Апокалипсис, вид снизу. Том II (СИ) - Волков Олег Александрович "volkov-o-a"

— Не стоит, — Инга поднялась следом. — Не забывай: здесь могут водиться змеи.

— Ядовитые кобры в черте города? — тут же съязвил Виант.

— Да, ядовитые кобры в черте города, — Инга с ходу отмела иронию. — Это же тропики. Местные жители прекрасно знают, кем именно питаются ядовитые кобры и прочие гады, а так же, как себя вести, если такая гадина выползет на дорожку. Или зачем, как думаешь, все эти тропинки власти закатали в асфальт?

Виант насупился. Права Инга или нет — не имеет никакого значения. Если опасность стать обедом для ядовитой кобры существует хотя бы теоретически, то её всё равно придётся принять и учесть. Так они и сделали. Виант, Инга следом за ним, двинулись в путь рядом с асфальтированной дорожкой. Залезать глубже в густые заросли травы и кустов они не решились.

Без особых проблем Виант с Ингой пересекли последний квартал, что отделял их от Пассажирского порта Чундила. Лишь редкие прохожие, любители бегать трусцой и ранних прогулок, иногда попадались им навстречу, либо обгоняли их.

Величественное и помпезное здание Пассажирского порта буквально выпрыгнуло им навстречу из-под прикрытия пышного зелёного куста. Виант аж остановился и приподнялся на задних лапах. Что это? Случайное совпадение? Или очередная калька с Земли?

Просторное трёхэтажное здание с башней по середине и шпилем обделано белым гранитом. Длинный портик с высокими колоннами спускается к морскому берегу. Широкие газоны с декоративными деревьями и кустами, а так же цветами и каменными статуями, примыкают к главному зданию со стороны городских улиц. Ещё бы красную звезду на высокий шпиль и герб СССР на стену, то в аккурат получился бы сталинский ампир.

— Ты думаешь о том же, о чём и я? — спросила Инга.

— Да, — Виант кивнул. — Здание пассажирского порта явно построили во времена рассвета коммунистической идеологии. Вон тот гранитный хлопец с горном ну вылитый пионер, — Виант показал лапой на каменную статую на постаменте недалеко от них.

— Да нет же, — Инга нетерпеливо махнула лапой. — Если ты забыл, то сейчас перед нами нелёгкий выбор.

— Это ещё какой? — Виант уставился на Ингу, коварная женщина враз разрушила романтическое настроение от созерцания величественного здания Пассажирского порта.

— По идее, — продолжила Инга, — нам следует найти пожрать и место для днёвки. Шоколадный батончик был вкусным, но я бы не отказалась от возможности съесть ещё такой же целиком. Но! — резко произнесла Инга.

Мы успели как раз вовремя. Примерно через час от второго причала отходит круизный лайнер «Мирзуна». Если мы сумеем пробраться на его борт, то уже через шестнадцать дней будем в Гаочане, на той стороне двух океанов, на берегу столь нужного нам материка Алуна.

— Ты уверена? — недоверчиво спросил Виант.

— Не веришь? Глянь сам, — тут же предложила Инга.

А почему бы и нет? Виант развернул внутренний интерфейс игры. В разделе с «фотографиями» быстро отыскалось расписание Пассажирского морского порта. Действительно, Инга права: совпали день, час, причал и название круизного лайнера. Виант зевнул, на самом деле ему хочется спать, очень хочется, ну и как следует перекусить, разумеется.

— Может, потом? — неуверенно предложил Виант. — Ты же сама говорила, что мы легко найдём нужное судно.

— Виант, — в голосе напарницы брякнул металл, — сегодня 20 июня 8313 года. До начала ядерной войны осталось два месяца и двадцать три дня. К тому же, мы подошли с нужной стороны. Второй причал находится не так уж и далеко от нас, если не сказать иначе — близко.

От напоминания о том, что произойдёт почти через три месяца, по спине и плечам скатился очень неприятный холодок.

— Хорошо, твоя взяла, — Виант махнул передней лапой. — Но учти: если на этой самой «Мирзуне» окажется хреново с едой, то я тебя съем.

— Ага, — Инга кивнула. — Ещё скажи, что сперва жестоко изнасилуешь, а потом съешь.

Виант недовольно насупился. Намёк, точнее, удар ниже пояса, попал точно в цель. Чего, чего, а интима между ними нет от слова «совсем». Насколько Инга была хороша и желанна в теле женщины, ровно настолько же Виант охладел к ней, когда она превратилась в крысу.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Глава 16. Как провожают пароходы

Территорию Пассажирского морского порта от жилого района Гирдан отделяет высокий кованный забор. Квадратные стальные прутья чёрного цвета закручены на манер сверла. Вершину каждого украшает плоский цветок с тремя листочками. Инга первая перебежала через асфальтированную дорожку, что спускается на набережную, и ловко перемахнула через невысокое кирпичное основание забора.

На ухоженном газоне с аккуратно подстриженной травой Виант почувствовал себя гораздо уверенней. Вряд ли ядовитым кобрам понравится, что над ними раз в неделю, а то и чаще, с шумом и лязгом ездят газонокосилки. Они быстро пересекли примыкающие к главному зданию газоны и вышли к причалам. Оказывается длинный портик с колоннами, что спускается к морскому берегу, очень художественно и выразительно прикрывает парадный фасад здания. Нет, даже не так — самую парадную часть.

Широкая полукруглая лестница двумя каскадами выходит к широкому пирсу, что уходит на добрые пять сотен метров от берега. Центральные двери, через которые пассажиры покидают здание вокзала, трудно назвать дверьми. Нет, это ворота, настоящие ворота высотой метров шесть, если не все восемь. На противоположной стороне точно такой же длинный портик с колоннами ограждает и замыкает площадь перед пирсом.

Строители порта не забыли об удобствах для пассажиров. Не только ступеньки, но и три широких спуска ведут от центрального выхода к пирсу. Небольшие электрические автобусы с мягкими креслами то и дело отходят от высоких дверей или останавливаются перед ними. Только большая часть пассажиров предпочитает пройтись пешком, благо великолепное прохладное утро вступило в свои права. Ещё бы не пройтись, Виант приподнялся на лапах и вытянул шею, когда по боковым спускам то и дело с тихим визгом проносятся грузовые электрокары. Широкие длинные тележки до самого верха нагружены разнокалиберными чемоданами. Людям не нужно тащить за собой свой скарб по величественным белым ступенькам, а потом ещё топать по широкому пирсу до нужного причала.

Что самое приятное, строители Пассажирского морского порта не забыли и о крысах. Пусть Виант непростительно долго простоял в тени портика с колоннами, зато несколько дальше, буквально через десяток метров, следом за напарницей он нырнул в спасительную прохладу очередного просторного газона.

Конечно, если разобраться, то строители думали не о хвостатых грызунах. Пусть белый гранит отражает большую часть тепловой энергии Таяны, местной звезды, но он всё равно постепенно нагревается. Не будь по среди площади перед пирсом широких зелёных газонов с декоративными кустами и деревьями, то, в разгар жаркого дня, площадь превращалась бы в раскалённую каменную пустыню. Чтобы подобного точно не произошло, сразу четыре круглых фонтана распространяют вокруг себя приятную влажную свежесть. Но и это ещё не всё.

Широкая пунктирная линия зелёных газонов разделяет ещё более широкий пирс на две половинки. Многочисленные деревянные беседки с белыми скамейками укрывают пассажиров и провожающих от палящих лучей Таяны. Иначе говоря, коммунистические власти Штании добились своего: красота, величие и удобства встречают пассажиров, что сходят на берег после морского путешествия.

— Смотри, — Виант приподнялся на задних лапах, — а пассажирский порт загружен никак не меньше грузового.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Из Чундила во все концы Ксинэи постоянно уходят и прибывают пассажирские суда. Всего двенадцать причалов, пять с южной стороны пирса, пять с северной и ещё два на дальнем конце. И все без исключения заняты красавцами лайнерами. Хотя, не совсем. Виант напряг глаза. К дальнему причалу аккуратно швартуется белоснежное судно с тремя, нет, с четырьмя палубами. А от другого, как раз напротив, как раз отходит ещё один круизный лайнер.