Игры Шпиона - Андрей Закаблуков

улыбка сразу же пропала с лица Панцифаля, — до меня доходят тревожные новости о войне, которая сейчас идёт на границах Пареенда и других стран.

— Кто-то посмел напасть на Пареенд? — Рэнг был поражён до глубины души. — Звучит, как сущее безумие!

— Это не безумие, мастер Рэнг, — грустно покачал головой торговец. — На Пареенд нападают чудовища и демоны. И их целые полчища. Пограничные посты их не задержали — проще остановить лавину. В первые дни они сожгли сотню деревень и сёл по всей приграничной полосе Пареенда. Совет жрецов был вынужден принять решение по отправке войск. Почти всю армию отослали из центральных областей на границы, чтобы они остановили продвижение орд чудовищ. Возглавил силы сопротивления сам великий светлый герой Ксангорф Ликид!

— Ревнитель чести?! — поражённо охнул Винченцо. — Тогда у демонов не будет ни единого шанса.

— Не спеши, юноша, — осадил его Рэнг. — Ксангорф не бог во плоти. Он тоже человек. А человек, даже великий герой, не может быть везде одновременно.

— Нападение началось незадолго до заключительного этапа турнира, — заметил Нирн. — Как будто кто-то хочет, чтобы он не состоялся.

— И, похоже, нам всем известно, кто замешан в этом, — Мала мрачно нахмурилась, вспоминая тот непреодолимый ужас, ту давящую ауру, что лишает желания жить и силы сопротивляться.

— Не секрет, кто из тёмных мутит воду, — кивнул Рэнг. — Молодёжь, похоже, мне нужно кое-что вам рассказать. Отправимся обратно в гостиницу.

Монсэльм единственный, кто слушал разговор невнимательно. Партанентиец пристально смотрел в окно, словно ожидал там что-то увидеть.

— Эй, кудряшка! Не отставай! — подошедшая Мала хлопнула его по плечу.

В ответ бывший капитан неожиданно нервно взвизгнул и подпрыгнул на месте.

— А! Я иду, иду! — он торопливо побежал к выходу, сильно краснея.

— Что это с ним? — недоумевающая мабирийка пожала плечами.

Глава 16. Немного о родстве

Среднестатистическая семья Партанента сильно отличается от семьи в любой другой стране, но не следует думать, будто она просто диаметрально противоположна патриархальной семье. Есть в этом случае свои нюансы. Вместо воли отца всё решается волей матери. В мальчиках Партанента воспитывают послушание и исполнительность. В девочках, напротив, волевые качества и инициативность.

В партанентийских семьях у мужского пола нет никаких прав. В лучшем случае они получают свободу передвижения в пределах своего поселения. Чаще всего матери даже не испытывают тёплых чувств к детям мужского пола, исключения очень редкие, из-за чего те воспитываются не как люди с чувством собственного достоинства, а как будущие рабы.

К счастью, ситуация в Партаненте стремительно меняется. Хотя эмиссарам верховного жреца стоило немалого труда убедить женщин данной страны, что мужчина тоже является человеком, но работа Октавии Лирой, входящей в число великих экзорцистов Пареенда, проведена огромная.

«Об общественных отношениях», профессор кафедры философии Академии Крыльев Руцуго Сиреневый. 456 НВ

Пока Рэнг закупался полезными вещами в магической лавке, на улице уже стемнело. Рынок замер, а большинство торговцев успели прибрать свои лотки. Оставшиеся тоже занимались сборами, готовясь разойтись по домам до следующего дня.

В гостинице было спокойно и уютно. В Партаненте была реализована система, которая отличалась от эрдонийской и вендецианской. Если на родине Ринэи наиболее популярными были блоки из комнат, а в Вендеции — отдельные комнаты-номера, то здесь имел место смешанный вариант. На этаже была общая гостиная комната, которая запиралась на ключ, имеющийся у всех постояльцев блока, и шесть личных комнат, которые закрывались отдельно.

Сейчас вся компания собралась в гостином зале, где Рэнг развалился в кресле около камина, а остальные заняли места на диване и стульях. Старый маг выглядел встревоженным, но начал довольно спокойно, даже буднично.

— Друзья. Вы знаете, что сейчас мы идём в Пареенд на финальный этап турнира. И все вы видели, что сейчас происходит в мире. Князь Тьмы Шпион со своими слугами изо всех сил пытается помешать проведению турнира. Поскольку наградой является титул Защитника Пареенда, я сразу заподозрил неладное. Не исключено, что за эту награду потребуется сделать нечто большее, чем просто подраться на арене с претендентами. Надеюсь, вы понимаете, о чём я? — старик обвёл строгим взглядом всех присутствующих.

— Они ищут не просто сильного героя, которому добренький дядя верховный жрец даст высокий титул, — кивнула Мала.

— Они ищут реального защитника Пареенда в частности и всего светлого мира в общем, — продолжил Нирн.

— Чтобы тот смог разрушить планы Шпиона, — Винченцо горестно схватился за голову. — Эх, друзья мои, в данный момент я просто счастлив, что проиграл тогда.

— То есть… тому, кто выиграет и докажет своё первенство… придётся ещё и с тёмными разбираться?! — выпалила Ринэя, положив лицо на подставленные ладони.

— Да, — Рэнг тяжело вздохнул, посмотрев в пламя камина. — Я не знаю, что случится, когда кто-либо получит титул Защитника Пареенда. Отступят ли тёмные или, напротив, усилят натиск? Понадобится сражаться с ними или нет? Всё это мне неведомо. Скорее всего, есть тайна, которую знают только самые высокопоставленные лица в Пареенде. Эта тайна, как я думаю, станет известна и нам, но лишь в тот момент, когда мы будем на месте и лишимся пути к отступлению. И сейчас я хочу задать серьёзный вопрос вам, как взрослым людям, которые должны сознавать последствия своих поступков. Готовы ли вы идти дальше?

Некоторое время в комнате стояла гнетущая тишина. Каждому было, что вспомнить. И многие вещи были не очень приятными. Чего стоит лишь одна встреча с Князем Тьмы.

— Знаешь, старик, — начала Ринэя, — я, конечно, понимаю весь размах трагедии. Но, — девушка подняла голову и жёстко посмотрела в глаза наставнику, — после всего, что мы видели, через что прошли, будет глупо поворачивать назад. Не знаю, чем обернётся моё решение. Но одно я знаю точно. Пойду до конца и не позволю никому остановить себя!

— Хорошая речь, — улыбнулась Мала. — Именно это решения я ждала от той, кто пыталась побить самого Шпиона. Как обычно прямолинейно и без долгих раздумий. Я тоже иду. Меня ведёт клятва, нарушение которой для меня страшнее возможной смерти от лап тёмных.

— Ты никогда не говорила нам об этом, — справедливо заметил Нирн.

— Это не секрет, — мабирийка скрестила пальцы, глядя невидящим взором перед собой, будто взирая на доступные лишь её воображению картины. — Я поклялась на могиле отца, что дойду до конца в этом турнире.

— Серьёзная клятва, — с уважением заметил Монсэльм. — Лично я пойду за её высочеством и в огонь, и в воду. Мой долг ещё не исполнен.

— Честно? Поджилки трясутся, — неохотно признался усмехнувшийся Винченцо.

— Бояться в такой ситуации не стыдно, юноша, — сказал старый маг. — Если