Кровавые сны владык - Эльдар Сафин

Теперь ее считали Хан-ши, то ли демоном, который носит в своем животе бога, то ли просто беременной девушкой, которой выпала участь развалить Орду и спасти весь мир. Ее больше не пытались убить, на ее власть новые темники, с которыми она шла к Жако, не посягали. С ней не спорили, если она хотела выехать на прогулку или посмотреть, как учатся воины.

Однако не все было так хорошо.

Дайрут оставил ей весьма тяжелое и неблагополучное наследство, и родовитые степняки продолжали плести интриги. То там, то здесь вспыхивали восстания, от разбойников в дальних провинциях не было продыху, а попытка жестко разобраться с бунтарями приводила к тому, что жители целыми селениями уходили в горы или леса.

Только теперь Айриэлла понимала, насколько уютным и мирным, тихим было ее королевство Дорас. Она хотела бросить все на Ритана, Имура и Коренмая и сбежать обратно, так было бы лучше для всех, однако Голос утверждал, что она нужна здесь, правда, не мог достаточно внятно объяснить, зачем.

После того как ограбили обоз с данью из Вольных Городов и золото исчезло неизвестно куда, Айра погнала свое войско с самой большой скоростью, какую могли выдержать люди и животные.

По словам Имура, у Дайрута и те и другие были куда выносливее — и никто не мог понять, отчего.

— Мы успеем, — говорил Коренмай, морща изуродованное лицо. — Дело времени.

Но вот времени-то у них как раз и не было.

Круглая штуковина в небесах все росла, и теперь было видно, что она похожа на исполинский кусок камня — с выступами и ямками. Она закрывала немаленькую часть неба и порой словно проглатывала солнце, и тогда среди варваров и кочевников начиналась паника.

«Как только она закроет все небо, придет время великой последней битвы, — утверждал Голос. — И ты должна будешь сделать так, чтобы Орда оказалась на той стороне, которая спасет мир».

В последнем письме Параю Недеру Айра написала, чтобы тот не пытался ее вернуть, уговорить или принудить к возвращению рассказами о том, как все плохо в Дорасе. То послание гонец увез около трех недель назад, и от главы тайной канцелярии не было ни слуха ни духа, хотя по времени ответ должны были доставить.

Айра даже не знала, что бы она сделала, если бы оказалось, что в Дорасе произошло восстание или случайно погибли Эона с младенцем; сердце точно бы заставило ее вернуться — но разум вместе с Голосом наверняка попробовали бы настоять на том, что ее место здесь…

— Ну что, поехали догонять наших? — спросил Коренмай.

— Езжайте, я задержусь, — ответила Айра.

В последние дни она несколько раз уже побеждала Коренмая и Ритана в подобных спорах. Ей достаточно было напоминать, что она Хан-ши и что мало кто или что сможет причинить ей вред, а потом намекнуть, что здесь и сейчас она одна значит гораздо больше, чем все Рыжие Псы, вместе взятые.

Это почему-то очень обижало и Ритана, и Коренмая, к тому же в конце концов она все равно настаивала на своем, поэтому, начиная с определенного момента, они перестали настаивать, просто соглашаясь с ней, даже если Хан-ши говорила то, что в их глазах выглядело глупостью.

Вот и в этот раз Коренмай коротко кивнул, собрал своих людей и поехал вперед. Айра знала, что несколько Псов все равно останутся, чтобы охранять ее, не попадаясь особенно на глаза.

Ее это полностью устраивало.

Она ехала по лесу, дыша полной грудью, — бывшая королева Дораса привыкла к весу кольчуги, ее она теперь снимала только на ночь: и самой так было спокойнее, и кочевникам она нравилась больше именно такой.

Они видели в ней Хан-ши, одновременно любили и боялись.

Она пришла к ним из их легенд, для них ее родиной было их детство, и за это они готовы были простить ей все: и предательства, которыми изобиловала легенда о ней, и море крови, и то, что она якобы должна родить не внука Разужи, а какого-то непонятного бога, и многое, многое другое.

Но в платье или халате она слишком мало напоминала Хан-ши — об этом рассказал Имур, иногда выглядевший очень наивным, а в другое время показывавший себя как хитрый и дальновидный полководец.

Под копытами хрустели сучки.

Айра ехала куда глядели глаза, зная, что всегда сможет окликнуть, и молодые воины из Рыжих Псов тут же появятся перед ней, гордясь, что их отправили охранять Хан-ши, и радуясь тому, что они могут ей чем-то помочь.

Мгновения сменялись мгновениями, возвращаться туда, где медленно ползут по имперским трактам десятки повозок, ей не хотелось.

Неподалеку треснул сучок — она усмехнулась.

Наверняка кто-то позже получит выволочку за неумение бесшумно двигаться по лесу. В степи любой из Рыжих Псов мог бы ходить вокруг нее кругами, и она даже не заметила бы этого, но здесь, в лесу, они оказались чужаками — и скрыться им было нелегко.

Она ехала все дальше и дальше, не особо торопясь, но и не медля, двигалась без цели и смысла — это давало ей ощущение свободы, временное и обманчивое, но такое приятное.

Впереди возник широкий ручей. Айра спустилась к нему, выбрала место с глубокой заводью, в которой почти не чувствовалось течение, и, спустившись с седла, взглянула в глаза собственному отражению.

Там виднелась красивая молодая девушка — уже не девочка, хотя еще и не женщина с умными, но грустными глазами, с целеустремленным лицом, где появлялись морщинки в уголках глаз и рядом со сжатыми губами.

Расслабившись, Айра увидела перед собой девочку — почти ребенка.

Она улыбнулась этому призраку из прошлого.

А потом рядом с ней свистнула стрела, еще одна и еще. Даже не сознавая, что она делает, девушка рухнула в воду и почувствовала, что кольчуга и тяжелый пояс с саблей утягивают ее на дно.

То ли здесь было так глубоко, то ли время внезапно растянулось — но Айра все тонула и тонула, она пыталась барахтаться, но от страха и неожиданности потеряла ощущение верха и низа.

«Спасут ли меня наручи? Или я умру?» — подумала она, голова неожиданно прояснилась, и хотя тело еще продолжало бороться, в душе девушка смирилась с неизбежным — и от этого стало очень легко.

«Не умрешь, но это будет очень неприятно, — озабоченно подсказал Голос. — Развернись чуть вправо и оттолкнись ногами».

Айра так и сделала.

К ее удивлению, внизу обнаружилась пружинистая земля — а сил благодаря парному артефакту оказалось более чем достаточно, и через мгновение она судорожно глотала воздух на поверхности.

А потом ее вынули из воды, и Айре неожиданно показалось, что она умерла.

Прямо перед ней, сдержанно улыбаясь, стоял рыжий красавец Мышик Кэйра.

— Я приехал за вами, — сказал он негромко.

— Почему? Зачем? — спросила она, жалея, что выглядит не так, как подобает — не в платье, а в кольчуге, да еще и сырая.