Крутой вираж… - Валерий Каменев

— Срочно высылай деньги. Не вышлешь — сама убегу. Я знаю, кто мне может дать взаймы «несчастных» две «штуки». Ленка запаниковала, но вместо того, чтобы вызвать Алика, или, хотя бы связаться с ним, нашла другое решение. Оформила приватизацию на себя. Тут же продала квартиру — тем более, что покупатели за нею с самого начала оформления ходили. Деньги поделила на три части: одну положила на счет Алика, вторую отдала Лизке, с третьей исчезла в неизвестном направлении. По приезду Алик нашел своего приятеля — особиста, тот обещал вопрос проработать. Не меньше месяца времени на это дело уйдет. Посоветовал связаться с родителями жены. Те клялись, что ничего не знают, не ведают. У Алика родителей не было. Его воспитывала бабка, которая давно умерла. Родители же погибли в середине пятидесятых под Львовом — там отец служил чекистом. Теперь Алик остался совсем один. Без дома, без семьи:

— Вот так, ребята. Я — никто. Меня просто не существует! Я БОМЖ! Со мной любой мент на улице может сделать, что захочет. — Алик еще выпил:

— Правда паспорт у меня есть. Оставила стерва новым хозяевам моей квартиры. Выписан в никуда. Ладно, с пропиской я решу. Мой комдив дружит с замом главкома. Должны помочь. Денег, если вместе с «оккупантскими», на однокомнатную в пригороде можно подтянуть. Может ВВС поможет? На службу придется снова проситься.

Вновь Алик появился только через месяц. Посуровел. Исчез тот розовощекий жизнерадостный мальчишка, который появился у нас первый раз. С такими лицами молодые ребята уходили на фронт. Раскрыл свой портфель, вынул какие-то фотографии, собрал в портфель бумаги:

— Все, ребята пришел прощаться. Поставил на стол бутылку водки. Вообще-то водку он не пил. Ребята засуетились. Кто-то притащил коньяк, кто-то початую бутылку виски. Нашлась и закуска. Но Алик от коньяка отказался. Выпил водки. Значит так:

— Стерву мою удалось засечь. Смоталась к своему Фрицу. Уже успела и гражданство получить. За упокой ее души. Для меня она умерла, — Алик выпил до дна:

— Худо другое. Никаких концов от Лизки. Ростовская кампания исчезла. Счет в итальянском банке закрыт. Все. Да, от вас ухожу. Взяли фотографом в пресс-службу ВВС. Работа строго по распорядку — от восьми до пяти. Пока выполняю важное задание — фотографирую личный состав на пропуска. На чай с пряником хватает, зато обещали «порешать» насчет квартиры. Временно располагаюсь в летном профилактории на Чкаловской. Так что спасибо за кампанию, — Алик махнул еще рюмку и пошел тяжелым шагом на выход. Новая должность фотографа в пресс-службе ВВС, видно, Алику не легко далась.

— Алик, будет худо, приходи. Разбогатеешь, тоже не забывай. После его ухода Ольга произнесла фразу, которую потом вспоминали:

— Ох, не нравится мне Алик. Совсем не нравится. Хоть бы подругу себе нашел. Это было последнее посещение Аликом нашей редакции. Подруги себе он не искал. Что он на самом краю, по настоящему, никто из нас не почувствовал.

Алик нашли через два дня. Он застрелился из именного пистолета, которым был награжден Главкомом за отличные стрельбы с применением нового ракетного оружия. Ребята проводили и помянули Алика, как смогли. В редакции. Алик ушел без дома, без семьи, без дела, которому был готов служить. Его здесь больше ничего не держало. Гадали, что же стало последней каплей. Его жизненный оптимизм редко позволял заглянуть в его душу.

Прошел почти год, прежде чем мы узнали, что дочь Алика, покончила с собой в тот же день, когда погиб и Алик. Случилось это на чужбине. Лиза погибла, выбросившись с четвертого этажа третьеразрядного отеля. Вот это, по-видимому, и было последней каплей. Его сердце получило сигнал бедствия. Пропал смысл жизни.

История одного предпринимательства

Начиналось все как обычно. Новая метла. Борьба с пьянством. Вроде, дело хорошее. Потом стали понимать — не очень. Борьба с пьяницами, а страдают все. Дальше — больше. Карточки на водку? Что-то новенькое. Театрализованная постановка ГКЧП. Танки в Москве. Новый вождь на танке. Эффектно. Огромный триколор на Охотном ряду. Красиво. Свобода! Вроде все хорошо, но какой-то нехороший привкус. Свержение надоевшего Горбачева. Ура! Роспуск Советского Союза? Что-то здесь не так. Ну, это уж слишком.

Новое противостояние. Опять танки, но уже не для декорации. Белый дом в огне. Никакого порядка. Бардак, одним словом. Бардак пошел по стране. Причем, не только в переносном смысле.

И все это на фоне: «Да здравствует свобода и демократия!» Гражданам новой страны от имени государства раздали билетики с нерусским названием «ваучер», удостоверяющие право на владение некой частью богатств страны. Многие доверчивые граждане, испорченные коммунистической идеологией, немедля последовали за новыми призывами: «Все на ниву предпринимательства!», «Вложи свой ваучер и обогащайся!», «Все в эМэМэМ!» и все такое. От домохозяек до младших научных сотрудников — только и разговоров, что про регистрации безответственных товариществ, да про акции с дивидендами.

Короче, зуд пошел по стране. Срочно нужно что-то предпринимать. Потому как случилась демократия и свобода. И деньги можно грести лопатами, если не зевать. А кто не успел, тот опоздал. Опять останешься ни с чем.

Вот при таком общественно социальном климате некий отставной подполковник с высшим инженерным образованием решил по привычке следовать указаниям сверху несмотря на новые, явно не наши названия этих верхов — президент, парламент, премьер, администрация, мэр и т. п.

Все свое выходное пособие, полученное за тридцать пять лет безупречной службы, отставной подполковник решил вложить в недвижимость. На окраине одной из деревенек в средней доступности от города ему удалось прикупить двадцать соток землицы с домом и амбаром. Дом старый деревянный, но еще крепкий. И амбар добротный. Вот и стал он думать, что же дальше с этим добром делать. У нас, на Руси так принято — сначала что-то сделают, а потом уж думают — для чего бы сделанное приспособить.

А поскольку отставной подполковник был привычен к рыбалке и охоте (ибо там, где ему служить довелось, другие виды развлечений отсутствовали), то он решил свое недвижимое приобретение приспособить под «Дом охотников и рыбаков». Тем более, что окрестные места вполне к этому располагали. Лес, речка живописная и пруд с карасями — все почти рядом. Вычистил амбар, сколотил нехитрую мебель, прикупил по случаю простейшие блага цивилизации — холодильник, телевизор. Дал объявление в прессе и приготовился к встрече. Гости не замедлили себя ждать. Однако совсем не те, которых он ждал.

Прикатили: участковый милиционер, представившийся Простаковым Николаем Николаевичем, лесник Петрович и еще представитель какой-то администрации. Все трое требовали у подполковника денег. За что, он не понял. «Так положено» — дружно отвечали официальные представители своих ведомств. Денег у отставника уже не осталось, но удалось договориться «по бартеру». То есть, если кому из нужных людей захочется испытать лесной экзотики с шашлыками и ночевкой, то он обязуется их обслужить. Да еще пришлось подготовить бумаги на регистрацию «Общества с ограниченной ответственностью». Кроме того, участковый предложил войти в долю — обязался соорудить баньку и реставрировать туалет. Плюс обеспечить «крышей» (новое понятие, широко вошедшее в употребление на ниве российской рыночной экономики). И все за каких-то десять учредительских процентов.

И ООО «Дом охрыб» заработал. Приезжали люди, пили водку. Некоторые ходили на рыбалку. Кто привозил ружье, палил из него в лесу по чем попало.

В общем, все путем. Жизнь забурлила. Дохода, правда, никакого, зато весело. С учетом пенсии на жизнь хватало. В нашем случае, если навар кому и доставался, то коту. От умиротворенных рыбаков.

Когда же заработала баня, стало еще веселее. Стали приезжать люди побогаче, да еще и с девками. В лес не ходили. Выходя к реставрированному туалету по нужде, каждый раз восхищались: «Ах, какой воздух? Какой воздух? Сплошная амброзия и нектар — так бы и пил его до опьянения». Пьянели они, впрочем, не только от воздуха. Пили помногу, и толстые лица любителей чистого воздуха быстро краснели. Как угли, на которых шашлык жарили. Шашлык — это основное блюдо. Настоящий бараний. А начинали пить под закуску, и уж больно хороша она была. Все балычок, семушка, да икорка черная. А то сальце украинское. Тут уж и хозяину навар доставался. Как говорится, и сыт и пьян.

Откуда появился народный целитель, теперь уж никто не упомнит. Кажется, его подполковник привел. А перед этим между соучредителями разговор состоялся, в котором подполковник стал сетовать на то, что никакого дохода их предприятие не приносит. И нужно как-то менять их дело, чтобы, значит, доход иметь и богатеть постепенно. Если уж сразу совесть не позволяет: «Ты посмотри вокруг», — подполковник обводил округу руками: «Смотрите как настоящие предприниматели живут? Коттеджи трех и четырехэтажные».