Великий подвиг труда - Николай Николаевич Родионов

войны партийная организация выросла до трех тысяч. Среди принятых в партию в годы войны С. Н. Назаров — проходчик шахты № 7-8, ныне Герой Социалистического Труда, Галя Самохвалова — навалоотбойщица шахты № 22, Е. В. Бабенко — бурильщик, М. Я. Полухина — машинист электровоза шахты № 4-6, А. Ф. Ештокин — главный инженер шахты № 205 (ныне первый секретарь Кемеровского обкома КПСС), А. А. Рафалович — руководитель группы проектирования отдела капитального строительства завода имени С. М. Кирова (впоследствии директор этого завода) и сотни других.

Государственный Комитет Обороны принял постановление от 31 октября 1942 года «О повышении добычи угля в Челябинском угольном бассейне». Это и другие постановления Государственного Комитета Обороны, постановления ЦК ВКП(б) и Совнаркома СССР по развитию добычи угля явились для Копейской городской партийной организации программой работы. Значительную помощь партийной организации и всем угольщикам оказали приезжавшие в Челябинск член Политбюро ЦК ВКП(б), первый заместитель председателя Совнаркома СССР Н. А. Вознесенский и уполномоченный ГКО Д. С. Коротченко.

Именно огромная помощь ЦК ВКП(б), Государственного Комитета Обороны, обкома партии и всей Челябинской областной партийной организации, умноженная на героический труд шахтеров бассейна, обеспечили в годы войны сравнительно бесперебойное снабжение углем промышленности, железнодорожного транспорта не только нашей области.

— Угля! Больше угля! — требовали электростанции, железнодорожный транспорт, заводы, фабрики.

— Людей! Больше людей! — требовал фронт.

Шахтеры, как и каждый советский человек, готовы были в любую минуту сменить отбойный молоток на винтовку, врубовую машину — на танк. И многие уходили на фронт. Уходили сотни, уходили тысячи, и по мобилизации и добровольно. Из 19 тысяч рабочих в конце войны на шахтах Копейска старых кадровиков было только 5100.

Трудно на фронте. Трудно и оставшимся в тылу. Горняки, спускаясь в шахту, говорили: «Каждый шахтер — ныне боец. Каждая лава — рубеж».

Шахтеры на трудовой вахте.

Отвечая делом на призыв партии и Советского правительства, шахтеры работали не щадя своих сил. «Работать за двоих, за троих!» — такой лозунг звучал на всех шахтах, разрезах, стройках.

Выражая мнение всех рабочих, бригадир навалоотбойщиков шахты № 7-8 Е. И. Купричев на одном из собраний сказал:

— Теперь нельзя работать по старинке. Многие товарищи ушли на фронт громить оккупантов, наказав нам работать и за себя и за них. Нет слова, задача нелегкая, но ведь каждому ясно, что война требует полного напряжения сил, мобилизации всех возможностей.

Машинист конвейера шахты № 4-6 Кузовникова взялась обслуживать два привода вместо одного. Машинист врубовой машины шахты № 204 Кочкорбай Наязов со своими помощниками, выпускниками школы ФЗО Кучером и Мальцевым, обслуживал две лавы, выполняя норму на 250—300 процентов. Бурильщики Е. В. Бабенко (шахта № 4-6), Я. Московский и К. Майер (шахта № 7-8) стали обуривать по пять забоев. Машинист врубовой машины шахты № 7-8 П. А. Томилов начал производить двукратную зарубку лавы, что повышало производительность труда навалоотбойщика на 20—25 процентов. Вскоре его примеру последовали машинисты врубовых машин В. В. Гребенщиков и В. Нурмухаметов (шахта № 21-23), В. Д. Кривенький (шахта № 12-16) и многие другие.

Именно этот почин в конечном счете привел к тому, что конструкторам завода имени С. М. Кирова пришлось сконструировать двухбаровую врубовую машину, которая служила много лет, вплоть до появления угольных комбайнов.

Но угля не хватало. Кировский райком партии обратился ко всем труженикам района с призывом идти в шахту в свободное от работы время, помочь шахтерам добывать уголь. Горком партии поддержал эту инициативу. Трудящиеся города с патриотической готовностью откликнулись на призыв. В свободное от работы время добывали уголь секретари горкома и управляющие трестов, рабочие заводов и артисты Воронежского драматического театра, учителя и служащие учреждений.

Вводятся в строй новые шахты. Нужны рабочие. Кадры горняков пополнялись за счет жен и сестер ушедших на фронт шахтеров и прибывших по призыву ЦК ВКП(б) колхозников.

Для прибывающих рабочих не хватает отбойных молотков и шахтерских ламп. Принимается решение изготовить обушки. Это хотя и устаревший шахтерский инструмент, но в сочетании с врубовой машиной и отпалкой может хорошо послужить. И он, действительно, послужил хорошо.

Изготовление обушков поручено заводским коллективам. Металлические детали для ламп «Вольф» готовили ремонтные мастерские горноспасательной станции, стекла к ним — коллектив копейской базовой аптеки.

Новых рабочих надо было быстро обучить нелегкой шахтерской профессии. Организуется массовая сеть технической учебы, где ведут занятия, наряду с инженерно-техническими работниками, старые шахтеры, стахановцы, лучшие мастера угля. Параллельно с этим создаются стахановские школы. Каждый поступающий на шахту прикреплялся к старому рабочему и проходил учебу прямо в забое, в лаве. Один из лучших забойщиков шахты № 21-23 Нургоян Шарипов, несмотря на свой возраст (ему шел тогда седьмой десяток) и загруженность по общественной работе, обучал каждого новичка с такой отеческой любовью, что молодые рабочие почитали честью попасть к нему в ученики. За свою многолетнюю трудовую деятельность он обучил шахтерской профессии 125 молодых рабочих, из них добрую половину в годы войны.

Хлопот по обучению молодых рабочих было много, но молодежь, сознавая всю ответственность перед Родиной, трудилась с большим энтузиазмом.

Среди новых рабочих были приехавшие по призыву ЦК ВКП(б) колхозники из Узбекистана, Казахстана, Киргизии и Кара-Калпакии. Лишь небольшая часть из них имела опыт работы на строительстве Ферганского канала. Руки же остальных знали только кетмень хлопкороба. Они быстро овладевали шахтерскими профессиями и вместе со старыми прославленными горняками по-фронтовому боролись за уголь.

«Провожая меня из родного кишлака на работу в угольную промышленность, — писал Кулумурат Давлеев — навалоотбойщик шахты № 204, — мои товарищи по колхозу говорили мне:

— У нас в колхозе ты был стахановцем, покажи себя, Кулумурат, достойным сыном Узбекистана и на шахте.

Эти слова глубоко запали мне в душу. И вот я очутился в Копейске — городе угля. Мы попали в дружную шахтерскую семью. С любовью и большим терпением нас обучали горняцкому ремеслу. На помощь приходил инструктор по технической учебе т. Жансаров.

Шаг за шагом постигал я горняцкую науку. Испытания сдал на «хорошо» и начал работать самостоятельно навалоотбойщиком. В июле решением жюри мне было присвоено звание «Ударник периода Великой Отечественной войны». Это была победа, но не полная. Мое стремление было стать стахановцем периода Великой Отечественной войны. И как радостно сейчас сознавать, что высокой производительностью я добился этого почетного звания».

Ударной работой завоевали уважение у старых