Корсар с Севера - Андрей Посняков

Олег Иваныч бросился к ней – защитить… И проснулся. В угловой каюте «Тимабана». Рядом, на соседних нарах, тяжело дышал Гриша.

Олег Иваныч снял с двери циновку – хоть и холодноваты были ночи, а весь изошел по2том. Отдышался, снова лег, стараясь заснуть. Понимал – сил и энергии завтра потребуется много. Однако сон не шел, только лишь лезли в голову разные нехорошие мысли. Вспомнились погибшие друзья: Илия, Ян, Шафих. Первый – православный, второй – католик, третий – вообще ренегат-мусульманин. Славные были люди. И они, и даже пиратский предводитель Селим-бей, умерший такой странной и страшной смертью… Маленькая отравленная стрелка, выпущенная из духовой трубки, – оружие зинджев Ифрикии. Олег Иваныч вдруг припомнил свои старые милицейские профессии – опера и дознавателя. Принялся выстраивать версии гибели Селим-бея.

Кому выгодно? Джафару аль-Мулуку – к бабке не ходи! Именно он сейчас возьмет власть в анархичном пиратском братстве… на первый взгляд анархичном. Больше, пожалуй, никто от смерти старого пирата особо не выиграл. Значит, точно – Джафар. Причины – на ладони. А доказательства?

Кто-то вроде был схвачен на месте преступления. И, кажется, еще не допрошен? Или уже успели? А может… Может, и казнили уже! Тогда это – кирпич в здание обвинения Джафара. Почему исполнитель казнен так быстро? Или еще не успели казнить? Вряд ли…

А кто его задержал-то? Довольно странная компания. Рыбаки какие-то… И… и слуга Селим-бея Касым. Касым. А с чего это Касым потащился из города в порт? Не мог дождаться приезда Селим-бея? И что старому слуге было нужно на «Тимбане»? Ну не мог же он предвидеть смертельного ранения своего хозяина!

А если мог? Тогда Касым, Джафар и этот рыбак, как там его… Геленди… да, Юсиф Геленди… или Юсуф… ну, черт с ним… Короче, все они – одна шайка-лейка. Интересно бы допросить Касыма – подготовил он более-менее правдоподобную версию своего появления на месте преступления или не удосужился? Скорее, второе. А почему? А потому что главный организатор сего преступного деяния, господин Джафар аль-Мулук, коварный и осторожный, никогда и ни за что не осмелился бы пойти на устранение конкурента, не прозондировав предварительно почву. А именно – как к этому устранению отнесутся: а) правитель Туниса бей Осман, б) раисы, спонсоры-организаторы-арматоры всех разбойничьих рейдов магрибских пиратов, в) капитаны остальных кораблей пиратского флота.

Видимо, зондирование Джафар аль-Мулук и проделал.

А тут просто удобный случай подвернулся – с этим штормом и неудачным рейдом в Морею. Впрочем, как раз сам рейд-то оказался, можно сказать, удачным, но вот встреча с венецианским флотом… Словно сам Джафар попросил о том итальянского адмирала. Было б здесь радио, Джафар так бы и сделал, но вот в данных исторически-конкретных условиях сама возможность столь быстрой передачи информации довольно проблематична. Когда бы Джафар успел?

А если – не сам? Ну, например, послать к итальянскому побережью мелкое суденышко, их там много рядом болталось. Да, но где бы оно разыскало вражеский флот? Или знали, где искать?

Ну, тогда надо признать, что Джафар аль-Мулук не негодяй местного разлива, а фигура масштабная, этакий магрибский Штирлиц, во что верится слабо. Ладно, спишем венецианцев на простую случайность.

Кстати, о Джафаре. Смерть Илии Костадиноса – наверняка тоже на его совести. Интересно получается: после убийства Илии Джафар становится капитаном «Йылдырыма», после смерти Селим-бея – вот-вот получит власть над тунисским пиратством… А кто следующий? Бей Осман?! Интересно, эта старая сволочь умеет логически мыслить? Умеет, иначе не был бы правителем разбойничьего края. Следовательно…

Следовательно, и Джафар ходит по краю. Наверняка есть у бея Османа и кое-кто другой на примете. Или другие.

Итог полуночных рассуждений Олега Иваныча…

Основная опасность для него и Гриши будет исходить от Джафара. И не потому, что они уж очень ему мешают. Так, пришибет – на всякий случай. Но пришибет обязательно, не ходи к бабке!

Следовательно:

Против Джафара можно опереться, как это ни странно, на того, кто Джафара продвигает, – на бея Османа. И поддержку он окажет по тем же причинам, по которым Джафар постарается пришибить, – на всякий пожарный.

Лучший же вариант из всего сказанного:

Валить отсюда как можно скорее, наплевав и на бея Османа, и на Джафара с его интригами. В конце-то концов, вовсе не собирался Олег Иваныч до конца жизни в Магрибе пиратствовать. Есть же Новгород, есть старые друзья, есть, наконец, Софья… Софья… Уматывать из Магриба первым же пароходом… тьфу ты… первой же фелюкой.

Еще один неплохой вариант имеется – пришибить Джафара первым, на опережение. Этот козел и так уже лишних лет пять на свободе ходит!

Чем не выход? Превентивный удар – самый лучший. А что Джафар обязательно устроит им с Гришей какую-нибудь пакость – сомневаться не надо. Знает хорошо и об их дружбе с Шафихом – увы, покойным, – и о последней ночи в каюте умирающего Селим-бея… оказавшегося португальским дворянином Жуаном Марейрой. А там, кстати, еще и Касым был, в каюте-то! Умирающему прислуживал – образец преданнейшего слуги. Мог и услышать ту же сказку о сокровищах…

Правда, откуда Касыму знать латынь? Сам-то Олег Иваныч ее не так давно осилил с помощью Гриши да Софьи. Нет, ничего не понял Касым, языков иностранных не зная! А вдруг понял? Догадался? Гм…

Поворочался Олег Иваныч на ложе, на другой бок перевернулся… заснул вроде. Так и не домыслил про Касыма…

А утром схватили. Навалились, скрутили – Олег Иваныч и глаза-то толком открыть не успел. Вытащили волоком с галеры – у, заразы! – в какие-то большие корзины кинули, сверху закрыли плетеной крышкой. К верблюду привязали: корзина с Гришаней – справа, с Олегом Иванычем – слева.

Ремни затянув, погонщик верблюда ударил. Поднялся корабль пустыни, плюнул – жаль, не в погонщика, – пошел медленно, величаво, раскачиваясь, словно и в самом деле корабль…

Сквозь щели в корзине видел Олег Иваныч серую ленту песка, редкие низкие кустики да камни. Качало, словно на море, даже в глазах замутилось. Во рту кляп, ноги затекли, туго стянутые за спиной руки вообще не чувствовались.

Олег Иваныч даже голову не ломал по поводу случившегося. Ясно – Джафар! Только одно занимало – интересно, почему все-таки их куда-то везут? Почему не убили сразу? Это же легче…

О шайтан! И триста ифритов в придачу!

Олег Иваныч застонал. Лучше б уж их убили сразу! По крайней мере не мучались бы. Селим-бей, Жуан Марейра! Вот кто всему причина. Вернее, его россказни о сокровищах!

Да, Касым-то латыни не знает. Но кое о чем догадаться мог. И сообщить своему хозяину, Джафару! А уж тот-то быстро языки развяжет. Впрочем, а зачем молчать-то? Сдались они ему, эти долбаные сокровища, триста лет! Правда, пыток в любом случае избежать не удастся – не верят здесь на слово. А затем все равно убьют. Н-да, ситуация…

К полудню пустынные области кончились. Потянулся кустарник, кое-где даже попадались пальмы – чахлые, унылые, желтые, с поникшими кронами.

Ага, вот дома! Выбеленные строения города Туниса. Глухие заборы, узкие вонючие улочки. Скоро эмирский дворец.

Нет, что-то не видать. Сразу в тюрьму везут? В личную земляную яму Джафара? Сомнительно, чтоб у него такая была, хотя, кто знает?

Однако они явно куда-то не туда едут. Заборы какие-то. Резные ворота с арабесками. Женский смех! О шайтан! Это ж злачное заведение тетушки Шехбийе! Притон высшего класса, с соответствующими расценками. Видно, добрый Джафар решил подарить им перед смертью ночь изысканной продажной любви! Вай, молодец, а?!

Нет. Фиг, а не девки! Мимо проехали, даже не остановились.

И куда теперь, интересно?

Запахло гнилой рыбой. Затем еще более резкий запах – амбре давно не чищенной свинофермы. Что-то зачавкало под копытами. Грязь, что ли? В здешней-то бездождливой сухости?

Оп! Кажется, приехали!

Остановились перед высоким дувалом. Стук в маленькую дверцу. Какой-то шайтан в коричневой джеббе. Морда замотана тюрбаном, одни глаза торчат – омоновец хренов.

Гортанно крикнул погонщик. Верблюд опустился на колени. Корзины сняли, потащили к калитке. Занесли во внутренний дворик – правда, рассмотреть его пленникам не дали. Бесцеремонно вытащили из корзин и втолкнули в низкий глиняный сарай или амбар. Захлопнулась дверь, заскрипели засовы. В сарае воцарилась непроглядная тьма.

Олег Иваныч прислушался. Что-то звякнуло, словно кто-то старательно отсчитывал деньги. Хлопнула калитка. Лошадиное ржание. Стук копыт. Тишина… Нет, не надолго. Снова хлопнула дверь, на этот раз где-то в доме. Что-то загремело, словно уронили подвешенный к стене железный чан. Визгливый женский голос. Женщине ответил мужчина, стоявший у сарая с пленниками. Мужской голос показался Олегу Иванычу знакомым… Они довольно долго препирались, мужчина и женщина.