Моя Оборона! Лихие 90-е. Том 4 (СИ) - Март Артём

Косой проводил Егора взглядом. Он не отворачивал глаз, пока тот не сел в машину, не завел двигатель и не уехал.

Бандит не поверил Егору до конца. Конечно, Автомат излагал складно, очень даже убедительно, и Косой подумал, что такой дуболом, как Летов, наверняка поверил во все эти россказни. Однако доверяй, но проверяй. Мало ли что Автомат, этот хитрый козел, мог придумать.

Косой тяжело засопел, зашевелился, зашуршал одеждой, потянувшись в карман плаща за сотовым. Когда извлек телефончик, стал звонить на домашний аппарат одному из своих людей. Из тех, в ком был на сто процентов уверен.

— Алло, Виталя? — Спросил он, когда на том конце взяли трубку. — Да, это я. Короче, надо мне кое-что от тебя. С Автоматом у меня проблемы намечаются. Надо бы что б твои ребята с ним поработали. Нет, пока обойдемся без рукоприкладства. Мне надо, чтобы ты установил за ним слежку. Ну, как ты это умеешь, без шума и пыли.

Когда мы встретились с Кулымом, дом его был почти что пуст. Прислуга разошлась по домам, и свет горел только в окошке комнаты Марининой мамы, да в гостиной, где старик смотрел телевизор.

В вечерних новостях женщина-диктор зачитывала что-то о референдуме доверия президенту Ельцину, назначенному на конец месяца.

Когда мы с Мариной вошли, Кулым отвлекся от телевизора, встал.

— Я не сомневался, что ты приведешь ее, — сказал он хрипловато.

Марина молчала. Стоя перед дедушкой, которого старость склонила почти на один рост с ней, она стыдливо опустила взгляд. Я тоже молчал. Это был их семейный разговор, в который вмешиваться я не собирался.

— Витя все тебе рассказал? — Спросил вдруг Кулым, нарушив неловкую тишину.

— Да, — пискнула Марина.

— И что ты хочешь мне сказать?

Девушка робко подняла взгляд.

— Прости меня, дедушка. Я была настоящей дурой. Мне не следовало…

— Иди сюда, — вдруг строго перебил ее старик, и я напрягся.

Удивленная Марина застыла на месте в каком-то ступоре. Кулым же, слегла, улыбнулся, раскрыл руки для объятий. Марину тут же бросилась к нему, и старик обхватил ее суховатыми руками. Стал что-то тихо говорить. Девушка только кивала. Потом тихо замурлыкала что-то в ответ.

Дедушка с внучкой расцепились, оба посмотрели на меня.

— Спасибо, Витя. Я снова твой должник, — сказал Кулым.

— Деда, — вдруг заговорила девушка. — Мы с Витей… В общем… Мы решили…

— Что?

Не решившись сказать, Марина зарделась и отвернулась.

— Мы решили пожить вместе, — сказал я с добродушной улыбкой. — Полагаю, Марина пытается спросить у тебя разрешения.

Кулым хмыкнул, а девушка быстро закивала: да, мол.

— Что ж, — начал он помягчавшим голосом. — Для меня сейчас самое важное, чтобы моя семья была в безопасности. Чтобы продолжение моего рода было в безопасности.

Мы все молчали, ожидая, что же скажет старик.

— Я всегда считал, что во всем городе существует только два безопасны места для Марины: это мой ресторан и мой дом, — продолжил он уже строже.

Я заметил, как глаза Маринины погрустнели. Девушка будто бы немного отстранилась от Кулыма, обняла локотки.

— Но, когда появился ты, Витя, оказалось, что есть еще одно место — рядом с тобой. Потому я не против. Но у меня встречное предложение: на Черемушках, в одной брежневке есть у меня квартира. Трехкомнатная. Ну как у меня… Официально она принадлежит городу. По факту — моя. Так надо было сделать. Почему? Ай… Нужно вам слушать про мои мутки с горсоветом? Думаю, нет. Короче. Она пустует уже шесть месяцев. Я буду рад, если ты будешь жить там вместе с Мариной. Конечно, если ты не против.

Марина глянула на меня с мольбой во взгляде.

— Сколько квартплата? — Спросил я.

— Не сколько, — улыбнулся Кулым. — Должен же я как-то отблагодарить тебя за помощь, а? Ну как? Согласен? Можешь жить в ней, как в своей. Я буду не против.

— Если только с последующим выкупом, — пошутил я.

Тем не менее на лице старика появилась задумчивая маска. Кажется, он принял в серьез мои слова.

— Почему бы и нет? — Сказал он вдруг. — Только нужно доделать кое-какие документы, чтобы переписать ее уже на меня. Оборона у тебя раскрутится быстро. Вон, ты еще даже ремонт не закончил, а уже подгреб под себя самый сладкий ломоть в городе — масложиркомбинат. Если так пойдет, через год, другой, будешь себе машины из-за границы на заказ покупать.

— Ну что ж, — я тоже посерьезнел. — Если ты не против, я согласен. Поговорим обо всех нюансах по квартире позже. А сейчас у меня для тебя другая новость, Кулым.

— Какая? — Старик явно напрягся.

— Марина не сказала тебе, где и с кем она была?

— Не успела, — сказал Кулым, бросив на девушку взгляд.

— Объявился ее отец, Иосиф. Я застал их вместе, и он собирался увезти Марину из города.

Кулым помрачнел.

— Ты правда с ним разговаривала? Сама согласилась? — Спросил он девушку.

— Да, — сказала Марина, помолчав немного.

Казалось, Кулым не удивился такому ответу.

— Иосиф, как обычно. В своем репертуаре, — вздохнул он. — Присядем, Витя? Расскажешь мне поподробнее?

Когда мы присели за уже знакомый мне гостиный стол, Кулым предложил выпить, но я отказался. Потом я вкратце рассказал о моей встрече с Мариной и ее отцом Иосифом.

— Ну… На самом деле, меня не удивляет, что он заболтал Марину, — сказал Кулым. — У Иосифа всегда был длинный язык. А еще скверный. Сын постоянно нарывался на проблемы, потому что не мог вовремя заткнуться. Да и лапши навешать он умеет.

Старик многозначительно посмотрел на Марину, и та, мне показалось, вот-вот начнет таять от стыда.

— Вот он тебе, Марина, и навешал. Что было потом? — Обратился он уже ко мне. — Ты знаешь, куда он свалил? Может, что-то сказал?

— Мы собирались в Краснодар на машине, — несмело вклинилась Марина.

— Вранье, — отрезал Кулым.

— Я тоже так думаю, — кивнул я. — Что-то тут нечисто. Слишком вовремя он подоспел. Как раз, когда у тебя с Косым начались все эти дела.

— Думаешь, его подослал Косой? — Спросил Кулым задумчиво.

— Или кто-то, кто не очень хочет, чтобы с Косым у тебя были какие-то дела.

Взгляд старика снова стал задумчивым, он подпер подбородок ладонью.

— Хреново все это, — выдал он наконец. — Очень хреново. Надо бы найти Иосифа, и хорошенько потрусить. Хотя видеть его поганую рожу я хотел бы меньше всего. Надо подумать, с чего начать, как на него выйти. Он знает, что теперь я могу начать его искать, и будет шифроваться, как сабатер на заводе.

— Говоришь, он у тебя игрок? — Хмыкнул я. — Долгов куча, картежник и так далее?

— Ага, — грустно покивал Кулым. — Горбатого могила исправит.

— Тогда надо начать с тех, кому он мог быть должен денег, — я ухмыльнулся. — Не ошибешься.

— А это может сработать, — улыбнулся Кулым. — Кажется, еще до Михалыча у Иосифа были какие-то мутки с пацанами с Кирпичного. Попробую начать с них. Есть у меня там кое-какие подвязки.

На следующий день, утром, я приехал на контору, чтобы проверить, как там идут дела. Бригада уже работала, но Егора среди них не было. А ведь я ожидал увидеть в первую очередь именно его. Узнать, так сказать, последние новости.

Правда, мне почти сразу пришлось отъехать. Бригадир пожаловался, что цемента не хватает, попросил купить, и я отправился на хозяйственный рынок Армавира за лишним мешком.

Когда вернулся, Егор уже был на месте. Он и один из разнорабочих замешивали раствор в большом корыте, энергично работали лопатами, чтобы хорошенько промешать песок.

Бригадир помог мне выгрузить мешок цемента из багажника, а когда я вновь вышел на задний двор конторы, Егор уже нагружал цементом большие мятые ведра, которые подставил ему подмастерье.

Помощник каменщика схватил одно из ведер и пошел с ним в прачечную, оставив Егора одного. Тогда я и подошел к бывшему киллеру.

— Здорова, Витя, — сказал он, не отрываясь от замеса.