Окрик памяти. Книга первая - Виктор Ефимович Копылов

Простая, казалось бы, замена понятий объема на вес в корне изменила технологию приготовления национального напитка. В подобной простоте часто и прослеживается гениальность человеческой мысли. Правда, Д.И. Менделеев, озабоченный защитой докторской диссертации в скорейшие сроки, не догадался вовремя и до опубликования результатов исследования подать заявку на патент, обеспечивший бы ученому, надо полагать, личное финансовое благополучие на всю оставшуюся жизнь. Этим просчетом тут же воспользовались правительственные чиновники, оформившие патент на руководящие круги страны. Позже по инициативе Д.И. Менделеева была введена государственная водочная монополия (1894–1902 гг.) – своеобразная реформа, предусматривающая осмотрительную, поэтапную и постепенную акцию, рассчитанную на восемь лет.

Весьма поучительны основные задачи монополии: изъятие производства и торговли из частных рук, но не путем насилия, а таким образом, чтобы частное изготовление водки было бы невыгодным, а также повышение качественного стандарта напитка. В документе не ставилась исторически преждевременная задача ликвидации пьянства как социального зла, наоборот, разработчики условий монополии делали все необходимое, чтобы распространить в России высокую культуру потребления алкоголя.

В состав комиссии по разработке условий монополии был введен и Д.И. Менделеев, что дало ему право наряду с выработкой русского запатентованного рецепта водки сказать в одном из своих сочинений: «...и я к этому делу приложил свою руку».

Русские ученые, как в старые, так и в наши времена постоянно унижаемые государством невероятно скудным выделением средств на большинство научных исследований, подсчитали, что только монополия и русский патент на водку дали России средств во много раз больше, чем выделение их на науку за все время ее официального существования, начиная с петровских реформ.

Возможно, в память о заслугах Д.И. Менделеева в судьбе рецепта русской водки один из Санкт-Петербургских заводов сравнительно недавно выпустил горькую 40-градусную настойку «Менделеев» с портретом ученого на этикетке.

АВТОГРАФ МЕНДЕЛЕЕВА

Эпистолярное наследие великих ученых всегда считалось неоценимым достоянием науки. Вместе с тем любой сохранившийся до нашего времени документ, написанный рукой ученого и переживший своего автора на много лет, оставляет у каждого, кто с ним знакомится непосредственно, особое труднообъяснимое волнение от соприкосновения с редчайшей частицей истории. Да и как не волноваться: этот документ когда-то, как и ты, держал в своих руках человек, которого чтит Отечество! Поиск таких документов – постоянная забота архивов, музеев, ученых и коллекционеров. Удачи здесь бывают редки, но зато какова им цена!

Недавно мой многолетний поиск оригинальных документов, касающихся жизни и деятельности нашего великого земляка, ученого с мировым именем Д.И. Менделеева, увенчался сенсационной находкой: найдено письмо ученого, написанное в Варшаве в 1899 году (илл. 48). Случилось это непредвиденно в одном из московских клубов филокартистов благодаря тому, что мне хорошо известен характерный угловатый почерк Д.И. Менделеева. Такой почерк бывает у людей, у которых мысль постоянно опережает несовершенное перо, задевавшее неровности бумаги и раздражавшее хозяина... Уточнять принадлежность находки на месте было некогда (потом! потом! – только бы стать обладателем ценнейшего документа!). Наконец, успокоившись, в нормальной обстановке прошла дотошная и домашняя, с привлечением специалиста-криминалиста, экспертиза нечаянного приобретения. Несмотря на то, что в течение всей жизни почерк Д.И. Менделеева из-за болезни глаз (катаракта) неоднократно менялся, с достаточной долей уверенности подтверждается идентичность сравниваемого и контрольного почерков.

В свое время организаторы мемориального музея-квартиры Д.И. Менделеева при Ленинградском (теперь – С.-Петербургском) университете сделали все возможное, чтобы сосредоточить в одном месте сохранившиеся документы Д.И. Менделеева. Вот почему в других местах страны оригинальных менделеевских автографов очень мало, а их находка маловероятна. Так, наш урало-сибирский регион располагает лишь несколькими подлинными письмами Д.И. Менделеева. Они хранятся в архиве Екатеринбурга, в отделе редких книг библиотеки Томского политехнического института и в фондах Тобольского краеведческого музея. Всего не более шести документов: писем, запросов, благодарностей и книжных автографов. И вот в Сибири появился еще один документ. Это почтовая открытка или, как тогда называли, открытое письмо с видом центра г. Варшавы – Праги, района польской столицы, и написанная Д.И. Менделеевым в Москву своему близкому родственнику. Четкий почтовый варшавский штемпель с датой «11 ноября 1899 г.» позволяет точно определить время отправки корреспонденции. Видовые открытки, как почтовое отправление, тогда были в новинку: впервые в России они появились в 1895 году. Да и сами открытки, из-за недостаточного опыта их использования, мало походили на современные. Например, вся обратная сторона предназначалась только для адреса. А где же писать письмо? Вертикальная черта, разделяющая место для адреса и для письма, появилась спустя несколько лет в 1904 году. Поэтому Д.И. Менделеев вынужден был написать о себе на лицевой стороне открытки: «Мой адрес: Прага, Варшава, Брестская улица, 12, Доктору Менделееву. 11. XI.99». Открытка дополняет существующую летопись жизни и деятельности Д.И. Менделеева, изданную АН СССР в Ленинграде в 1984 г. Книга описывает менделеевские события с точностью до одного дня. Так вот, о поездке в Варшаву в ноябре 1899 года текст летописи ничего не сообщает...

Находка нового и неизвестного автографа Д.И. Менделеева – заметный вклад в сибирскую менделеевиану.

ОШИБКА КРАЕВЕДА

Известного зауральского краеведа, писателя, коллекционера, фольклориста В.П. Бирюкова традиционно относят к «своим» в краеведческих кругах Екатеринбурга, Кургана, Шадринска, Челябинска. На бирюковские чтения тюменцы приглашаются редко. Между тем исследования

В.П. Бирюкова не ограничивались областными рубежами: он проявлял живой интерес к тюменскому и тобольскому краям, неоднократно их посещал, пользовался местными архивами, встречался с интересными людьми, вел записи. Не осталась вне его поисков история сибирских встреч Д. И. Менделеева.

Так, в одной из своих поездок в Тобольск в 1959 году в возрасте 71 года он разыскал 83-летнюю заслуженную учительницу РСФСР Александру Ивановну Ксенофонтову – единственную к тому времени оставшуюся в живых из тех людей, кто лично видел, встречался и разговаривал с Д.И. Менделеевым при его посещении родного города в 1899 году. В архиве исследователя хранится запись рассказа Ксенофонтовой. Неутомимый и добросовестный краевед-непоседа записал следующее.

«Дмитрия Ивановича я видела в 1899 году. Тогда он с группой ученых посетил Урал, а затем приехал в свой родной Тобольск. Ему отвели квартиру в доме купца Корнилова.