Личная жизнь духов и привидений. Путешествие в занятный мир шарлатанов - Уильям Литл

— Не думаю, что мы способны влиять на события, произошедшие в прошлом, — говорит он. — Но мы можем сконцентрировать наши энергии и почувствовать некое отображение грядущего.

Кажется, я что-то обнаружил. Лауреат Нобелевской премии говорит мне, что предвидение — это бред, а вот телепатия, до ужаса напоминающая то же предвидение, реальна. Я прошу его пояснить, что он имеет в виду.

— Мне нечего добавить к тому, что уже сказано, — отвечает Джозефсон тише обычного. — Вам стоит поговорить с Дином Радином, — загадочно сообщает он, и его голос пропадает в некоем омуте, где звуки вне закона.

Я пытаюсь выудить из него больше информации, но он не поддается. Мне понятно одно: у Джозефсона есть теория, но он сам не понимает ее смысла. Я вновь возвращаюсь к тому, с чего начинал. Что ж, по крайней мере, я запутался точно так же, как нобелевский лауреат. Мама бы мной гордилась.

Кажется, я зашел в тупик. Но у меня есть предложение Джозефсона поговорить с Дином Радином. Об этом ученом я уже читал — он проводил эксперименты с предвидением на солдатах.

Думаю, у него должны быть объяснения, раз уж он тестировал людей и получил положительные результаты. Я посылаю ему письмо, даже не надеясь, что он ответит на мою просьбу встретиться. Я не солдат, и едва ли у меня есть какие-либо парапсихические способности. Но меня ждет приятный сюрприз. Радин соглашается встретиться, и, более того, он соглашается показать мне свою машину предвидения.

16. Испытывая будущее

Я с трудом сдерживаю радостное возбуждение. Я нахожусь в самом центре исследования пси-энергии — в Институте ноэтических наук в городе Петалум, штат Калифорния. К моим пальцам подсоединены электроды. Я вот-вот пройду тест на предвидение. Я сижу напротив машины, которая, судя по всему, должна будет мне сообщить, происхожу ли я из числа избранных, чей ум может скакнуть в будущее. К тому же Дин Радин, главный исследователь института, сказал, что я представляю для него особый интерес.

Да, меня это тоже удивило.

— Скорее всего, тест пройдет удачно. У вас теплые руки, а это значит, что у вас сочная физиология. Вы, скорее всего, лабильны, говоря терминами физиологии, — добавляет он, заметив, какими глазами я на него смотрю.

Институт ноэтических наук (ИНН) был основан в 1973 году бывшим астронавтом Эдгаром Митчелом, входившим в состав миссии «Аполлона-14», после того как на того снизошло откровение. Находясь в космической капсуле, он смотрел на Землю, «свободно плывущую в огромном космосе». Восхищенный увиденным, Митчел говорил: «Присутствие божественной силы ощущалось так явно, что, казалось, к ней можно прикоснуться, и я осознал, что жизнь во Вселенной зародилась не из-за каких-то случайных процессов… Это знание снизошло на меня». С тех самых пор институт применяет научные методы для подтверждения существования экстрасенсорного восприятия. Я намерен узнать, что им удалось выяснить. Мне хочется понять, смогут ли в ИНН объяснить мне то, что не сумел растолковать Брайан Джозефсон. Однако я не уверен, что именно не смог объяснить Джозефсон.

Пока я добирался сюда из Сан-Франциско по выкрашенному в ржаво-рыжий цвет мосту Золотые Ворота, я размышлял об исследованиях пси. Раз уж медиумы не могут стабильно предсказывать будущее, то, возможно, и энергия, к которой они обращаются, столь же непредсказуема. Пси — сила, которую едва ли можно нащупать. Хотя, если верить ИНН, ее уже нащупали. И не те, кто мнит себя медиумами, а самые обыкновенные люди. Представители среднего и низшего классов, среднестатистические британцы и налогоплательщики. Таким образом предсказания перестают быть прерогативой шоу-бизнеса и становятся ближе к людям. Да, люди могут заблуждаться, полагая, что у них есть способности к предвидению, но они же не могут обмануть науку?

Проехав мост, я углубляюсь в холмистую местность округа Марин. Совсем недалеко отсюда, в десяти минутах езды, расположилось виноградное царство — долины Нала и Сонома, где производят лучшие в США вина. Это плодородные земли, сочные, как наверняка сказал бы Дин Радин. Я еду мимо красивых холмов в центр ноэтических наук, который походит на швейцарскую деревушку. Меня поражают виды этого утопающего в зелени поселения. Да уж, думаю я, здесь наверняка хорошо размышляется. Я иду навстречу своему будущему и не удивлюсь, если откуда-нибудь донесется звон коровьих колокольчиков.

Дин Радин оказывается маленьким, щуплым человечком. Кажется, он всю свою жизнь провел за починкой разнообразных приборов. Думаю, именно этим он и занимался. Подсоединяя меня к машине предвидения, он рассказывает о приборе, расположенном рядом с ней.

— Это устройство заново измерит скорость света и получит очень точный результат. Часы, прибор и электроника одновременно отправят лазерный луч на две бобины с оптоволокном, — говорит он, и это я еще способен переварить, но потом я теряю нить его мыслей. А он продолжает: — Мишень и медиатор замедлят скорость света в этом инструменте.

Похоже, лучше мне этого не знать.

Тест, который мне предстоит пройти, был разработан Дином для поиска бессознательных признаков предвидения — таких, как неприятные предчувствия, ощущение опасности или подсознательное ощущение чего-то нехорошего. Дин Радин верит, что «мы постоянно бессознательно заглядываем в будущее и готовимся действовать в зависимости от того, что там увидим». Электроды, подключенные к моим пальцам, проверяют наличие сигналов на поверхности кожи. Идея в том, что за наши экстрасенсорные способности отвечает нервная система, а значит, их можно уловить как эмоциональный ответ на коже. Мне показывают сорок изображений в случайном порядке и тщательно наблюдают за реакцией моей кожи. Картинки варьируются от спокойных и привлекающих внимание до откровенно опасных — от эротических фотографий до изображения льва-людоеда. Предполагается, что реакция моей кожи должна усиливаться перед эмоциональной фотографией и не изменяться перед спокойной.

Тесты Дина Радина показали положительные результаты, или, как он это называет, «продемонстрировали сильный эффект предчувствия» — от 2500:1 до 125 000:1.

Я сижу, подключенный к электродам, и жду появления изображений. Я знаю: после того как на экране появится крест, у меня будет от трех до пяти секунд до появления следующей картинки. В это время мои экстрасенсорные способности должны устремиться вперед, как автомобиль «дилореан» в конце кинотрилогии «Назад в будущее».

Дин выходит из комнаты, и я остаюсь наедине со своими способностями к предвидению и множеством странных изображений. Не знаю, как я должен на них реагировать, но смеяться явно не стоило. Когда появляется фотография с тремя черепахами, лежащими на камне, я начинаю хихикать. Сам не знаю почему. Но смотрится она смешно — будто трое парней собрались поваляться на солнышке. Когда позже я рассказываю Дину, что эта фотография заставила меня рассмеяться, он смотрит на меня так, будто у меня самое странное в мире чувство юмора. Еще мне показывают человека на водных лыжах и эротическую фотографию, — впрочем, она настолько размыта, что лучше уж женщина была бы одета. Были и другие фотографии, которые мне не запомнились, и я не в курсе, какие из них должны были меня напугать. Ясно одно — мне трудно сосредоточиться на этом задании.

После теста, анализируя результаты, Дин признается, что в нем самом нет ни капли парапсихического таланта. Но оказывается, я приехал в очень необычный день. Сегодня Дина Радина впервые в жизни посетило предчувствие. И мне выпала честь стать первым человеком, узнавшим об этом.

Утром по дороге на работу он ехал по узкой извилистой дороге, ведущей к институту.

— Всякий раз, когда надо свернуть, солнце бьет прямо в лицо. Обычно я еду со скоростью двадцать километров в час, предполагая, что в это время все едут вверх и мне не надо волноваться из-за спускающихся вниз фур.

Но сегодня все было по-другому. Сегодня, в день моего визита, Дин ощутил смутное беспокойство.

— Я всегда очень осторожен за рулем, — признается он. — Но вдруг я почувствовал: что-то не так.

Я сижу на краешке стула. Что же произошло? Внезапное наводнение? Атака африканских пчел-убийц?

— И вот я снизил скорость примерно до восьми километров в час и зашел на следующий поворот, — продолжает он.

«Дин, ну давай же быстрее! — думаю я. — Я же умру от любопытства!»

— И за следующим поворотом вижу даму на велосипеде, поднимающуюся вверх по холму.

Ого!

— Но это бывает крайне редко, — поспешно добавляет Дин, заметив, что у меня отвисла челюсть. — За последние семь с половиной лет я не встречал никого, кто ехал бы на велосипеде вверх по холму. Но я почему-то сбросил скорость. Вот вам пример случайных предвидений, которые иногда посещают людей, — говорит он, а потом замечает, что эксперимент, через который я только что прошел, «по сути, лабораторный аналог его случая».