Варианты будущего - Юрий Симоненко

Девочка отучилась в школе только один год. Потом были летние каникулы, а потом, в середине августа – самая короткая в истории человеческой цивилизации война. Мир окутали клубы пыли и сажи, началась ночь – та самая ночь, что продолжалась и теперь снаружи. Первого сентября Маша Мельникова не пошла во второй класс. Никто не пошёл. До октября её семья жила на даче в летнем домике, обогреваясь печкой буржуйкой. Когда морозы усилились, а в дачный посёлок стали наезжать бандиты, они ушли в поисках нового, более безопасного места. И через несколько дней они нашли такое место, встретив Илью Лисова и его жену Татьяну. В Убежище родители продолжили обучение девочки, раздобыв снаружи необходимые для этого учебники. Через пару недель в их маленькой общине из семи человек появилась восьмая участница – восемнадцатилетняя девушка по имени Ольга.

– Холодно, пустынно, мертвó и грандиозно! Северное сияние вспыхивало и горело так правильно, что можно было с точностью рассчитать, в какую минуту свет усилится и в какую ослабеет. Посреди самой большой пустынной снежной залы находилось замерзшее озеро…

К Ольге Машенька потянулась с первых дней знакомства, полюбив её как подругу и старшую сестру. Ольга охотно проводила время с девочкой и тоже к ней быстро привязалась. Главным интересом Ольги были книги. Девушка находила время для их чтения даже во время своих скитаний снаружи. Она любила литературу. Твёрдо решив стать в будущем литературоведом, Ольга поступила на филфак КубГУ, успев отучиться только на первом курсе. Но даже конец света не изменил устремления этой девушки. С её появлением в Убежище довольно быстро появилась своя библиотека. Ольга обошла весь посёлок, собирая в брошенных домах драгоценные томики классиков и современников, какие считала достойными спасения от неминуемой гибели и забвения, – всё-таки атомная зима когда-нибудь кончится, мир оттает, а дальше естественные факторы быстро уничтожат всё, что останется лежать бесхозным. Когда поблизости не осталось ничего достойного её внимания, Ольга стала ходить на вылазки третьей с Ильей и Татьяной или с Антоном и Настей, но после нескольких таких походов всем, и самой Ольге стало ясно, что ей пока лучше оставаться в Убежище. Сильная худоба и слабое здоровье Ольги делали её обузой во время вылазок, это подвергало всех троих дополнительному ненужному риску. Да и в Убежище работы хватало, и на кухне у Марины и у Петра Николаевича, а нужные книги Ольге итак приносили – закинуть в рюкзак пару штук нетрудно.

Когда в их маленькой общине, сплотившейся за несколько месяцев в одну большую семью, появился Степан с младшим братом, Ольга влюбилась. Длинные с седыми прядями волосы, короткая раздвоенная борода, тонкий нос и губы, глубоко впалые серые глаза старца на слегка вытянутом лице – он походил на монаха-схимника. Конечно же, Степан никаким схимником не был, а был он в прошлом музыкантом, играл на гитаре в метал-группе, любил, как и она, книги и писал стихи. Его с братом и их родителями держали в плену каннибалы. Родителей каннибалы убили и съели (и парень не был уверен в том, не ели ли они с братом своих отца и мать в похлебке, которой каннибалы кормили пленников), а братьев вытащил из плена Лисов. Ольга не долго скрывала свои чувства к Степану, уже через месяц молодые люди стали жить вдвоем в отдельной комнате. Тогда же Степан остриг волосы и бороду.

Их со Степаном комната была крайней в верхнем ярусе. По соседству за стенкой жили Николаич с Мариной, а за ними – Лис с Татьяной; внизу на первом ярусе жили Мельниковы, комнату рядом с ними занимал Ваня, ещё одна комната, та, что под комнатой Ольги и Степана, оставалась незанятой. Это не были полноценные жилища, скорее просто спальни четыре на три метра и высотой в два. Бóльшую часть времени жители Убежища проводили внизу, в котельном зале, где была кухня и общая на всех столовая. Месяц назад Николаич начал строить площадку над неработающими двумя котлами, которая станет удобным местом досуга и собраний. Площадка планировалась передвижной, на случай использования одного из резервных котлов, поэтому её строительство несколько затянулось. Но сейчас сама площадка уже была закончена, оставалось сделать перила и лестницу. В котельной было тесновато, особо не разгуляешься, но пока снаружи ночь и морозы, это тёплое здание на краю необитаемого посёлка в предгорном районе Краснодарского края оставалось для них домом, единственным безопасным местом в скованном холодом мире, было их Убежищем.

– Кай совсем посинел, почти почернел от холода, но не замечал этого. Поцелуи Снежной королевы сделали его нечувствительным к холоду, да и самое сердце его было куском льда…

– Оля, а почему Кай не умер от холода? – спросила вдруг Машенька.

– Он бы обязательно умер, – серьёзно ответила ей девушка, – если бы это не была сказка. А про сказки что Пушкин писал?

Девочка на миг задумалась и выдала:

– Что сказка ложь, а в ней намек!

– Именно! – подтвердила Ольга. – Сказки следует понимать иносказательно. Стало быть, если Кай не умер, но сердце у него при этом превратилось в кусок льда, значит, он что?..

– Стал зомби! – засмеялась Машенька.

Ольга улыбнулась, взглянув на часы: похоже, они засиделись, ребенок устал.

– Не угадала. Есть другие предположения?

– Ну, конечно! Кай просто стал бесчувственным, – деловито сказала девочка. – А про зомби я пошутила.

– Верно. Кай стал бесчувственным. А кусок льда вместо сердца – это всего лишь метафора.

В этот момент снаружи загудела вентиляционная труба: бум-бум-бум, бум-бум, бум-бум-бум, бум-бум… Короткая пауза и гул повторился.

– Оля, Маша! – раздался со стороны кухни негромкий голос Марины. – По местам!

– Так, пойдём, – сказала Ольга, откладывая книгу.

Она быстро обулась и достала из-за кресла дробовик.

Они спустились вниз. Машенька спряталась между неработающими котлами, а Ольга пошла к выходу. Возле полога её уже ждала Марина.

– Кто? – громко спросила женщина, подойдя к двери.

– Это мы, – послышался за дверью знакомый голос.

– Лис, ты? – уточнила Марина.

– Я, Марин, кто ж ещё… Ответку почему не простучали? Давай открывай.

Марина отперла дверь. В тамбур быстро вошли Лисов, Николаич, Татьяна с Настей и Ванька, груженные какими-то тюками и сумками.

– А где… – Ольга хотела сказать: Степан, – где остальные?

– Все целы? – более конкретно спросила вошедших Марина.

– Да целы! Целы, Марин! – бодро ответил ей Николаич, скинув с плеча увесистый баул. Подойдя к Марине, он обхватил женщину рукой и поцеловал в губы, вызвав одобрительные улыбки у остальных. Вот так Николаич!

– Антон со Степаном остались сторожить имущество в людоедском посёлке, – сказал Илья, разворачиваясь,