Отражение ночи - Альбина Севенкова

— Я такая дура, — рыдала Лидия у неё на плече.

— Ну что ты. Это неправда.

— Правда.

— Нет, ты очень сообразительна и схватываешь всё на лету. Откуда тебе было знать что-то о короле Адении? К тому же он и, правда, не ангел.

— Да? А выглядит он именно так.

— С этим я не спорю. Но это для тех, кто не знает его близко. Этого юношу часто сравнивают с огнём. Он может согреть и подарить тепло, а может спалить беспощадно без всяких угрызений совести.

— А разве так бывает? Я думала, человек может быть или хорошим, или плохим.

— О, как ты далека от истины. Хотя, может быть, это я далека от неё, — вздохнула Рогнеда.

— Скажи, магия, которая под землёй, она убьёт нас?

— Зависит только от нас.

— А я могу чем-то вам помочь?

— Ты уже нам помогла. Но, может быть, сможешь и ещё что-то, думай. Понимаешь. Главное ведь, а во внутренней силе каждого человека.

— Рогнеда, а у твоих братьев красивые невесты?

— Не знаю, — засмеялась девушка. — Они мне их не показывали. Думаю это от того, что их сердца ещё не опалил огонь любви.

«Как твоё», — подумала она, не сказав. «Ты ещё и сама не понимаешь, как сильно влюбилась, дитя».

— Да, всё это очень интересно, — произнёс Ворон, побывавший в холодном подвале.

— Замёрз, как собака, и ничего интересного, — в пику ему сказал Медведь.

— Где свиток, — спросил Эдвард.

Бумаги ему подал Лучезар со словами:

— Здесь перевод, выполненный Рогнедой.

Сокол отошёл от остальных, просматривая бумаги.

— У меня пока что один вариант, — продолжил Ворон. — Преобразовать всю нашу имеющуюся магию в огонь — противоположность холоду. И под давлением попробовать запечатать всё это безобразие.

— Это всё слишком просто, — сказал рыжий Артур.

— Если у тебя есть решения посложнее, я готов выслушать, — огрызнулся Робин.

— Я пока что не додумался ни до чего, — покачала головой Ратмир. — Но твоё предложение нужно рассмотреть. Время пока есть. Будем думать сутки. Завтра на рассвете соберёмся за столом и обсудим всё, что придёт в голову.

Ворон тяжело вздохнул, а Медведь устало закрылся ладонью от полуденного солнца. К ним подошёл Эдвард и сказал:

— В общем, перевод выполнен правильно. У меня только вопрос о противостоянии. Светлые маги и колдуны, перешедшие на сторону света должны объединиться. Как это понимать?

— Что тут непонятного, — без обиняков произнёс Лучезар. — Давно ли вы перешли на эту сторону?

— Иными словами, ты считаешь, что мы состояли в обители Зла?

— Все считают, что творят добро. Только судить надо по делам. Захватив власть в стране, вы не изменили ничего к лучшему.

— У нас не было на это времени, — бросил целитель. — Что ты вообще знаешь о власти? По-твоему, те, кто якобы управляет государством, могут сразу устроить в нём рай?

— Ладно, хватит, — сказал Ворон. — Доля истины в его словах есть. Сделать что-то существенное мы не успели. И если бы не ряд судьбоносных событий, может и не пытались бы.

— Да, и только жизнь стала налаживаться. Вдруг на тебе. Катастрофа у порога! — громко пробурчал Медведь. — Удастся ли нам выбраться из этого дерьма на этот раз? Может, скажешь, раз такой умный?

— Как оказывается, не такой уж и умный, — бросил Лучезар.

— Вот и помалкивай, а то мы так никогда не объединимся, — закончил перепалку Сокол.

Над развалинами замка заиграли лучи восходящего солнца. Приветствуя его, всё живое стрекотало, шумело и пело.

— Может быть, это — последний рассвет, который нам суждено увидеть, — думал Ворон, направляясь к месту у входа в разрушенное здание.

Жители цветущей пустыни уже поджидали его там. Даже сейчас ему не хотелось занимать голову чем-то серьёзным. Его мысли были рядом с Анной. Вот на её румяную щёчку упал непослушный локон, а вот из-под длинного платья приветливо показался башмачок. А эта улыбка… Если люди действительно проживают не одну жизнь, то даже в следующем воплощении он не сможет её забыть. Ответив лёгким кивком на приветствия, Ворон занял место во главе стола. Ведущим собрания выступил рыжий Артур.

— Я приветствую собравшихся здесь и без долгих вступлений прошу вносить предложения по очереди. Так как речь идёт не о приятном деле начнём с мужчин. Леди Рогнеду выслушаем в последнюю очередь.

Первым встал Лучезар.

— Я предлагаю объединиться и укрепить уже имеющийся барьер. Учитывая имеющийся потенциал, он продержится несколько месяцев.

— У кого-то есть возражения? — спросил Робин.

— Да, — произнесла Рогнеда. — В лучшем случае мы сможем получить отсрочку, но что она нам даст? Отсюда придётся уходить, а аренийский король не внемлет доводам рассудка. Он попытается разрушить чары и, скорее всего, сделает это.

— Я согласен с графиней, — сказал Сокол. — И хочу высказаться.

— Мы слушаем тебя, — снова сказал Ворон.

— Ещё раз внимательно изучив свиток и письмена на стенах замка, я пришёл к выводу, что воздействовать на стихию имеющейся у нас магией не имеет смысла.

— И что же ты предлагаешь, — спросил Ратмир.

— Нужно каким-то образом воспользоваться силой простых смертных.

— Это как? — решил уточнить Буслай.

— Это теми заговорами, которыми владеешь ты, Оденский и твоя тётя Анна Рейн.

Все посмотрели на Ратмира, который пребывал в задумчивости. Спустя несколько мгновений он включился в беседу:

— Я думал об этом. Для того чтобы Сила простых смертных, как вы её называете, действовала, в каждом произнесённом слове должна быть истина.

— И? — кратко спросил Ворон.

— Впервые я не знаю, что сказать и пообещать этой стихии. У меня, конечно, уже заготовлена речь, но в ней есть место сомнениям.

На сборе воцарилось молчание на долгие минуты.

— У кого-то ещё есть предложения? — произнёс Медведь.

На этот раз встала Рогнеда.

— Я согласна с тем, что нужны искренние слова, но, без чар здесь тоже не обойтись. Считаю, что в ритуале должен присутсвовать знак единства, созданный нашей силой. Пока он будет сдерживать стихию. У Ратмира будет возможность произнести речь.

Подождав, когда Рогнеда сядет и получив знак от короля, герцог Керн вновь подал голос:

— По приказу короля Арении и собственному усмотрению объявляю перерыв на два часа. За это время каждому из нас предстоит обдумать детали предстоящего обряда. Если у кого-то есть возражения, прошу предъявить их сейчас.

После этого маги и присутствующая здесь Лидия разбрелись в разные стороны.

Стараясь не мешать друг другу думать, молодые люди избегали общения всё отпущенное время. Рогнеда сосредоточенно взирала на склоняющееся к закату солнце, а Лидия полоскала ладони в прозрачном ручье.

Собравшись на прежнем месте, молодые люди обсуждали подробности. Пользуясь магией, Ворон рисовал в воздухе картину предстоящих событий, показывая каждому места, где они должны стоять и рассказывая очередность действий. Поправки вносились в ходе объяснений.

Наконец, было принято решение сразиться со стихией на рассвете. Слушавшая разговоры магов издалека Лилия, подошла к Рогнеде и обняла её.

— Я верю, что у вас всё получится, — произнесла она.

Графиня погладила девочку по голове.

— Это очень хорошо, вера нам нужна.

— Из разговоров я поняла, что наш король не хочет помогать вам. Значит, всё, что говорила о нём моя хозяйка неправда. На самом деле он злой?

— Ну, может быть, и не всё неправда. А может быть он не такой уж и злой, просто глупый. Мы все этим грешим иногда. В любом случае хорошо, что ты делаешь выводы самостоятельно. А почему ты продолжаешь называть его «нашим» королём? Ведь тебя воспитала аденийка, к тому же ты собралась уехать с нами.

Услышав последнюю фразу, Лидия просияла.

— Вы честно возьмёте меня с собой? Ты не передумала?

— Почему я должна передумать? — искренне удивилась Рогнеда.

— Я некрасивая, глупая и неумелая, — выпалила её собеседница.

Графиня Ронская отошла от неё немного и, демонстративно сощурившись, стала рассматривать.

— Что? — испугалась Лидия.

— И ты собираешься с этим что-то делать? — сдерживая смех, ответила вопросом на вопрос Рогнеда.

— А что с этим можно сделать, — уныло произнесла бывшая служанка.

— Послушай меня внимательно, дорогая. Нет ничего такого, что нельзя было бы изменить. Предела совершенству нет. Если тебе чего-то не хватает, борись за это, а ныть перестань.

— Но как я могу обрести то, что мне не дано! — вскрикнула Лидия.

— Это не всегда просто, но возможно. Например, у меня от рождения был очень слабый магический дар. Считай, его не было совсем. Никому и в голову не приходило, что магию можно развивать. По общепринятым меркам я совершила невозможное. Теперь я имею огромный энергетический потенциал, которым не может похвастаться никто. Более того я знакома со многими людьми, которые смогли обрести то, что им не было изначально дано. Плакать и презирать себя — легче всего. Научись жить!