Вороток и балерина (СИ) - Миллер Тони

— И что с того? — непонимающе ответил он. — Ну не поменяли бы ту цифру…

— Тогда бы и произошло всё то, чего ты боялся. — произнесла Туля. — А теперь нет.

Ты же помнишь, как работает та машина? Она не сколько перемещает, сколько обменивает между собой две области пространства. Например, ты перенесся сюда, а шестнадцать кубометров воздуха из этого мира — оказались в твоём.

Вчера, в ходе очередного эксперимента, по тем координатам, что были переданы через шамана, воздух из приёмной камеры должен был оказаться в другом мире, а такой же объем из него — в приёмной камере, но из-за одной цифры… в другой мир отправился кусок установки. Так что теперь их дальнейшие эксперименты попросту невозможны…

— А ты то откуда это знаешь?! — поразился Василий.

— Я вообще, очень много чего знаю. — улыбнувшись ответила она. — Более того, как только я тебя встретила, я сразу, в общих чертах поняла, что произойдет, и то, что это будет неизбежно.

Я впервые сталкиваюсь с такими петлями причинности… Предопределенность пугает меня. Сейчас я говорю обо всём этом только потому, что, возможно, то что должно было произойти — уже произошло. А, быть может, ещё произойдёт, и то, что я сейчас всё это говорю — станет его необходимым условием?

— Что-то я совсем запутался… — честно ответил он.

— Это не удивительно. — сказала она. — Я сама немного теряюсь. Главное помни, твоему миру эльфы больше не угрожают.

— Ну… надеюсь, что так. — произнес он немного неуверенно. — Значит надо искать подходы к "Высшим", вроде как у них должно находиться моё тело… Хотя что-то тут не складывается. Тяжело представить, что в Австралии, возле эльфийского убежища непрерывно дежурят "черные вертолёты", что при моём появлении подхватывают меня и уносят в Северную Америку, где обитатели второго убежища не зассали, и открыли дверь, чтобы затянуть вовнутрь и подключить к системе. При этом, я появился не в тюремной камере, не во дворце, а просто в лесу, где и начал от них бегать. Это что, забава такая?

— Действительно, звучит слишком сложно. — согласилась она. — Обычно, чем проще объяснение, тем оно правдоподобнее. А тут и сложно и одно с другим не сходится.

— По-любому, делать то больше нечего. — произнес он и вздохнул. — Впереди одна дорога. Посмотрим, в конце концов, как там люди живут.

* * *

Ковчег. Центр управления машиной пространства.

— Вектор задан!

— Заряд накоплен!

— Обратный отсчет!

— Пуск!

Одновременно с нажатием кнопки в зале погас свет и помещение погрузилось в непроглядную тьму. Во мраке были слышны панические вопли, топот ног, какой-то ещё неразборчивый шум.

Сначала, он было удивился такой реакции на элементарное отсутсвтвие света, а потом понял, что это значит. Если нарушилось энергоснабжение, то…

От осознания этой мысли у него помутилось в голове. Ему даже показалось, что на секунду он потерял сознание. К счастью, темнота скрыла сей постыдный эпизод.

Встав с пола он собрался было призвать всех к порядку, но как только он собрался с мыслями, на потолке и стенах загорелось аварийное биолюминисцентное освещение.

Подойдя к стене он приложил к ней ладонь и отправил мысль-запрос в реакторный отсек.

— Какого чёрта у вас происходит? Быстрее восстанавливайте работу реактора! У вас что, от перегрузки сработали предохранители?!

— Сэр… это будет крайне затруднительно… — послышался ответ. — Значительной части реактора больше нет, сэр…

— И куда же она делась? — не понял он.

— Судя по всему, сэр… отправилась в другой мир. Зато взамен мы получили хорошую скамейку и кучу мусора, в котором, наверняка, можно будет найти немало интересного… — ответили из реакторного отсека. В голосе дежурного отчетливо слышались нотки истерики.

— Отставить панику! — скомандовал он, после чего переключился на общее оповещение. — Кто-нибудь может ответить, защита всё ещё активна?

— Нет, сэр… — послышался нестройный хор голосов. — Сэр, вам надо это видеть…

— Что "это"? — не понял он.

— То, что снаружи…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Выбежав из центра управления он бросился бежать к ближайшему краю сферы. Триста метров он преодолел менее чем за полминуты, что в своё время вполне могло тянуть на какой-то рекорд.

Свернув в очередной раз, вместо зеркальной стены он увидел… его ноги подкосились… он увидел яркий свет и голубое небо, с бегущими по нему облаками.

На ватных ногах он, неуверенно прошёл оставшиеся десять метров и выглянул наружу.

— Похоже, лето… — пробормотал он.

Уже несколько столетий, как они перестали следить за внешним календарём и сосредоточились на внутренних циклах. А за стеной, оказывается, было лето…

Из проёма, ему в лицо, дохнуло порывом жаркого воздуха, далеко внизу колыхались невысокие, жиденькие травы. Всё-таки, центральные регионы континента никогда не славились буйной растительностью, кое-где виднелись небольшие кустики, и даже несколько невысоких деревьев.

От открывшейся с высоты картины, ему стало дурно. Проведя всю жизнь в четырех стенах, и лишь иногда выбираясь в вирт, он никогда не имел возможности ощутить, каким бездонным может быть небо и сколь пугающим — открытый простор.

— Ооо…общий сбор Совета через пол часа. — произнес он, прижав руку к стене. — Но сначала, пожалуйста, все посмотрите наружу…

* * *

— Ну, джентльмены, какие будут соображения? — произнес Председатель Совета.

— Для начала, — предложил один из присутствующих, — какая у нас есть фактическая информация?

Как вы сами понимаете, за час много не узнать. На данный момент можно с уверенностью заявить следующее: в пределах двадцати пяти миль* присутствия, или результатов действия Чумы не наблюдается. Температура воздуха составляет восемьдесят пять градусов**, а процентное содержание кислорода составляет примерно двадцать процентов, что позволяет предположить, что по крайней мере последние пару сотен лет биосфера Земли активно восстанавливалась. (* 40 км. ** 30 градусов Цельсия)

— Всё это как-то слишком уж хорошо, джентльмены… По тем расчетам, что делались ещё тогда, до пришествия Чумы, предполагалось, что точка невозврата уже давно пройдена. Даже, исчезни все люди и созданное ими, чудом, в один день, то процесс гибели остановить было уже нельзя. Плюс к этому, на момент Исхода, вся Евразия и северная часть Африки были уже уничтожены! При любом раскладе, за стенами Ковчега нас должна была встретить мертвая пустыня, а не цветущая саванна!

— Господа! Я полагаю, что ответ кроется в том, что мы до сих пор понятия не имеем, откуда взялась, и чем является эта Чума. Мы так уцепились за это название, данное каким-то журналистом, если не ошибаюсь, что не можем взглянуть на это… явление шире. Не зная, что это такое, мы судим по делам и тогда, когда менее чем за год половина суши была превращена в безжизненные пески, названия: Проклятие, Гибель, Чума — казались вполне уместными.

Судя по темпам её распространения, уже за первые десять лет она бы не только захватила всю планету, но и проникла бы вглубь на десятки километров. Но что мы видим сейчас? Конечно, пока сложно судить, но судя по всему, дела у планеты более чем неплохи. На самом деле… прими мы сейчас обезлюдевшую планету в том виде, что она была пять веков назад, то не факт, что за такое время мы смогли бы привести её к лучшему состоянию. По факту, ЭТО не уничтожило Землю, а очистило и возродило её!

— Ммм да… Джентльмены, с учётом сказанного, тут сложно удержаться от какой-то мистики… Что мы имеем? В тот момент, когда гибель жизни на планете стала неизбежной, явилась некая сила, что смахнула с лица Земли людей и все следы их пребывания, и привела её к изначальному состоянию.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Лично для нас я не могу представить себе лучшего исхода. Даже, найди мы координаты другого мира, без людей и с идеальной экологией, то туда бы пришлось перемещаться партия за партией… Долго и муторно, и не факт, что каждый раз мы бы прибывали в одно и то же место и время, насколько я понимаю теорию этих перемещений и пределы возможностей данной машины.