Главная роль 3 - Павел Смолин

нужном количестве выпустить не успеет, поэтому начну с выстраивания параллельного — за те же лет пять заложу базис, а за следующие пять набью арсеналы так, чтобы «снарядный голод» был не мировой практикой, а проблемой исключительно Европы без учета России. Долго, дорого, сложно, но это же не повод ничего не делать?

И страшно — я же нихрена в этом всем не разбираюсь, но уже сейчас два не соотносящихся друг с дружкой типа патрона и оружия под него выглядит офигенной проблемой. Ладно, время есть — успею разобраться и сформировать «безрантовое лобби», которое мне поможет.

— «Пусть будет», — фыркнул царь. — Премного благодарен, Ваше Императорское Высочество.

Обижается, и очень хорошо, что не гонит меня в шею со словами «станешь Императором, тогда и делай что хочешь, а пока сиди и не отсвечивай».

— Я был бы очень рад поддержать вас во всем, папа, — честно признался я. — Продолжить наводить порядок по вашим лекалам, не лезть в военно-промышленный комплекс, развлекаться охотой и жениться на Елене. Но этот путь приведет нас к краху — о том, как это будет, я рассказал пару часов назад.

— Фантазии, — влезла Дагмара. — Ужасные, противные, невыносимые фантазии!

— Когда нас снесет даже не народ, а наши милые аристократы, вам, мама, придется уехать в родную Данию, — заметил я. — И там вот такого, — окинул рукой окружающее пространство, подразумевая дворец. — Уже не будет — кабинетских земель у ваших родственников нет, и они вынуждены довольствоваться подачками, которые им выделяет парламент. Хотите на старости лет получать жалобы от Кристиана — он к тому времени как раз на трон сядет — на то, что включили на пару электрических лампочек больше, чем ему бы хотелось?

Мария Федоровна отшатнулась и начала багроветь.

— А ведь так и будет, — хмыкнул Александр. — Они там все страшные жлобы.

— Вынужденные жлобы, — поправил я. — А нам нужно, простите за прямоту, задницу рвать, чтобы оправдать потраченные на нас десять миллионов в год. Я вон дворец отдал под университет — это хорошее начало. Теперь нужно продолжить — нам столько дворцов не нужно. И охоту я вашу, папа, на двуногую дичь перенаправить хочу — искать контрабанду, ловить беглых каторжников и брать след от места преступления до преступника. Кабинетскими землями заняться нужно — построить там предприятия, подтянуть сельское хозяйство: это позволит нам кормиться только с них, не трогая живых, государственных денег — как в Германии.

— Был у нас один пруссофил, — фыркнула Дагмара. — В Михайловском дворце его за это и кончили!

— Символизм палка о двух концах, — парировал я. — Нашу страну можно сравнить с Троей, а вы предлагаете мне жениться на Елене.

— Хватит! — одернул нас Александр. — Где денег на свой план брать собрался?

Вот это уже нормальный разговор!

— Помимо отчета о тратах, я присылал длинный список промышленных обществ, которые начали добывать золото — на Дальнем Востоке и немножко в Сибири его очень много. Сотню пудов совокупно уже добыли, и это — только начало. А еще есть алмазы, есть бесконечные запасы нефти, есть ценнейшие, редкоземельные металлы, и это я еще не говорю о неисчерпаемых залежах железа, угля и прочего добываемого чуть ли не со времен Ивана Грозного, — широко улыбнулся. — Наши предки, папа, подмяли под себя одну шестую часть суши — даже я не знаю, через сколько сотен лет у нас иссякнут даруемые природой ресурсы.

— Алмазы? — переспросил Александр.

— Минимум десять прекраснейших кимберлитовых трубок! — подтвердил я. — Только представьте — миллиарды лет назад…

Увлекшись, я минут сорок описывал геологические процессы, благодаря которым полезные ископаемые из глубин планеты попадают в ее кору.

Августейшие родители слушали с открытыми ртами — многое из рассказанного в эти времена уже известно, но разве у них было время и мотивы копаться в сложных, узкоспециализированных журналах? Надо будет от своего имени монографию «тиснуть», например — «Краткая геологическая история Земли». С полтыщи страниц не напрягаясь выдам!

Я замолчал, Александр пришел в себя и начал принимать решения:

— На просвещение мои личные деньги возьми — из английского банка. Не помню, сколько там точно, но хватить должно.

— Спасибо, — не стал отказываться я.

— В понедельник, напомню, у тебя Синод, а во вторник и среду пойдешь на заседание Государственного совета, — продолжил Александр. — Не вмешивайся — просто посмотри, обвыкни. А в октябре поедешь в Германию.

— Саша! — запротестовала Дагмара.

Взглядом заставив жену замолчать, царь продолжил:

— Доклад Синоду пришли почитать, — велел Император и скривился. — Жиды…

— Жид тоже человек, — пожал я плечами.

Нацист, конечно, и как-то многовато семитов на верхушке социальной пищевой цепочки, но Империя работает только тогда, когда в ней хорошо жить вообще всем, а не кому-то одному.

— Ступай теперь, — сделав жене рукой знак остаться, велел мне царь.

— Спокойной ночи, — поднялся я на ноги и направился к выходу, — Спокойной ночи, мама.

— Доброй ночи, — вполне радушно улыбнулась она мне.

Ключевая задача успешно выполнена — Великий План царем услышан, и Александр уже никуда от него не денется — будет сутками гонять в голове, вертеть так и эдак, взвешивать риски и измерять уровень пользы. Голова у него на это дело натренирована — не первый год на троне, а на «Запаску» его учили в свое время добросовестно. Даже человек средних от природы способностей может развить в себе нужные компетенции, так что неизбежность предложенного мной развития событий Александр должен понять и как-то отреагировать. Он уже и начал — одобрением внешней политики посредством благословления на брак с Марго и первого большого проекта — его я частично реализовал по пути в Петербург, но единичные школы и училища — это ничто, проблему нужно решать централизованно.

Я вошел в свои покои, слуги отработали, и я улегся в приятно прохладную постель. Синод, полагаю, Победоносцев уже «построил»