Автобиография. Записки офицера спецназа ГРУ - Игорь Стодеревский

Одна из групп моего отряда являлась группой специального оружия. В бригаде сократили отряд специального оружия, и в состав каждого отряда ввели такую группу. Так вот эта группа была ещё и не штатным оркестром бригады. Так, что организовать художественную самодеятельность, это было для нас не проблема.

В бригаде был клуб, и даже начальник клуба, но кроме кино там никогда ничего не показывали. Видимо у политотдела были другие, более важные задачи.

Ребята играли и на всех свадьбах офицеров бригады. Помню ещё, будучи ротным, я отличился, кажется, была свадьба Сергея Харламова, хороший подтянутый офицер, китаист. Впоследствии, после окончания Академии Советской Армии долго проработал в Китае. Так вот на этой свадьбе я весь оркестр, то есть подчиненных, как раз Харламова, напоил шампанским. Он до сих пор об этом с возмущением вспоминает, ведь я наливал им по взрослому. Неправильно конечно, но мне очень хотелось, чтобы на свадьбе всем было весело.

Сколачивали и офицерский коллектив. Выезжали с семьями, когда я командовал и ротой и отрядом, на отдых в горы и, как правило, в те места, где бывали на учениях. Это и Угамское ущелье, летом оно в нижнем течении реки Угам вполне доступно. И роща в урочище Сурената на высоте 2000 метров, она примечательна тем, что там растут берёзы. В низу в долине их нет. Правда, местность, где расположен Чирчик. Если и можно назвать долиной, то горной. Бригада находилась на высоте 850 м. над уровнем моря.

Иногда, по воскресеньям, старшина роты прапорщик Ломакин (он потом был в моём отряде в Афганистане) брал ведро, и мы всем офицерским коллективом шли пить пиво.

Это был основной наш напиток, жара под 40 градусов, и под него можно долго вести спокойный мужской разговор. Почему с ведром? Да потому, что летом в Чирчике за пивом надо было выстоять большущую очередь. А здесь взял сразу ведро, разлили по кружкам, а ведро снова в очередь. После пива мы всегда шли в гости, к кому не будь из офицеров роты. Хороший был коллектив: Саша Латышев, Рафик Латыпов, я о них уже говорил, и Валентин Ледовский. Валентин продолжительное, время после окончания Академии СА, был на дипломатической работе за границей. Погиб, при невыясненных обстоятельствах, в Москве, 13 апреля 1998 года. В Измайловском парке, у него в руке взорвалась граната.

Устраивали мы в роте и ёлку для детей, уж не знаю по какой веской причине, в бригаде ёлку не организовывали. Политотделу лень было. Ёлка как положено с дедом Морозом и Снегурочкой. Снегурочкой наряжался один из солдат.

И были катанья на санях. Снега, как правило, было мало, а саней в Узбекистане и в помине нет, но мы вышли из положения.

Ребята взяли обычную телегу, такая у нас была на хоздворе, фанерой закрыли колёса, почти до земли, и на фанере нарисовали полозья. Детвора была в восторге. Телегу таскал ишак, а точнее ишачка. Её сын, Яшка, был особой достопримечательностью бригады, но об этом позже.

Для детей ёлка 1-го января, а в ночь перед этим как это и положено, Новый год с личным составом. В бригаде было заведено, что все офицеры обязательно должны поздравить своих подчиненных, и именно в Новогоднюю ночь.

На Новый год с солдатами роты. Слева от меня замполит роты Махотин.

Новый год мы встречали, как правило, дома у кого-нибудь из офицеров. За исключением замполитов, они в эту ночь должны были находиться вместе с солдатами, и организовывать праздник. Так вот ровно в 12.00, выпив бокал шампанского, мы, оставив, наших дам, бежали в роту поздравить солдат. Как правило, офицеры ротного звена, жили в военном городке, рядом с частью.

В каждой роте были накрыты столы, разрешалось всё кроме спиртного. И в этот день разрешалось отбой производить, сейчас уже не помню, толи в час ночи, толи в два. Поздравив ребят, и выпив с ними лимонада, мы мчались назад за праздничный стол.

Солдатские казармы у нас были щитовые, и мы прилагали максимум усилий, чтобы сделать более, менее нормальный быт солдат. В ленинской комнате находился большой аквариум, а общеизвестно, что простое созерцание рыбок в нём, частично снимает стресс. Мы решили в одном из углов казармы сделать большую клетку для волнистых попугаев.

Мне казалось, что солдату будет приятно засыпать под их не громкий щебет. Да и днём приятно наблюдать за их вознёй. Но только мы начали строить клетку, как прилетел заместитель по тылу бригады и приказал всё убрать. Оказывается попугайчики, разносчики разных болезней, видимо только в казарме. Это ещё раз подтвердило то, что у нас не любят, когда кто-то высовывается.

Но цветник перед казармой у нас был лучший в части, цветы запретить не могли. Было много кустов роз, и чтобы их не срезал, кто попало, я был вынужден, дневального по роте держать не внутри казармы, как это и положено, а снаружи. И только с моего разрешения женщины из штаба бригады могли нарезать себе букет. Командир отряда Сергей Шапиро в шутку меня даже пасечником обзывал. Наверно было странно смотреть, как командир роты спецназ с ножницами в руках обрезает кусты. Я любил, да и сейчас люблю ухаживать за цветами. Это здорово успокаивает нервы. Пространство не занятое розами было отдано каннам. А в Чирчике они вырастали в высоту до полутора метров. Стояли стеной и были ярко красного цвета.

Но всё это конечно вторично, на первом месте была боевая подготовка. Я уже подробно писал о ней, добавлю только несколько штрихов. За казармой, для метания ножей, мы установили мишень из железнодорожных шпал в человеческий рост. И хоть в программе боевой подготовке нет такого упражнения, солдата мы этому учили. Ножи там свистели весь световой день.

Метание ножей. Слева от меня Юрий Цыганов

Мы с Юрой Цыгановым часто устраивали по воскресеньям спортивные соревнования между нашими ротами. Там было много различных этапов и упражнений, но в конце обязательно мы с ним метали ножи.

Для метания самый лучший это штык-нож от автомата АК, тот старый, прямой как кинжал. На неделю роте хватало 10 штук, их разбивали вдрызг. Но на складе бригады, их было великое множество, и поэтому проблемы с заменой не было, главное было сдать лезвие.

В спецназе каждый офицер стремился, что-то делать лучше всех. Юра Цыганов мог пробежать кросс длиной, вы просто не поверите, в 125 км. Он покупал билет на автобус Ташкент — Чимкент, ставил туда вещи, а сам бежал до Чимкента.

Саша Чубаров стрелял как асс из любого положения (в последствии заместитель министра обороны Таджикистана, а затем генерал Российской Армии).

А вот Федя Волох, командир группы, виртуозно метал топоры, точнее не большие туристические топорики, с расстояния около 15 метров.

Вообще высшим званием у нас в бригаде для спецназовца было, если его называли Рексом. Человек, носящий такое звание, был сплавом физического совершенства и высокого профессионализма, обладал сильными волевыми качествами и прекрасными организаторскими способностями. Такой человек являлся как бы эталоном для других, они видели, к чему надо стремиться. И важно, что такой титул сверху никто не присваивал. Он не давался официально. Его присваивала солдатская молва. Среди Рексов были как офицеры, прапорщики, так и солдаты. Я не буду называть этих ребят. Прошло много лет, что-то я забыл и могу не заслуженно кого-то обидеть.

Там же за казармой, на четырёх столбах, на высоте 2,5 метра, был установлен квадрат из досок, в который, как в люк, обязан был влезть каждый солдат. Сделать это было не просто. Надо было, подпрыгнув, положить кисти рук на плоскую доску, а затем, сделав подъём силой, влезть в проём. Не у каждого, и не сразу это получалось, но тренироваться он мог сколько угодно, далеко ходить не надо.

Весь личный состав прекрасно стрелял из всех видов стрелкового оружия, в основном только на отлично. Помню на одной из проверок, рядом с нами проводились стрельбы подразделений парашютно-десантного полка расквартированного в п. Аранча, это рядом с Чирчиком. Так вот на огневом рубеже стоял командир полка и каждому отстрелявшему на отлично вручал пять рублей, тогда это было больше чем месячная получка солдата

Когда он, по-соседски, подошёл к нам, и рассказал о придуманном им стимуле, командир отряда сказал, что нам это не походит мы страну обанкротим. Из роты у меня только четверо тогда отстреляли на хорошо, остальные на отлично. И так во всех ротах. Каждая рота минимум два дня в неделю выходила на стрельбище. Стрельба днём, а затем ночью. Несколько проблемной была только стрельба из пистолета. В спецназе каждому солдату, кроме основного оружия, по штату полагался ещё и пистолет. Стреляли и из пистолета Макарова и из АО-44, это пистолет для бесшумной стрельбы.

Обучали солдат и не стандартным приёмам стрельбы. Ну, например, стрельба от бедра и стрельба на вскидку. Это мы старались проводить в конце каждого занятия по практической стрельбе. Иногда устраивали соревнования между офицерами или сержантами. Два человека ложатся на огневой рубеж, поднимаются все мишени, которые находятся на этих направлениях. Стрельба ведётся одиночными выстрелами. Задача как можно быстрее поразить свои мишени и затем можно переходить на мишени товарища. Получается своеобразная дуэль.