Искатель, 2013 № 11 - Владимир Гусев

И не дождался. К машине почти бежал.

— Я первый! — крикнул, еще не открыв дверцу.

— Мы и тебя посчитать хотели! — усмехнулся сын.

Интересно, сколько раз, пока он был маленький, я прочитал ему книжку про козленка, который всех считал? Да, но почему только хотели?

— Но не смогли, — прочитал мои мысли Сережка. — Ты не включил мобильник, а сканер — пассивный. Вычисляет только включенные мобилы.

— Блин! — не сдержался я.

— А кто-то учил меня не ругаться… — напомнил сын.

— Блин — не ругательство, — пробормотал я, включая телефон, — а выражение эмоций.

— …И говорил, что не так уж важны слова, которыми ругаешься, главное — отрицательные эмоции, которыми заражаешь окружающих.

— Научил на свою голову… Второй пошел! — сказал я уже Косте. Он провел какие-то манипуляции с девайсом, улыбнулся: — Есть!

Я начал записывать в блокнот очередность: Ясновидящий, Предсказатель, Йог, Гадалка, Хиромантка, Фантаст…

— Прочитались только второй и четвертый, — огорчил меня Костя. — Остальные, наверное, забыли включить мобильники.

— И злиться на них нельзя, сам такой, — не упустил момента сын.

— Нет бы посочувствовать отцу!

А где же Аналитик? Вместо него вышли три женщины. Видимо, сотрудницы «Знания».

— Женщины меня не интересуют.

— Совсем? — съехидничал Сережка.

— Нет. Только эти три. Старые и толстые, такие мне не нравятся.

Сергей хмыкнул. Деликатный; не съязвил: а тебе, папа, сколько лет? Неужели надеешься соблазнить молодую и стройную? А может, еще и красивую?!

Нет, не надеюсь. Потому и живу один.

— Этих двоих мужчин я тоже не знаю. Пропускаем.

Аналитик вышел только через двадцать минут, вместе с Куратором. Теперь понятно, почему я не дождался выстрела в спину: Куратор выбрал нового фаворита.

— Этих двоих берем.

— Они не определяются! — удивился Костя. — Хотя мобильники включены. Странно…

— Наверное, в ответ на появление сканеров были разработаны и способы защиты от них. Ну и ладно, с этими двумя я все равно не стал бы связываться. Как вы передадите мне номера? Могу записать прямо сейчас.

— Возможны ошибки, — сказал, стараясь придать голосу солидность, Костя. — У вас смартфон?

— Да нет, простейшая «Нокиа». Без камеры, без блютуса, без…

— Пап, дальше можно не перечислять, — перебил меня Сережка, — список длинный. Я перешлю тебе номера почтой.

— Что ж, поздравляю с успешным завершением операции! Всем спасибо. Сколько я вам должен?

— Пап, мы потом уточним калькуляцию и выставим счет. Тебя подвезти?

— За дополнительную плату? — хмыкнул я.

— В качестве бонуса.

— Нет, спасибо. На метро я быстрее доберусь. Не люблю торчать в пробках, а сейчас — пик.

Сергей уловил интонацию и улыбнулся.

Я попрощался с юношами за руку. Помню, как приятно было в молодости, когда пожилые мужчины протягивали мне руку. Возвращаю долг.

В метро, под грохот колес и толкание соседей, я вдруг подумал: а почему бы и мне не попробовать найти золото? Про грант пока одни только слова, а золото — вот оно, где-то рядом. Нужно пойти туда, где оно спрятано, и взять его.

Но вначале нужно попасть в Библиотеку. А мне доступ в нее закрыли. Да и в существование Библиотеки я не очень-то верил.

Ну, было мне какое-то видение, и что? В здание с белыми колоннами я не входил, библиотекарь меня не встречал. Аналитик и Гадалка нашли слитки тоже без помощи Свитков. Но у них, наверное, есть какие-то врожденные способности. Они есть у всех людей, в зачаточном виде, в спящих генах. Однако лишь некоторым удается их развить до уровня практического использования. Это как музыкальный слух. Уши есть у всех, но абсолютный слух — у немногих. Так и с телепатией, ясновидением и прочей парапсихологией: очень немногие могут отличить ре от ре-диез. Я — точно не могу, проверено. В молодости играл на гитаре, помню, с каким трудом ее настраивал. Но: люди с абсолютным слухом рождаются в семьях не только музыкантов. Моего деда по материнской линии всегда приглашали на свадьбы и застолья — он прекрасно пел. Может, и мне дано что-то такое, о чем я даже не подозреваю? Просто потому, что не было случая это использовать, а значит, не возникло желания развивать скрытый талант? В этом нет никакой эзотерики, астрала, ментала и тонкого мира. Всего лишь новые возможности вида Хомо Сапиенс, который продолжает свою эволюцию, что бы там ни говорили ученые. Человек — существо социальное, вот эволюция и пошла по пути усиления его способностей общения с другими особями вида. Телепатия — следующий этап, и это будет такой же скачок в развитии человека, как возникновение речи.

Чуть не проехав свою станцию, я из духоты метро вышел в духоту летнего вечера, вспомнил, что в доме нет хлеба и сметаны, зашел в супермаркет. Как обычно, половина касс не работала, пришлось стоять в очереди. Девушка в неприлично коротких шортиках, вертевшаяся передо мною, включила плеер, а я настроился на музыку мыслей.

У моего деда были слух и голос. Он, крестьянин, не мог стать оперным певцом, но его дар все же как-то проявился. Если бы у меня были какие-то способности к сверхчувственному восприятию — неужели я не заметил бы их? Стоп, стоп… А если порыться в файлах памяти?

Я возвращаюсь с пляжа. Дорогу преграждает компания, играющая в волейбол. Найти здесь ровную площадку не так просто, тропинка, по которой я иду, пересекает круг играющих. Я вежливо обхожу их по песку и кочкам, поглядывая то под ноги, то на волейболистов. Играют они хорошо, каждый третий-четвертый удар резаный. И прием мяча хороший, он редко вылетает из круга.

Обойдя волейболистов, я возвращаюсь на тропинку, слышу за спиною звонкий удар по мячу. И вдруг понимаю: сейчас мяч попадет мне в затылок. Понимаю, не верю в это, но, не останавливаясь, делаю несколько шагов полуприсядом. Мяч, чиркнув по волосам, далеко летит вдоль тропинки. Позади раздаются удивленные возгласы. Мяч во время игры — точка преткновения всех взглядов, волейболисты смотрели на него и удивились: я почувствовал опасность затылком. Не оборачивался, но полуприсел на ходу именно на столько, на сколько было нужно. Я понимаю: теперь, для полноты эффекта, главное — никак не отреагировать. Ну, есть у меня глаз на затылке, а у вас что, нет? Мимо пробегает высокий светловолосый парень в красных трусах. Хватает мяч, бежит обратно. Пробегая мимо меня, движением головы, взглядом, словами выражает восхищение:

— Ничего себе!

Разговаривать нам некогда — игроки ждут мяч, — поэтому я лишь доброжелательно улыбаюсь. И хвалю себя: выдержал, не испортил маленький спектакль никчемной фразой.