крикнул Филатов, протянув руку, — подойди, давай спустимся.

— Я не могу так, — ответила она дрожащим голосом, — не могу это принять. Пыталась, но…

— Ли мертв.

— Я знаю, — на ее глазах проступили слезы, — тогда-то все и закончилось Дело сделано. Вы…ты же догадался обо всем, поэтому приехал.

Александр сделал осторожный шаг навстречу Яхико.

— Только не двигайся. Давай поговорим.

— Я правда хотела пообщаться с мужем, оставить все позади, но когда он пришел, все случилось будто само собой. Я почувствовала себя одинокой. Он…он даже не произносил имя дочери вслух, говорил «то, что случилось». Если это значит справиться с горем и жить дальше, то я не готова.

Филатов сделал еще шаг, их разделяло не больше трех метров, одного рывка могло быть достаточно. Но могло и не хватить.

— «То, что случилось», — продолжала говорить женщина, — нашу дочь сбил какой-то подонок, вот, что случилось. Мою Марико…убили. И он, наконец, свое получил, — Яхико встала на карниз.

Внизу послышались пожарные сирены.

— Яхико, послушай…

— Неужели ты не согласен? Смирившись я забуду.

— Нет. Моя мачеха, Нариока, умерла, но я ее помню. Каждый год вместе с сестрой приезжаю на могилу, но живу дальше.

Идзанами усмехнулась сквозь слезы.

— Тебе повезло, — сказал она всхлипывая, — у тебя хотя бы осталась сестра. Она не бросила, разделила горе. Я же совсем одна.